Глава 8

(Army Dreamers- Kate Bush) Дом не спал. Хотя было далеко за полночь, Нора гудела, как улей перед бурей. Кто-то собирал вещи. Кто-то проверял портключи. Кто-то зашивал старые плащи или накладывал заклинания на сумки. Римус и Аластор чертили планы на старом, пожелтевшем от времени пергаменте. Молли с Джинни плакали на кухне, складывая оставшиеся примассы и зелья в походные сумки. Близнецы с отцом просматривали все оставшиеся палочки, которые были то от пропавших, то от Пожирателей, которых они все таки смогли победить и выбирали какие лучше взять с собой. Драко был с Гермионой в их комнате и помогал ей собирать ее книги, черновики с записями, нужные вещи. На секунду он замер и посмотрел на Гермиону. Животик потихоньку начинал расти, но под ее огромным свитером этого не было видно. Он подошел к ней со спины, обнял за талию и положил ладони ей на живот. —Я боюсь-тихо прошептал он ей в шею.- Не за себя. За тебя. За нашего малыша. Гермиона аккуратно опустила книгу назад на стол и повернулась лицом к Драко, обвив руки вокруг его шею. –Ну и дурак-тихо сказала она с мягкой улыбкой.- Всё ведь хорошо. Завтра нас тут уже не будет. Мы начнем новую жизнь в другой стране. Наберемся сил.-Гермиона слегка понизила голос- Я рожу нашего малыша. Мы воспитаем его или ее прекрасным человеком. И он или она будет жить в прекрасном Лондоне без всей этой тьмы. Вот увидишь. Он улыбнулся, впервые по-настоящему за последние полгода. –Грейнджер, ты безнадежная оптимистка.- с усмешкой сказал Драко, прежде чем ближе наклониться к ее губам и прошептал уже в них-. За это я тебя и люблю. Сразу после этих слов он заключил ее губы в поцелуе вливая в него всю свою любовь, страх и надежду на лучшие будущее с ней и с их будущем ребенком. Разорвав поцелуй, он взял ее лицо в свои руки, прижался своим лбом к ее и яростно прошептал. –Я тебе клянусь, у нас будет прекрасное будущее. Наш ребенок будет жить в свете, счастье и любви. Я никому не позволю причинить вам вред. –Я знаю…- прошептала Гермиона в ответ и снова поцеловала его. Драко крепче сжал ее талию и прижал к себе, не желая отпускать не на секунду.