Часть 3. 13 января.

Она опять видела во сне своего брата. Мертвого, с обескровленной кожей, бледным лицом и выколотыми глазами. Лежал под окнами родительской квартиры. Его жестоко избили, даже непонятно за что. Родители переехали из Казани. Боялись, что за своего непутевого сыночка и его проступки получат сами. Вилю хотели забрать с собой, но она отказалась из-за учебы. Оставили ей квартиру, изредка навещали. Девушка тяжело переносила смерть брата. В последнее время кошмары уже реже посещали ее, но от этого становилось еще тяжелее. Чем реже они снятся, тем сложнее их пережить. Из кошмара ее выдернул резкий глухой звук. Ритмичный и низкий стук по стеклу. Вилена подскочила на кровати, чувствуя как капельки пота стекают по лбу. Тяжело дыша, она выбралась из под теплого одеяла и взглянула в окно. Занавески едва пропускали свет снаружи. Пара шагов, и Виля уже медленно отодвигала занавеску дрожащей рукой. В комнату ударил свет уличных фонарей. Был уже почти вечер, но на улице еще недостаточно стемнело. За окном стоял он. Расстегнутая кожанка, красный шарф. Все то же самое. Только без кубанки и с сигаретой в руках. Мужчина смотрел на нее исподлобья, затягиваясь и выдыхая дым. Сердце пропустило слабый удар. Виля пару секунд стояла с зажатым краем занавески в руках, не зная что делать. Прикусила нижнюю губу, понимая, что скорее всего ее самые худшие опасения подтвердились. Она потянулась к ручке, открывая окно и впуская в комнату холодный воздух. Молчание. Они оба просто молчали, пока мужчина оглядывал девушку. Белая длинная ночнушка, растрепанные в разные стороны каштановые волосы, синяки под глазами и впалые щеки. Снова выдыхает дым, держа сигарету меж пальцев. — Разбудил? — он кивает ей, слабо улыбаясь. — Есть такое, — отвечает девушка с дрожью в голосе, которую пыталась безуспешно скрыть. Положила ладони на подоконник, ногтями царапая поверхность от переживаний. — Прошу прощения, — поджимает губы, отводя руку с сигаретой в сторону. Вновь затягивается, — Тебе 18 есть? — Есть. — В кино ходишь? — Не была никогда. Табачный дым растворяется в воздухе. Мужчина опускает глаза. — Вадим, — представляется он, разворачиваясь вполоборота, — Через сколько соберешься? Виля непонимающе открыла рот. — Куда? — В кино поедем. Тревога сменилась на стеснение. Стало вновь стыдно за надуманные в своей голове подробности. Виля опустила голову, топчась на месте. Ее еще никогда никто не приглашал в кино. Особенно группировщик. — Десять минут. Виля закрывает окно, прикрывая его занавесками и скрываясь в глубине комнаты. Вадим отвернулся от окна, смотря во дворы домов. Скуривая за полчаса уже вторую сигарету, он не мог избавиться от легкой дрожи в пальцах. Главарь "Дом быта" не мог отрицать, что девчонка его зацепила. Своей нелюдимостью, стеснительностью. Глазами, в конце концов. Дверь подъезда громко и протяжно заскрипела. Вадим развернулся: она спускалась по ступенькам, шубка была расстегнута, под ней виднелся черный, неряшливо связанный свитер. Длинная черная юбка колыхалась от легкого дуновения ветра. Мужчина расправил плечи. Виля медленно подошла к нему. — Садись, — он кивает в сторону. Девушка переводит взгляд — мужчина шел в сторону припаркованного черного внедорожника. Машина выглядела внушительной и напоминала машину насильника, ворующего людей на улицах. Виля вздохнула. Вадим открыл перед ней переднюю дверь машины. Сев, девушка вся сжалась. В салоне было достаточно тепло, тихо играл шансон. Но все это казалось таким странным, неуютным. Мужчина открывает водительскую дверь и садится за руль. Пристегивается. — На какой фильм хочешь? — машина трогается, Вадим говорит с девушкой не отрываясь от дороги. — На любой, — она сидит с опущенной головой, прислонившись к холодному стеклу. Кожаный черный салон, импортный парфюм, сигареты, дорогой внедорожник. О таких вещах девушка могла только слышать с экранов телевизора. Но Виля уже не так тревожилась по поводу всего этого. Мужчина относился к ней уважительно, и это было не похоже на наигранность.

