Последняя Искра

Багровая кровь пропитала белоснежный снег на поле боя, окрашивая всё вокруг в уродливые алые тона. — Кгх... Очередной предсмертный хрип товарища пронзил его разум, и замёрзшее сердце забилось с новой, отчаянной силой. Но источником этой силы был не боевой дух или гнев за павшего друга — им был страх. Страх, что он станет следующим. Страх, что она раскусит его неумелый обман. Страх, что его бесславная жизнь закончится здесь и сейчас. Отрубленная по локоть рука всё ещё адски горела болью в этой ледяной пустыне, но он должен был молчать. Быть неподвижным и бесшумным. Он должен был походить на труп. Иначе... — Во имя Святого Короля! — крикнул до боли знакомый голос одного из рыцарей, не теряя надежды на победу. — Ра-а-а-а-а! — сразу после его слов, словно по команде, он сам и ещё несколько человек со знакомым боевым кличем рванули к противнику с оружием наперевес. Но в следующий миг... — Мгх!.. — лишь еле сдерживаемый стон вырвался из его уст. Брызги крови товарищей, с которыми он, казалось, ещё вчера выпивал после тренировки, ошпарили его лицо не хуже кипятка. Ему захотелось закричать от увиденного, отвести глаза и притвориться, будто этого не было. Но он не мог. Он не мог отвести взгляда от того, как его братьев по оружию одного за другим жестоко вскрывают, словно скот на бойне. Каждого из них он знал. Знал их мечты, желания и надежды. Знал, как каждый из них мечтал стать «Героем» и заслужить великую славу. Знал, что все они его ровесники, совсем молодые юноши, решившие посвятить свои жизни Святой Церкви. Знал, что дома их всех ждёт семья. И вот, в один миг, один взмах клинка кукри лишил их всего. — Я... я так не могу... я больше не могу... — он закрыл глаза, перестав слушать хрипы предсмертной агонии своих товарищей, с которыми успел так сдружиться за этот короткий срок в войсках. Он впал в транс, не желая обращать внимания на внешний мир. Единственная нить, что всё ещё напоминала ему о реальности и не давала потерять сознание, — боль от отрубленной руки, многочисленные ушибы, агония от кровоточащей раны на боку и холод. К сожалению, ему не дала уйти в себя ещё одна перемена, а именно... Вдруг, в мгновение ока, атмосфера кардинально изменилась, и по всему его телу пробежали мурашки. — Хи-хи-хи. И тут раздался её голос. Та, чья рука держала тот кукри. Та, на кого не повезло наткнуться их взводу. Та, что имела редкие чёрные волосы и глубокие, как омуты, чёрные глаза. Та, чьё имя было... — «Охотница за Кишками» Эльза Гранхирт, — мелодичным голосом представилась девушка. — Рыцарь-Аколит, также известный как «Искра» Райнер Верд, — ответил на традицию мужчина. Верно, это была древняя традиция из незапамятных времён, что укоренилась не только в Густеко, но и во всём мире. Это был обычай воинов — представляться друг другу перед сражением. Было ли это для того, чтобы воины знали, с кем сражаются, и могли пронести славу своего соперника через собственные свершения? Или для того, чтобы не умереть бесславно? Как бы то ни было, сегодняшнее сражение не было исключением из правил. — Сразу после представления обычно следует... Не успел валяющийся на снегу юноша завершить мысль, как море пламени охватило поле боя, направленное на конкретную цель — девушку, Эльзу Гранхирт. Огонь, плавящий снег вокруг, с лёгкостью объял девушку и сжёг её дотла. По крайней мере, ему так показалось. — Ах... Кукри беззвучно рассекло пламя, развеивая его, словно туман, и из него спокойной походкой вышла обгоревшая девушка, чья плоть пузырилась и плавилась прямо на глазах. Впрочем, её, казалось, это нисколько не беспокоило, и на её лице оставалась всё та же безжизненная улыбка. — «Искра», значит? Мне следовало догадаться о подобной атаке. Хотя, размышляй я лишний раз головой, было бы всё это так весело? — ни один мускул на её лице не дрогнул, настолько она была безразлична к собственным ранам. Нет... не так. Одно изменение всё же было. Румянец на её щеках расцвёл ещё сильнее, чем прежде. — Страшно... — такова была реакция юноши на эту сцену. — А? — ошарашенно выдохнул Райнер, видя, как все ожоги на его противнице вмиг зажили, не оставив даже шрама. Но у него не было больше времени удивляться, так как Эльза не стояла на месте. Одним махом она сократила дистанцию между ними и с силой взмахнула своим кукри, целясь в живот Аколита. В ответ Райнер поднял свой двуручный меч как щит, отбив атаку и собираясь сразу же вступить в контратаку. — Слишком легкомысленно, тебе так не кажется?