Часть 1: Пролог

31 мая, 13:35 Обычный конец учебного года. Последний звонок уже отзвенел неделю назад, но занятия всё ещё тянулись. В школе было душно. В коридорах пахло мелом, старым деревом и лёгкой усталостью, которая бывает только в конце весны. За окном было тепло. Почти жарко. Иногда налетал прохладный ветер — он шевелил листву на тополях, гнал по небу облака, и на секунду становилось легче дышать. Но потом ветер утихал, и воздух снова становился тягучим. У 10 "В" был урок математики. Артур сидел у окна. Короткие чёрные волосы небрежно взъерошены. Учебник по алгебре лежал открытым, но он не смотрел на него. Телефон в руках. Он даже не пытался притворяться, что учится. ***Артур: Ребят, кто где будет проводить лето? Ева: Я не знаю... наверное дома, если вы не собираетесь куда-то. Марк: Я наверное как обычно поеду в деревню. Ева: Бля, Марк, ты уже надоел. Все лето уезжаешь в деревню и там сидишь. Неужели там так весело?! Марк: Да тебе не понять. Я каждый день хожу на озеро, у меня там бабушка с дедушкой живут и другая родня. А ещё Бакс. Юля: Бакс? Кто это? Марк: Мой пёс, я хз какой породы, его привёз в прошлом году дядя. Говорят, он так подрос. Главное, он умнее всех вас. ***Артур усмехнулся и хотел что-то написать, но не успел. – Басов! Как ты планируешь сдавать экзамены, если на подготовке сидишь в телефоне? — учительница стояла над ним, сложив руки на груди. Её голос звучал как металлическая линейка, которой стучат по парте. Артур медленно поднял голову. Её глаза были холодными, как будто он лично оскорбил всех её родственников. — Так это в следующем году будет, — ответил он спокойно, почти лениво. — Сейчас можно и отдохнуть. Лето же. — Я посмотрю, как ты в следующем году без своего гаджета сдашь экзамен! Она развернулась и пошла к доске. Артур вздохнул и снова посмотрел в окно. Облака плыли медленно, и на секунду ему показалось, что они слишком белые. Словно нарисованные. Словно за ними нет ничего. Он моргнул. Ощущение было странным — воздух вокруг стал плотнее. Как будто он смотрел на мир через толстый слой воды. Звуки стали приглушёнными, как будто он оказался под водой. Он сглотнул. На секунду стало не по себе. Но он мотнул головой и снова уставился в телефон. Десять минут длились как целая вечность. Учительница всё ещё что-то говорила про экзамены, про подготовку, про ответственность. Артур перестал слушать где-то на середине фразы. Прозвенел звонок. Всё ожило. Шум, крики, стулья, рюкзаки. Артур быстро закинул телефон в карман, учебник в рюкзак и пошёл к выходу. Он уже почти вышел, когда услышал: — Артур, ты забыл пиджак на стуле! Он обернулся. Ян Серов стоял с его пиджаком в руках. Длинные чёрные волосы были завязаны в неряшливый пучок, несколько прядей выбились и падали на лицо. На нём была потёртая школьная форма — рубашка уже застиранная, брюки чуть коротковаты. На руках и на шее виднелись синяки — старые, желтоватые, и новые, почти багровые. Все в классе знали, что Ян из неблагополучной семьи. С ним почти никто не общался. Некоторые шептались, что его бьёт отец. Но Ян не был злым. Он был добрым. Всегда. Помогал учителям, возвращал забытые вещи, делал всё тихо, не привлекая внимания. Как будто извинялся за своё существование. — Спасибо, — Артур забрал пиджак. Он улыбнулся — не широко, но искренне. Коридоры были забиты учениками. Кто-то бежал, кто-то орал, кто-то стоял у стен и обменивался последними фразами перед летом. Артур пробирался сквозь толпу, остановился у расписания — 10 «Б» был в кабинете 