Глава 2. Будем знакомы - герой твоего романа

«Первый день в новой школе мог бы превратиться для нее в катастрофу, ведь она пришла туда, где все изначально были настроены против нее. Одна против целого мира… что кажется романтичным только в книжках, но на деле участь изгоев всегда печальна. Он вдруг пришел ей на помощь, хоть был совсем не героем ее романа, но именно о нем этот роман хотелось написать…» — Цитата из книги «Лети» Киры Климовой Комментарий пользователя Thunder in your city: Благодарности за вдохновение принимаю только лично! Больше, больше пафоса! П. С. Не забудь добавить, что он и выглядел при этом как бог… Или это уже спойлер к следующей главе? К первому дню в новой школе я готовилась как к войне. Надела черную толстовку с капюшоном, чтобы можно было в любой момент спрятать лицо, мягкие джоггеры, которые не сковывали движение, и кроссовки, ведь мне нужно было максимально быстро перемещаться по коридорам. Благо формы не было, как и правил. А я не хотела выделяться, привлекая лишнее внимание. Когда выходила из комнаты, Крис еще спала. После окончания школы она устроилась официанткой в местный ночной клуб, где рабочий день начинался с шести вечера и длился до самого утра. Ночь у костра была ее законным выходным: официально она работала два через два, но часто брала по три-пять смен подряд, ведь мечтала поскорее накопить на съем и съехать от родителей. Того же хотела для себя и я, но перебивалась лишь редкими подработками, не желая вредить учебе. Вся моя надежда была на хорошую успеваемость, ведь это давало мне шанс поступить на бюджет и выбраться из маленького городка. Крис называла мои планы наполеоновскими, нереальными, советуя быть попроще и мыслить мелкими, но легкими задачами. Старший брат — Кай — наоборот поддерживал и всегда хвастался мною перед друзьями, восхищаясь моим умом и решительностью. Но он к тому времени уже пару лет как не жил с нами — после окончания школы отслужил в армии, а затем осел в городе, куда его закинули, найдя там неплохую работу. Кай звал меня с собой, но я отказалась — жизнь на далеком севере не привлекала. Мы старались часто созваниваться, а еще он постоянно присылал мне деньги разными суммами — в зависимости от возможностей — но всегда с подписью «на твою большую мечту». Я тратила понемногу, но в основном откладывала, надеясь, что, если не поступлю на бюджет, попробую на платное. Заначка хранилась в тайнике под половицей, ведь я боялась, что если об этом узнают родители — обязательно отберут. В кухне валялись пустые бутылки, рыбные потроха, пачки из-под сигарет и чипсов, и это служило напоминанием о том, что у отца был выходной. Мама, конечно, сбежала ночевать к соседке, а мы с Крис еще долго гуляли по улицам после того, как ушли с посиделок, ведь не хотели застать в квартире кучу пьяных тел. Пришли только под утро и сразу завалились спать, решив, что займемся уборкой, когда вернусь из школы. Поэтому я спала всего пару часов, но чувствовала себя бодрой — наверное, сказывался адреналин от предстоящей встречи с новыми одноклассниками. Я с отвращением поморщилась, вытряхнув из своей любимой чашки гору окурков, и переступила через очередную бутылку, чтобы пробраться к раковине и быстро помыть. Думала заварить кофе, но, оглянувшись вокруг, решила, что хочу только побыстрее свалить. В холодильнике обнаружилась пустая кастрюля из-под макарон и упаковка от сосисок, и я сделала вывод, что обойдусь и без завтрака. В рюкзаке было немного денег, которых хватило бы либо на проезд, либо на нехитрый обед, и я решительно выбрала второе, бросив взгляд на часы и значительно ускорившись. Торжественная линейка, которую решила пропустить, подходила к концу, и до начала урока оставалось около получаса, а мне предстояло преодолеть пешком пять остановок. Натянув капюшон и закинув на плечо рюкзак, я вышла из квартиры, хлопнув чуть потрепанной деревянной дверью. На улице моросил мелкий дождь, из-за чего выбор в пользу обеда уже не казался таким уж правильным, но я крепче стиснула лямку и поспешила вперед. Еще не хватало довести себя до какой-нибудь анорексии. Впрочем, до нее мне было далеко, а за лето я даже поправилась, подрабатывая в супермаркете, где мне частенько отдавали выпечку, которая списывалась к концу дня. Правда, от вида булочек пирожных меня уже немного тошнило. В школу я