Часть 1. Работа.

- Ну, за дело - меланхолично сказала себе красноволосый самоцвет, смотря на ночное небо. Это была Киноварь. Единственная, чья твердость настолько мала, что ее мог разбить даже шквал ветра. Ну, почти единственная. Утром, в траве среди утренней росы, дремала голубоволосый самоцвет. Она-то и была второй самой хрупкой среди всех 28 самоцветов. - Фос! - недалекий голос вытащил мятный цвет из дремы. - Я знаю что ты тут, Фос! - Обнаружив поднимающийся из травы сонный силуэт, розовый отблеск устремила на нее взгляд. - Учитель Конго ищет тебя. Понимая, что она не сможет дальше прохлаждаться, голубовласая подтянулась и сладко зевнула. - Зачем это? - Знать бы.. - розоволосая подходила к сидевшей в траве мяте. - Стой, а может... Учитель хочет чтобы я присоединилась к воинам? - с озорной радостью предположила та. - Очень сомневаюсь.. - разуверила мечница, помня о хрупкости Фосфофиллит. Но та лишь рассмеялась ей в ответ: - Ха! Похоже даже ты волнуешься что я могу оказаться способнее! - Оказаться способнее? У тебя же до сих пор нет работы? - И она была права. У каждой из самоцветов, за исключением ее собеседницы, было то или иное занятие. Однако та не унывала: хоть другие и считали ее надоедливой, неуклюжей и слабой, и задирали нос, но она еще надеялась быть полезной. Отправленная в храм после сообщения об появлении лунян на юге, Фосфофиллит уже прихорашивалась у пруда. Она надеялась, что уж сегодня учитель даст ей достойное занятие. - Я пришла. - с волнением и нетерпением обратилась она к учителю. - Проходи. - он развернулся, и в свете окна она увидела его - высокого, широкоплечего, сильного. - Вы звали меня, учитель Конго? - Да. - небольшим усилием, находясь на расстоянии двух метров, он сдул семя одуванчика с ее головы. - Фосфофиллит, у меня для тебя наконец-то есть работа.