205. Он поднялся на второй этаж, заглянул в дверь — пусто. — Бля, куда эти дураки пошли? — пробормотал он без злобы. Достал телефон, открыл общий чат: ***Артур: Ребят, вы где? Я вас жду возле 205 кабинета. ***Никто не ответил. Он вздохнул и убрал телефон. Спускаясь с третьего этажа на второй, он заметил Милену. Она шла ему навстречу по лестнице. В одной руке держала телефон, направленный на себя, другой жестикулировала. Она улыбалась в камеру, поправляла волосы, строила губы бантиком. На ней была короткая юбка и рубашка. На лице — огромные блёстки, которые блестели даже при тусклом освещении. На голове — две аккуратные косички, заплетённые в разные стороны — симпатичные, с разноцветными резиночками. На вид она была старше своих лет. Милена двигалась под музыку, которую слышала в наушниках. Артур остановился и посмотрел на неё. Не специально, просто она была прямо перед ним. Он смотрел, как она крутится, как поправляет прядь волос. Наверное, слишком долго. Она наконец заметила его. Улыбка резко исчезла. Она опустила телефон. — Извращенец! — крикнула она громко, так что несколько голов повернулись в их сторону. Артур опешил. Он хотел что-то сказать, но Милена уже развернулась и резко спустилась вниз, сжимая телефон в руке. Она продолжала что-то бормотать, но Артур не слышал — она уже скрылась за углом. — Да ладно... — тихо сказал Артур и улыбнулся, покачав головой. Он пошёл дальше, но почувствовал, что ему нужно в туалет. Свернул и зашёл в уборную на втором этаже. Здесь было тихо. Горел тусклый свет, пахло дешёвым мылом и сыростью. Артур подошёл к раковине, чтобы просто ополоснуть лицо. И тут он заметил Матвея. Тот был из одиннадцатого класса, выпускник. Матвей сидел на подоконнике у окна. Ноги на батарее. В руках — вейп. Короткие почти белые волосы, накачанные плечи. На нём была школьная форма, но на ней уже не было той «школьной» чистоты — на рукавах и груди виднелись тёмные разводы, маслянистые пятна, которые не отстирываются даже после стирки. Видно, что он частенько работал в автосалоне у отца, лез под машины, менял масло, чинил ходовую, и грязь впитывалась в ткань намертво. Артур замер на полсекунды, потом быстро отвернулся к раковине. Включил воду, сполоснул лицо. Он чувствовал взгляд Матвея на своей спине. — Чего уставился? — голос Матвея был низким, почти безразличным. Но в нём чувствовалась угроза. — Ничего, — ответил Артур, не оборачиваясь. — Просто зашёл. Наступила тишина. Артур услышал, как Матвей слез с подоконника. Его шаги были тяжёлыми, уверенными. Он подошёл к раковине рядом с Артуром. — Чё, поссать пришёл? — спросил Матвей, глядя на него через зеркало. Артур не ответил. Он просто вытер лицо бумажным полотенцем. Матвей стоял рядом. Он смотрел на Артура с лёгкой усмешкой. Потом он пожал плечами и, не говоря ни слова, вышел из туалета. Артур остался один. Он выдохнул, выбросил полотенце и вышел следом. На улице было светло и шумно. Внизу у главного выхода толпились ученики. Артур встал в очередь. Толпа продвигалась медленно — слишком медленно. Он уже начал закипать от злости, когда рука легла на его плечо. Он обернулся. — Артур, зачем ты тут ждёшь? Пошли через запасной вход, — сказала Ева. Она стояла за ним. Каштановые волосы, длинные и слегка растрёпанные, падали на лицо. Зелёные глаза смотрели прямо на него. Веснушки — мелкие, светлые, почти незаметные издалека, но на близком расстоянии они делали её лицо живым, тёплым. Она улыбалась той улыбкой, которая появлялась у неё, когда она хотела кому-то