~ — пропела «Охотница за Кишками», доставая из складок плаща второй кукри и нацеливаясь им в беззащитное брюхо врага. Однако, как только она достала свой козырь, на лице Райнера появилась широкая, слегка напряжённая улыбка. — Легкомысленна тут только ты, тварь. Внезапно возле Аколита материализовался маленький красный огонёк — огненный квази-дух. В следующее мгновение взмахнувшую вторым кукри Эльзу снесла буря огня, отшвырнув и впечатав её в ближайшее дерево. К сожалению для Райнера, эта буря была рассечена клинком убийцы точно так же, как и море огня чуть ранее. — Как интересно, я раньше никогда не вскрывала нутро духа, — сказала Эльза, медленно поднимаясь на ноги. Все нанесённые атакой раны уже исцелились. Её глаза были сосредоточены на мерцающем огоньке подле Райнера. — Ну и чертовка. Хер тебе, а не нутро Вайса! Я слыхал о твоей безумной регенерации от начальства, но чтобы настолько? Ты смогла застать врасплох даже меня. Да так, что я чуть кони не двинул ещё в начале сражения. К счастью, я пришёл не один, — с этими словами Райнер взглянул на парившего возле него духа и благодарно повёл рукой, словно гладя его. — Боже, как мило~. Дружба человека и духа... Вероятно, это обыденное зрелище среди такой элиты, как вы, Рыцари-Аколиты, не так ли? — Хм? Любишь языком почесать в разгар битвы? Ха! Я не против, ведь и сам тот ещё болтун, за что меня и упрекает Гил, чтоб его Ортрос задрал! А возвращаясь к твоему вопросу, ты не ошибаешься: у каждого Рыцаря-Аколита есть собственный контрактный дух. Не зря ж мы элита среди элит, — во время разговора мужчина не прекращал улыбаться, одновременно с этим встав в особую стойку, готовый как к защите, так и к нападению. — Так беззаботно болтать во время боя? Да они оба... легкомысленные монстры?.. — юноша, стиснув зубы от терзавшей его боли, как физической, так и психической, продолжал следить за боем, сам того не желая анализируя его. К счастью, продолжения долго ждать не пришлось. «Охотница за Кишками», с тихим хихиканьем слегка пригнувшись к земле, рванула к противнику, не сводя глаз с огненного духа. — Гх!.. — с хрипом Райнер грубо принял её выпад на свой меч, после чего тут же дал команду Вайсу атаковать. Эльза, вовремя заметив появившуюся огненную стрелу, смогла с лёгкостью увернуться, сделав небольшой пируэт и приземлившись чуть поодаль. — Прекрасно! — пробормотала она, не успевая заблокировать атаку Райнера, оказавшегося тут как тут. Его пинок отшвырнул её, словно пылинку, и пока она несколько раз ударялась о землю, снижая скорость, Аколит не мешкал: сосредоточив ману, он выпустил ей вдогонку на невероятной скорости несколько десятков бритвенно-острых ледяных сосулек, каждая из которых была способна прошить лист металла, как бумагу. — Так ты не только фехтовальщик, но ещё и маг? Наш танец становится всё интересней, так что и я стану чуточку серьёзней, — с этими словами Эльза затормозила каблуками и, словно играясь, отбила каждую сосульку своим кукри, не получив и царапинки. Схватка закипела с новой силой. Теперь, когда девушка стала чуть серьёзней, силы сравнялись, и нельзя было выделить того, кто бы доминировал. — Невероятно... — юноша искренне восхитился открывшимся зрелищем, на секунду даже забыв о своей плачевной ситуации. Настолько было великолепно фехтование Райнера и грация Эльзы. Но каждый из троих понимал, что долго так продолжаться не может и кто-то должен будет закончить этот бессмысленный обмен ударами. И финальную точку в их сражении решил поставить Райнер. — Вайс, давай! — громогласно выкрикнул Аколит, давая команду своему духу. Внезапно ноги скакавшей туда-сюда Эльзы объяли огненные путы, и та рухнула на землю, пытаясь потушить огонь снегом. В это же время Райнер неожиданно стал заметно быстрее, словно у него открылось второе дыхание. Таща за собой свой огромный двуручный меч, он сократил дистанцию с остановившейся Эльзой, которая была удивлена его новой скорости и не смогла вовремя отреагировать. А значит... ...в следующее мгновение массивное лезвие упало на голову Эльзы, распотрошив её надвое. Прекрасная дева превратилась в окровавленный ошмёток плоти, который отшвырнуло от инерции столь сильного удара, что расколол даже мёрзлую землю под снегом. Таким образом, Рыцарь-Аколит поставил жирную точку в жизни той, что была известна как еретик и массовый убийца, угрожающий безопасности жителей Густеко. — Тц, не люблю кромсать столь красивых барышень, но еретик есть еретик. Кем бы он ни был, милостивое правосудие Святой Церкви настигнет его. Это я могу гарантировать. С этой верой Райнер взмахнул огромным клинком, счищая с него кровь и ошмётки мозга девушки. Обведя взглядом место побоища, он печально прищурился. — Вот чёрт. Столько бравых юношей полегло от клинка этой мерзавки. Похоже, она вырезала весь взвод Гайтера вместе с ним самим. Хотя, возможно, ещё остались выжившие... я надеюсь... — сказал Аколит, вытирая испарину со лба и тяжело вздохнув. — Вайс, можешь отдыхать, тут я как-нибудь сам разберусь. Спасибо, что снова спас, дружище. — Райнер, попрощавшись со своим квази-духом, начал осматривать тела и искать выживших. — Вот он! Мой шанс! — крикнул про себя юноша. — Э-эй... с-сэр... я... «...