Часть 5. Нежность с острыми краями.

Она лежала на своей кровати в комнатке общаги. После того, как королеву Марго родители перевели в какой-то заграничный ВУЗ, к ней так никого и не подселили. Конечно, Ритка была ужасной соседкой, после которой любая другая девушка казалась бы просто даром небес. Эта долбанная аристократка мало того, что была жуткой неряхой, из-за чего их комната всегда напоминала поле сражения. ,,Смешались кони, люди...". И всё в этом роде. Ульяна тщетно пытался наводить порядок, только его хватало максимум на полчаса. Но хуже этого, Маргарита была полнейшей идиоткой. При модельной внешности и смазливом кукольном личике, она совсем не утруждала себя развивать свой интеллект. Все ее мысли и разговоры постоянно сводились к тому, как охмурить богатенького мужичка и поскорее выскочить замуж. Ее вечные подруги, Ядвига и Ангелина, были не лучше, но те хотя бы учились сами. А Рита с начала их совместного проживания заявила, что у нее мозги(?) на учебу не заточены. Сначала она просила Ульяну помогать ей с заданиями, но очень скоро это стало считаться уже ее обязанностью. Домашняя работа Марго просто автоматически складывалась на рабочий стол к Ульяне. Даня несколько раз пытался уговорить подругу послать далеко и на долго эту дуру. Но Соломонова понимала, что при всей своей глупости Рита имела ещё и сволочной характер, и вполне могла сделать жизнь Ульяны невыносимой. Не то, чтобы она ее боялась. Она бы могла скажем сварить такое зелье, после которого красивая физиономия Марго покрылась сплошь несводимыми прыщами. Или наложить на нее вечный отвод глаз, чтобы ни одна особь мужского пола никогда не взглянула на нее. Но Соломонова считала ниже своего достоинства опускаться до подобных глупостей и даже называла в шутку свою бескорыстную помощь блондинке, благотворительностью в фонд сирых и убогих. А после того, как Воронов вызвал ее в свой кабинет и познакомил с Матвеем Егоровичем, всё это вообще ушло на второй план. Теперь она все свободное время пропадала в библиотеке, стараясь найти способ открыть дверь в Лукоморье. Даже Васильев, при всей своей учености его не знал. До его поколения дошли только знания, что это должен быть какой-то ритуал. Видимо предки неспроста запечатали проход в истинный мир, да ещё и ,,ключ", так сказать, потеряли. И тут надо было этим двоим попасться со своим любовным зельем. Кто бы мог знать, что именно в гримуаре Кощеева найдется тот самый ритуал. Ульяна тяжело вздохнула, продолжая бесцельно пялиться в потолок. Слезы давно высохли, но горький осадок продолжал разъедать ее сердце. Тайная влюбленность в Богдана у нее была уже давно, но то, что она ощущала сейчас было значительно больше и глубже. И до ужаса ее пугало. Она прекрасно осознавала, что совершенно ему не интересна. Ходили даже слухи, что Кощеев встречается с Ядвигой Лучезарной ( вот же дал Бог фамилию). Но память о прошлой ночи никак не хотела испаряться из ее головы. Как он обнимал ее, вжимал в свое тело, цеплялся из последних сил, словно она была смыслом его жизни. Конечно, он был без сознания и возможно вообще не ее видел во сне. Только почему-то Ульяна была уверена, что он знал, что это именно она за ним ухаживала. И от этого становилось очень сладко и в то же время очень больно, особенно после тех последних слов, что она подслушала. Почему она была так противна ему?!! Да, красавицей писанной она никогда не была, это неоспоримый факт, но и уродкой себя не считала. Тем более у нее имелся свой маленький клуб почитателей из Волкова, Лешинского и, конечно же, Соловьева, который ей буквально прохода не давал. Значит, она всё-таки котировалась у парней. Но Богдан! Видимо это была не достижимая мечта. Ну и пусть! Тихон - прекрасная альтернатива. Он даже начал ей нравиться. А некоторые коты пусть теперь локти себе кусают! В дверь тихонько постучали, и следом в проёме возникла щекастая мордашка Муромцева. - Привет, ты чего на занятия не пришла? Заболела? - в зелёных глазах парня читалась неподдельная тревога. Даниил был упитанным молодым человеком с короткими светло-русыми волосами и квадратными очками в роговой оправе на курносом носу. Почти с первых дней учебы, когда на артифакторике их посадили за одну парту и началась их дружба. Даня оказался очень интересным собеседником, и с ним было на столько легко, что хотелось делиться с парнем всем на свете. Он был единственным человеком, кто знал о ее чувствах к Кощееву. Ульяна скосила на Муромцева глаза, продолжая неподвижно лежать на кровати в форме звезды. - Да, у