Глава 1

      1971 год. Платформа 9¾ дышала жизнью. Смех детей, встревоженные голоса родителей, шипение пара из-за могучих локомотивов – всё это сливалось в густой, вибрирующий хор. Солнце, пробиваясь сквозь пелену облаков, золотило красные бока «Хогвартс-Экспресса», готового унести новое поколение волшебников в древние стены школы. Среди этого оживлённого хаоса, словно два изваяния, двигались Вальбурга и Орион Блэк. Вальбурга, чьё лицо было высечено из мрамора, шла, держась за руку мужа, её взгляд, обычно холодный и оценивающий, сейчас был сосредоточен на двух фигурах, следовавших за ними. Сириус и Камилла, близнецы, которым только что исполнилось одиннадцать, выглядели как две стороны одной медали, но их внутренние миры уже начали расходиться. «Слизерин,» – прозвучал голос Вальбурги, её слова были резкими, как щелчок плетью, – «это ваш долг. Ваша кровь диктует это. Вы не можете опозорить нашу семью, оказавшись в другом факультете. Помните об этом каждую секунду. Любое отклонение от этого пути будет означать ваше полное пренебрежение к наследию Блэков.» Сириус, с копной непослушных тёмных волос, уже успел подметить мелькание рыжих волос у конца платформы – семья Уизли. Он слышал их шумные разговоры, их смех, который всегда казался ему таким… свободным. Рядом с ним Камилла, более сдержанная, с аккуратно заплетённой косой, напряжённо слушала мать, её большие серые глаза отражали то ли страх, то ли решимость. Младший брат, Регулус, остался дома, ожидая своего года. Но для Сириуса и Камиллы этот год был первым, и он нёс в себе тяжёлый груз семейных ожиданий. «Мама, мы поням,» – буркнул Сириус, его голос звучал приглушенно. Он не ненавидел Слизерин, просто… ему казалось, что есть и другие пути. «Уверена, что ты понял, Сириус,» – парировала Вальбурга, её взгляд на мгновение остановился на сыне, словно пытаясь прочесть его мысли. – «В отличие от некоторых, кто не понимает, что такое ответственность.» В этот момент к ним подошла женщина средних лет, с мягкими чертами лица и тёплой улыбкой. Это была миссис Фостер, подруга детства Вальбурги, чья дочь, Эвелин, тоже сегодня отправлялась в Хогвартс. «Вальбурга, дорогая! Я вижу, ваши дети тоже поступают!» – воскликнула миссис Фостер, обнимая своих близнецов, мальчика и девочку, которые стояли чуть позади неё, сжимая в руках свои новые мантии. – «Эвелин так взволнована! Надеюсь, они окажутся на одном факультете.» Вальбурга едва заметно улыбнулась. «Я очень надеюсь, что Эвелин, как и мои дети, будет достойна своего места на Слизерине.» Миссис Фостер слегка смутилась. «Ну, мы будем рады, если они будут вместе, на любом факультете,» – сказала она, её улыбка стала чуть более напряжённой. – «Мы всегда думали, что близнецы должны держаться вместе.» «Блэки всегда держатся вместе,» – ответила Вальбурга, её взгляд пронзил Эвелин, словно оценивая её. – «Но они держатся вместе в Слизерине, где их место.» Сириус переглянулся с Камиллой. В глазах сестры он увидел отражение своей собственной мысли: "Опять это. Как будто другого выбора нет." Среди толпы послышались крики: «Поезд отправляется!» «Время пришло,» – произнесла Вальбурга, мягко, но непреклонно толкая детей к вагонам. – «Не забывайте, что я от вас ожидаю. Я хочу видеть герб Слизерина на вашей мантии.» Попрощавшись с родителями, близнецы Блэк, с тяжестью на сердце и лёгким трепетом неизвестности, вошли в поезд. Пройдя по коридору, они искали подходящее купе. В одном из купе, полном оживлённых разговоров, они увидели компанию мальчиков, которые шумно обсуждали предстоящее распределение. Один из них, с рыжими волосами и веснушками, смеялся громче всех. «Слизерин, конечно!» – воскликнул он, обращаясь к своим спутникам. – «Мой отец сказал, что если я не попаду в Слизерин, то мне лучше не возвращаться домой!» Сириус и Камилла переглянулись. Это был, как они поняли, один из Уизли. «Пойдём дальше,» – прошептала Камилла, её голос был едва слышен. Наконец, они нашли купе, которое показалось им достаточно уединённым. Его окна выходили на платформу, где родители всё ещё стояли, наблюдая за отправляющимся поездом. Поезд тронулся, и платформа начала медленно удаляться. Сириус первым поставил свой чемодан на полку. «Ну что ж, Камилла,» – сказал он, растягиваясь на сиденье, – «похоже, нас ждёт увлекательное путешествие. И, как всегда, мамочка будет очень рада, если мы встретим тут кого-нибудь из "наших".» Камилла села напротив, прижимая к себе свой небольшой багаж. «Главное, чтобы мы сами себя не потеряли в этом всём, Сириус,» – ответила она, её взгляд был задумчив. – «Мама так многого хочет от нас…» В этот момент в купе заглянул ещё один мальчик, с копной светлых волос и робкой улыбкой. Он был одет в новую, ещё не очень помятую мантию. «Извините,» – сказал он, его голос был чуть дрожащим, – «нельзя ли сюда?» Сириус прищурился, но кивнул. «Да, проходи. Если ты не собираешься тут устраивать драку.» Мальчик прошмыгнул в купе, поставил свой чемодан и сел напротив них. «Меня зовут Люциус,» – представился он, его взгляд был пристальным, изучающим. – «Люциус Малфой.» Сириус и Камилла переглянулись. Это имя они знали. Имя, которое, как и их собственное, ассоциировалось с чистотой крови и высокими ожиданиями. Но в глазах Люциуса Малфоя, казалось, не было той же внутренней борьбы, что таилась в их собственных. Он был готов. Он был рождён для Слизерина. И это, как понимали близнецы Блэк, только начало их пути.