***

Вадим пропускает ее вперед, после чего сам проходит между сидениями и садится рядом. Фильм начнется через пару минут. Людей было мало. Оно и понятно, ибо билеты на сеанс были достаточно дорогими. Виля выбрала "Последний пылкий влюбленный", который на тот момент был одним из самых востребованных фильмов. В зале потухло большинство ламп, повисла тишина. Девушка слышала лишь свое собственное дыхание, которое никак не успокоится. Запах дорогого мужского одеколона уже тотально впитался в ее одежду. И не то чтобы Вилена была против. Вадим молча сидел на соседнем кресле, облокотившись о мягкую спинку и вытянув ноги вперед. Сложил руки на коленях, смотря на белый экран. 10 минут. Он едва поворачивает голову, смотря на девушку. Пряди ее волос спадают на лицо, глаза, по-щенячьи печальные, бегают по окружению. Она обнимает себя руками, из-за чего Вадим начинает жалеть, что сдал кожанку в гардероб. 5 минут. Виля чувствует на себе его прожигающий взгляд. Это стесняет, смущает, заставляет много думать. Девушка, с которой на последнем звонке никто не хотел танцевать, которую шваркали другие мальчики, которую никогда не приглашали гулять и которой никогда не дарили цветы, сейчас сидит в кинотеатре с мужчиной, явно старше нее, уважительно открывающим ей двери в машине и спасшим ее от извращенца в автобусе. Фильм начался. Если на фоне до этого и слышались шепотки зрителей, то сейчас все полностью утихло.

***

Машина осторожно объезжала кочки. Виля наблюдала за мелькающими силуэтами за окном внедорожника. На улицу уже опустилась тьма. — Как тебе фильм? — спрашивает Вадим, не отрываясь от дороги. Фары освещают белый снег, смешанный с грязью. — Понравилось. Люблю бурлеск, — монотонно произнесла девушка, слабо улыбаясь. Она сняла шарф с шеи из-за жары в салоне. — Рад, — мужчина отвечает в своей привычной низкой манере, мысленно спрашивая себя о том, что такое бурлеск. Он был доволен. Даже слишком. Он не стал бы об этом говорить, но этот вечер стал для него знаковым. Да и для Вили тоже. Они ехали в полной тишине. Вилена хотела спать, чувствуя слабость в конечностях. Вадим не хотел лишний раз ее беспокоить, зная, что она скорее всего и без того встревожена. Мужчина прекрасно видел испуг в ее глазах, когда она смотрела на него. В автобусе, на улице, перед кино. И он не мог ее винить. Внедорожник затормозил, остановившись у подъезда девушки. Вадим быстро вышел, открывая пассажирскую дверь. Подает руку Виле, та смущённо принимает и спрыгивает на снег. — Спасибо большое за кино, — она прячет руки в карманы, стеснительно опустив голову. — Мне в радость, — нащупывает в кармане пачку сигарет, готовясь закурить, когда девушка уйдет, — Ты во вторник свободна? Вторник, 15 января. Учеба заканчивается раньше обычного. — После обеда, — она поднимает на него глаза. — Понял. Смотрит на нее, завороженный взглядом карих глаз. — Я зайду, — отводит взгляд, доставая сигарету из одного кармана и спички из другого. Вилена кивает ему, после чего двигается в сторону подъезда. Вадим проследил, чтобы она зашла в подъезд и чтобы в ее окне загорелся свет. Зажал сигарету меж зубов, подпалил и, откинув спичку в сторону, зашагал в сторону машины. Садясь, заметил оставленный на пассажирском сидении белый шарф.