меня лихорадка. - пробубнила она, а мысленно добавила : ,,Любовная". - Это наверное после того дождя, под который мы попали, когда в теплице работали. У меня на следующий день тоже нос распух, - покачал головой парень, заходя в комнату и присаживаясь возле ее кровати на стул. Она сразу почувствовала себя жуткой врушкой, и зарычав, перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку. - Ульян, ты чего? - услышала она озадаченный голос Даниила. - Я страшно поцапалась с Кощеевым! - промычала она в подушку. - Не хочу об этом говорить. - Слушай, если он тебя обидел, ты только скажи, я с ним разберусь. Соломонова тут же представила, как похожий на большого плюшевого медведя Муромцев, трясет за гудки, как грушу, аристократичного Богдана. И на ее губах сразу расплылась улыбка. Ульяна подняла голову от подушки и посмотрела на парня. - Спасибо, Дань, ты настоящий друг. Но я привыкла свои проблемы решать сама. Тем более нам ещё придется с ним работать бок о бок в очень важном задании, который нам дал Воронов. - А отказаться ты не можешь? - с сомнением в голосе спросил друг. Она, если честно, и сама об этом думала. Но отказаться от спасения мира, да ещё в компании с любовью всей жизни Ульяна просто не могла. Наверное она мазохистка с нулевым чувством гордости. Но при мысли, что в этом задании в другом мире рядом с Богданом будет какая-то другая девица, ее сердце начинало разрываться от ревности. Раз ему так тошно находиться с ней рядом, то она ему это удовольствие доставит по полной программе. Не в ее правилах отступать перед трудностями. Тем более, буфером между ними будет Соловьев. - К сожалению мое участие там обязательно, - без зазрения совести соврала она. - Тогда ладно, - вздохнул Даниил. - Но если надо, я ему мозги вправлю. - Хорошо, - улыбнулась ему Ульяна. - Пойдем на обед? Если честно у меня с утра во рту маковой росинки не было. - Пошли. Кстати, представляешь, на завтраке в столовке слышал - на фермерский курятник ночью лисы напали. Говорят, всех кур перерезали. Так что в кое-то веки нам сегодня свиные котлеты пожарили. Весь колледж теперь стал лисьим фанклубом. Так, значит Воронов уже в курсе ночных приключений, раз успел даже рабочую версию сфабриковать для остальных. Интересно, как много он уже знает? Ульяна уже собиралась выйти из комнаты следом за другом, когда услышала, как в окно кто-то поскребся. Она обернулась и увидела за стеклом на подоконнике Матвея Егоровича. - Дань, ты иди, займи нам столик, я тебя скоро догоню. Муромцев кивнул и зашагал по коридору, а девушка вернулась в свою комнату и открыла окно, впуская профессора внутрь. - Добрый день, Ульянушка. Я на минуточку. Расскажи мне про обращение Богдана. Соломонова села на стул возле письменного стола, на который забрался Васильев. - Про само обращение, профессор, я к своему стыду сказать ничего не могу. Я уснула, когда он обратился и убежал. Мы с Тихоном нашли его на ферме в курятнике. Думаю, вы в курсе, что там случилось. На это профессор коротко согласно мяукнул. - Богдан оказался большим котом, размером с собаку. Но обратного обращения он мне увидеть не позволил. Он сказал Соловьеву, чтобы тот меня увел. И обратился, только когда Тихон закрыл передо мной дверь. - Постой, - удивился неожиданно Васильев, - он говорил в образе кота?! Потрясающе! - Но, профессор, что тут удивительного?- недоумевала Ульяна. - Вы же говорите в этой ипостаси. - Девочка моя, тебе точно надо подтянуть свои знания об оборотнях. В первые месяцы обращения мы являемся просто животными, и лишь со временем учимся соединять в себе человека с животной ипостасью. То, что Богдан смог это сделать так рано, говорит либо о его силе, или что-то заставило его подавить в себе животные инстинкты. Что-то очень мощное и важное для него, - с этими словами Матвей Егорович пристально посмотрел не мигающим взглядом на девушку, отчего та почему-то смутилась и отвела глаза. Иногда Ульяне в такие моменты казалось, что Васильев читает ее мысли. - А ещё более удивительное, что находясь рядом с тобой в непосредственной близости он дважды смог от тебя уйти. - О, спасибо профессор, что ещё раз подчеркнули мою ничтожность, - скривилась Соломонова, вскочив со стула. - Он уже сообщил мне, как тошно ему рядом со мной находиться! От обиды на глазах у девушки выступили слезы. И почему это так ее задевает? - Между вами существует связь, и эта связь очень сильная. Если я ее чувствую, он ее чувствует и подавно. Он может ее отрицать, но она сильнее его, сильнее вас обоих. - Про какую связь вы