помочь. — Ты идёшь? — спросила она. Он кивнул. Они прошли через запасную дверь. Ева открыла её быстро, почти бесшумно. На улице пахло травой и асфальтом. Артур вдохнул — воздух был лёгким, не таким плотным, как в школе. — Свежий воздух, — сказал он. Они дошли до угла школы. Там уже ждали двое. Марк стоял с рюкзаком на спине и двумя рюкзаками в руках. Волосы у него были густые, кудрявые, каштановые, слегка растрёпанные. Он был одет не в школьную форму, а в спортивные штаны и футболку — на вид удобную и простую. Выражение лица у него было такое, будто он ждал слишком долго и теперь готов был взорваться. Рядом с ним стояла Юля. Короткие светлые волосы обрамляли лицо, и в них виднелись яркие красные пряди — несколько штук, тонких, но заметных. Она была одета в простую светлую кофту и джинсы. Она улыбнулась, когда увидела Артура. — Чё так долго? — недовольно спросил Марк. — Я не знал, что вы на улице. Я ждал вас возле кабинета, — Артур даже не пытался звучать виноватым. Марк закатил глаза. Он переложил рюкзаки и вытащил телефон. Свободной рукой начал листать ленту. — Ну что? Пойдём на остановку? Автобус ждать не будет, — мягко сказала Юля. Они двинулись в сторону остановки. Артур шёл рядом с Евой. Марк чуть впереди, Юля рядом с ним. Разговоры были пустые — про лето, про планы, про то, что скоро всё закончится. Артур слушал, но почти не участвовал. — Стойте! Сзади кто-то бежал. Артур обернулся. Ян. Он бежал, запыхавшись, щёки красные. Он смотрел на ребят с надеждой. — Бля, только не этот изгой, — Марк пробормотал это тихо, почти шёпотом, но все услышали. Он не поднял глаз от телефона. — Вы на остановку? — спросил Ян. — Да, — ответила Юля. — Можно я пойду с вами? Мои наушники сломались, — он достал из кармана сломанные проводные наушники. — Конечно, присоединяйся, — сказала Ева почти сразу. — Да, иди, — добавила Юля мягко. Ян улыбнулся. Улыбка была короткой, почти робкой. Он спрятал наушники в карман и пошёл чуть позади всех, не рядом, а на шаг сзади. Марк сунул телефон обратно в карман и перехватил рюкзаки. — Где планируешь провести лето, Ян? — спросила Ева. — Не знаю... наверное дома, — ответил Ян, опустив глаза. — А на улице будешь гулять? — Наверное нет. Ева хотела ещё что-то спросить, но Артур перебил её: — Вот и остановка. Он сказал это быстро, почти нервно. Ева удивлённо посмотрела на него, но промолчала. Артур знал, что Ян не выходит из дома. И он не хотел, чтобы тот говорил об этом при всех. Особенно при Марке. Остановка была старой, полузакрытой — спереди открытая арка для входа и выхода, а с трёх сторон обшитые железом стены с выцветшим расписанием. Рядом стоял ларёк — маленький, яркий, с навесом, который бросал тень на асфальт. Ребята остановились в проходе между ларьком и остановкой. Там было немного тени, и солнце не так пекло. Метрах в двадцати позади них находился продуктовый магазин — обычный, неприметный, с облупившейся краской на дверях. На скамейке сидел Матвей. В руках он держал телефон. Рядом на скамейке лежал вейп. Он не поднял головы, когда ребята подошли. Даже не кивнул. Милена уже стояла у остановки. Она не снимала себя на этот раз — она суетилась, рылась в своей сумочке, перекладывая вещи. На лице было выражение раздражения и лёгкой паники. — Ну где же она? — пробормотала она себе под нос. — Что ищешь? — спросил Ян, подходя ближе. Милена резко обернулась. Она увидела всю компанию и нахмурилась. — Не твоё дело, — отрезала она. Затем повернулась к Юле: — Юль, у тебя помады не найдётся? Я свою где-то