тут, я выжил», — именно это он хотел сказать, но суровая реальность в очередной раз дала ему оплеуху, от которой его короткие голубые волосы встали дыбом. И это было... — Кха!.. — выплюнул появившуюся кровь Райнер. Его глаза расширились, дыхание стало хриплым. Кровь пузырилась у губ, а руки нащупали нечто металлическое, нечто острое, вонзившееся в его живот. Последовал поворот и взмах. В следующее мгновение юноша видел, как громадная фигура Райнера с выпученными глазами падает замертво, рассечённая надвое горизонтальным взмахом кукри. Как только Аколит пал, в лучах рассветного солнца показалась хрупкая фигура. Девушка с чёрными волосами, тёмными глазами и алыми, тонкими губами, которые расплылись в возбуждённой, садистской улыбке мертвеца, что казался живее всех живых. — Я смогла застать тебя врасплох уже во второй раз, верно? Разве это не прекрасно?~ Жаль, но наш танец окончен. Её приторно-сладкий тон, соблазняющая внешность, смрад смерти, исходивший от неё, — всё это было взаправду. Это действительно была «Охотница за Кишками» Эльза Гранхирт, восставшая из мёртвых. — Н-невозможно!.. — неосознанно пролепетали его посиневшие губы. Но когда он понял, что совершил смертельную ошибку, было уже слишком поздно. — М-м-м?~ Ах, так значит, у нашего небольшого танца был зритель? Прекрасно, просто прекрасно. Уж прости, я не знаю подробностей, но не могу оставить тебя в живых. Эта миссия слишком важна, чтобы я могла капризничать и ослушаться инструкций. — Н-нет... я-я не хочу ум-мирать!.. Пожалуйста... — отчаяние захлестнуло юношу, а слёзы невольно начали капать из широко раскрытых изумрудных глаз. Но Эльзу не волновал его отчаянный хрип. Она не видела особого интереса в обычном рыцаре на службе у Церкви и затягивать не собиралась, ведь время у неё было ограничено. Понимая, что пощады от монстра перед ним ждать не стоит, его рука бесшумно нащупала сталь на снегу — его меч. — Кх... — он болезненно прикусил губу, пока слёзы всё продолжали изливаться из его глаз. Что он мог сделать? Даже если он нашёл свой отброшенный меч, что он мог им сделать? Этот демон в облике женщины смог убить даже Рыцаря-Аколита, так что мог сделать он? Он не обладал никакими выдающимися качествами: ни силой, ни скоростью, ни интеллектом. Простая посредственность, ничем не выделяющаяся из серой массы таких же неудачников. Стоит ли вообще сопротивляться? Говорят, смерть, с которой ты смирился, легче и спокойнее. С другой стороны, умереть так бесславно у чёрта на куличках — за это явно посмертных наград и выплат не полагается, так что его сестре от его смерти не достанется и копейки от этих старых хрыщей во главе Церкви. Но что важнее всего... — Я не хочу умирать!.. — его рука сильнее сжала рукоять, укрепляя решимость. Он не может так умереть. По крайней мере, не так, не сейчас. Он бы не отказался от спокойной, мирной смерти в тёплой постели и в окружении любящей семьи, когда ему стукнет за семьдесят, но то, что происходило сейчас, — явно не то, чего он желал. — А-а-а-а-а-а!! — его клич, в котором смешались ненависть, боль, печаль, отчаяние и страх, огласил всю округу. Красная пелена застлала глаза, а дрожащая рука, словно с новой силой, начала выпад на приблизившуюся фигуру. Первый взмах — сталь встретилась со сталью, высекая искры. Второй взмах — он попадает девушке в шею. Третьего взмаха... его не было. Ведь его меч уже настиг свою цель. На беззащитной, фарфорово-бледной коже девушки слегка выступила кровь. Это всё, чего он смог добиться в этом до комичности коротком сражении. Его руке не хватило силы, чтобы снести ей голову с плеч. Это конец. — Ха-ха-ха-ха...! — разразился он то ли смехом, то ли плачем. В Густеко нет места прекрасной сказке о силе желания жить. Здесь, в этой промёрзшей до основания пустоши, жизнь человека не стоит и гнутого медяка, а добро человеческих сердец выжигается холодом. Холодом климата, холодом людей и холодом мира. Всё это он знал. Но в полной мере осознал лишь сейчас, когда ощутил всю несправедливость этого проклятого мира на собственной шкуре. И единственное, что он увидел перед тем, как клинок кукри опустился на его череп, — её дьявольская улыбка и блеск глубоких чёрных глаз.