говорите, Матвей Егорович, я вас не понимаю? - Ульяна почувствовала, как ее сердце так сильно забилось, что готово было выпрыгнуть из груди. - La vera amicizia, - загадочно мурлыкнул Васильев, всё так же продолжая смотреть на Соломонову пристальным взглядом. - Да, девочка, хочет он или нет, но ему придется быть с тобой рядом. Конрад Никодимович назначает вам троим: тебе, Кощееву и Соловьеву, дополнительные занятия на вечер, после вашей основной учебы, в семь часов в его кабинете. Вам нужно многое узнать, прежде чем соваться в чужой мир. А тебе, дорогая моя, придется ещё фехтование подтянуть. Думаю, мальчики тебе помогут с этим. От последних новостей у Ульяны буквально ноги подкосились, и она даже присела на край кровати. Не то чтобы она была совсем не спортивная. Ей нравилось играть в волейбол или в настольный теннис на пару с Даниилом. Но мечом махать она не любила. В детстве она пару месяцев ходила на фехтование и даже подумывала заниматься этим, как профессиональная спортсменка. Но после неожиданно случившегося несчастного случая на тренировке, она на шпагу теперь смотреть не могла. - Фехтование? - внезапно охрипшим голосом пролепетала Соломонова.- Зачем? Это ведь мужская дисциплина. - Эта дисциплина, как ты выразилась, может спасти тебе жизнь. Боевая магия не всегда может помочь, и не везде работает, - строго мурлыкнул Васильев и выпрыгнул в окно. Когда она пришла в столовую, там уже было полно народу. Ульяна взяла поднос и пошла выбирать себе еду. На первое сегодня был гороховый суп и пельмени, которые лепили явно не здесь, поэтому она выбрала именно их, а так же компот из сухофруктов. Соломонова уже шла к столику, за которым сидел Даня, когда перед ней, как из-под земли вырос Тихон со своей вечно улыбающейся физиономией. От неожиданности она чуть в него не врезалась и не выронила поднос. - Соловьев, ты меня чуть без обеда не оставил, придурок! - возмутилась Ульяна, обходя парня по фарватеру. - До меня дошли слухи, красотуля, что ты приболела. Но смотрю, ты в норме, а потому хотел пригласить тебя за наш столик, - завился он вокруг нее ужом. От такого предложения Соломонова даже остолбенела и невольно бросила взгляд на стол, где сейчас сидел Кощеев. Выглядел он вроде бы как всегда, только более мрачно и задумчиво. Словно почувствовав ее взгляд, он поднял на нее глаза, и она залипла в этом янтаре, как муха. В течение нескольких секунд, которые длился их зрительный контакт, Ульяне померещилось, что в глазах Богдана промелькнули, сменяя друг друга, радость, облегчение и тоска. Но пока Ульяна гадала, что бы это могло значить, он уже отвернулся от нее и уставился в окно. - Нет уж, спасибо. Боюсь желудок его светлости не выдержит моего присутствия, - огрызнулась она и снова попыталась пробиться к своему столику. Но Тихон вновь преградил ей дорогу. - Не переживай за Богдана, у него все равно сегодня разгрузочный день, - подмигнул он ей. - Но думаю, нам есть что обсудить всем вместе. - Да что ты говоришь! - сощурила глаза Ульяна. - Вот и обсудим на занятиях у Воронова. Он ждет нас троих у себя в кабинете в 19.00. С этими словами она обогнула удивленного Соловьева и плюхнулась зло за свой столик рядом с Муромцевым. - Что ему от тебя было надо? - спросил Даниил, проводив Тихона хмурым взглядом. - Не обращай внимания, - отмахнулась Соломонова, с остервенением набросившись на пельмени. - Меня пригласили за королевский столик, но я как-то не одета для этого случая. У нее в глазах до сих пор стоял тот взгляд Кощеева. Как он мог быть рад видеть ее после тех слов, что она слышала? Этого просто не может быть. Запретив себе мысленно смотреть в сторону Богдана, она поскорее проглотила свой обед, и извинившись перед Муромцевым, бегом выскочила из столовой. Ульяна прошла по коридору всего несколько метров, когда на повороте ее сцапали сильные руки и потащили куда-то в сторону. Уже знакомый запах корицы окутал ее, и она подняла голову на своего похитителя. Богдан смотрел на нее в упор, всё ещё держа крепко за руку. - Избегаешь меня, Соломонова? - криво усмехнулся он. - Насколько я поняла, ты сам не горел желанием меня видеть, - горько бросила она ему и отвела в сторону глаза. - Ничего ты не поняла, - внезапно охрипшим голосом ответил Кощеев и легко коснулся пальцами ее щеки. Не успела она снова поднять на него взор, как он отдернул от нее руку, и развернувшись, стремительно зашагал по коридору в противоположном от нее направлении. Ульяна смотрела ему вслед с открытым ртом, а щека от его прикосновения просто горела.