потеряла... Вроде тут должна быть... Юля взяла у Марка свой портфель, открыла его, заглянула в косметичку. — Нет, извини, — покачала головой Юля. Милена цокнула и отвернулась. Она снова начала рыться в сумочке, не обращая внимания на ребят. Ребята встали в круг, переговариваясь о чём-то. Артур стоял чуть в стороне, смотрел на дорогу. Где-то вдалеке, из магазина, раздался голос. Отдалённый, жалующийся. — Что за цены в магазинах... крахаборы... Кто-то из ребят поднял голову, но не увидел ничего. Голос был где-то в стороне. Сначала никто не обратил на него внимания. — Слушайте, а мы завтра собираемся? — спросила Юля, стараясь сделать разговор лёгким. — Я не знаю, я может с родными... — начала Ева. — Что за цены! — снова раздался голос. На этот раз ближе. Все обернулись. Из магазина вышла старушка. Она тащила несколько тяжёлых пакетов и сумок — одна из них была на колёсиках, но колёсико заедало, и она тащила её с трудом. На вид ей было под восемьдесят. Сутулая, сгорбленная, с седыми редкими волосами, собранными в жидкий пучок на затылке. Одета она была в старенькое платьице и потёртый платок, повязанный поверх головы. Лицо её было изрыто глубокими морщинами. Глаза — маленькие, колючие, с красными прожилками — смотрели на мир с такой злобой и усталостью, что казалось, она ненавидит всё живое. Руки, скрюченные, с большими узловатыми суставами, сжимали ручки пакетов так крепко, будто боялась, что их у неё отнимут. Она проходила мимо ребят, когда заметила Милену. И резко остановилась. — Малолетняя проститутка, — сказала она громко и смачно. Бабка не стала ждать ответа и пошла дальше, к скамейке, чтобы поставить пакеты и сумки. — Извините, что вы сказали? — раздалось у неё за спиной. Бабка обернулась. Милена стояла, выпрямившись, руки на поясе. Её голос звучал ровно и спокойно. — Я сказала то, что сказала, — ответила бабка. — Ты кто такая вообще, чтоб мне вопросы задавать? Ходишь тут, как шалава, юбка выше пизды, а туда же — наглость проявлять. Милена нахмурилась. — Ты в своём уме, старуха? За такие слова язык вырвать можно. — Ой, да ты мне не угрожай, мразь малолетняя, — бабка поставила пакеты на землю и скрестила руки на груди. — Ты бы сначала до моих лет дожила, а потом права качала. Да только ты, глядя на тебя, и до восемнадцати не доживёшь. Так и сдохнешь, как шалава, рано или поздно. Милена не дрогнула. Она спокойно улыбнулась. — Ну, тогда у тебя, старуха, было больше времени научиться быть человеком. А ты так и осталась старой, злой мудозвонкой. — Ты!.. — бабка задохнулась от злости. Она шагнула ближе, её глаза загорелись. — Ты сдохнешь, слышишь? Сдохнешь! Не сегодня, так завтра! — Посмотрим, — спокойно ответила Милена, не сводя с неё взгляда. Бабка плюнула в её сторону. — Тьфу на тебя! Она схватила свои сумки, подошла к скамейке и тяжело села, отвернувшись от ребят. Она что-то яростно зашептала себе под нос, качая головой. Милена развернулась к остальным. Она была спокойна, как будто ничего не произошло. — Что уставились? — сказала она и снова уткнулась в телефон. Все молчали. Артур стоял чуть в стороне. Он смотрел на дорогу. И снова воздух стал гуще. Он не мог этого объяснить, но всё вокруг стало немного тягучим, как будто время замедлилось. Он моргнул. Ничего не изменилось. — Смотрите, автобус! — крикнул Ян. Все повернулись. Жёлтый автобус с номером 16 на стекле. Старый. С вмятиной на боку. С пылью на колёсах. Он приближался. Запах выхлопных газов и нагретого пластика уже доносился до остановки. Автобус открыл двери.