прибежала за пару минут до звонка, что было даже к лучшему, ведь не успела толком ни с кем пересечься. В холле меня встретила только уборщица, которая была сразу и за охранника, внимательно проследив за мной до самой лестницы. Первым уроком стояла биология, и я уверенно направилась на второй этаж, ведь несколько раз приходила сюда с Крис. Уборщица точно так же провожала меня своим бдительным взглядом. Когда я зашла в класс, воцарилась тишина, но молоденькая учительница в строгом синем костюме не придала этому значения, быстро отметив мою фамилию в журнале и велев занять свободное место. Первым делом взгляд прошелся по лицам в поисках Грома, которого я где-то в глубине души даже ожидала увидеть. Но его нигде не было, и я сделала вывод, что он учится в параллельном классе, что вызвало легкий укол разочарования. Впрочем… у нас бы и так не вышло общения, он явно не выглядел как тот, кто ищет друзей. Потоптавшись несколько секунд на месте, я поправила рюкзак и направилась к задней парте, где пустовали сразу оба места. Не хотелось вторгаться в чужое личное пространство, а новые одноклассники, судя по лицам, не горели желанием делить со мной территорию. Я бросила рюкзак на стул и опустилась рядом, расстегнув молнию, чтобы достать оттуда тетрадь и ручку. Учебники мне еще не выдали. — Пс, новенькая! — послышалось откуда-то сбоку, и я обернулась на звук. На меня смотрел темноволосый парень, чье лицо было щедро усыпано веснушками. — Это Грома место! — Что? — шепнула в ответ, ощутив, как при упоминании его прозвища дрогнуло сердце. Значит, класс мы делили один, просто он почему-то опаздывал. — Фу, Миш, не говори с ней! Еще подцепишь что-нибудь! — нарочито громко прошипела светловолосая девчонка, сидевшая за первой партой. Она презрительно поморщилась и добавила: — Это ведь сестра Климовой! Наверняка такая же потаскуха! — Заткнись! — бросила я, вспыхнув, как и всякий раз, когда кто-то задевал сестру. Девчонка усмехнулась. В своем романе я бы описала ее как обычную стервочку, такую, каких обычно добавляют во все подростковые произведения о школе, чтобы строила козни главным героям и раздражала читателей при каждом появлении. Шаблонная, стереотипная и совершенно ненужная, ведь создана только для того, чтобы мешать. Светлые пряди, остриженные под каре, большие глаза, подчеркнутые макияжем смоки айс со стрелками, ухмылка на пухлых губах, накрашенных розовым блеском. Образ дополняли голубая блузка и черная юбка, из-под которой были видны стройные ноги, особенно когда она сидела ко мне в пол-оборота. В книге я бы добавила ей какой-нибудь изъян, чтобы не казалась такой безупречной, но в реальности в однокласснице было не к чему придраться. Сияющая кожа, стройная фигура, блестящие волосы… и невероятно раздражающий характер, на фоне которого внешность просто меркла. Крис не заслуживала такого отношения, хоть и совершила ошибку. В середине прошлого учебного года в Сети разлетелось видео, как она занимается сексом сразу с информатиком и физруком. Сестра подозревала, что это сделал одноклассник, который был безответно в нее влюблен и захотел отомстить за очередной отказ таким образом. В любой нормальной школе был бы скандал, учителей бы с позором уволили, а ученицу — исключили… Но реальность оказалась такова, что местной администрации было плевать. Единственное, что сделала директриса — устроила всем троим словесную порку в спортзале, чем сделала только хуже. Физрук и информатик после этого по-тихому написали заявления по собственному желанию и ушли работать в другие школы, ну а Крис… осталась и до конца года терпела издевательства и насмешки со стороны других школьников, каждый раз приходя домой словно после публичной казни. Но продолжить учебу и выдержать всё это оказалось для нее делом принципа, чего я понять не могла. Я наверняка бы сбежала — куда угодно, хоть к Каю на север, только бы не проходить через всё это каждый день. Впрочем, в момент, когда с губ новой одноклассницы слетели эти оскорбительные слова, я вдруг поняла, что не собираюсь срочно ехать на вокзал и покупать билеты в сказочный, но холодный Великий Устюг… Наоборот, как никогда сильно прочувствовала мотивы Крис. Да, она оступилась, но не дала другим себя сломать и вышла из этой истории только сильнее. Это стоило нервов, стоило усилий, но если вечно бежать от боли и проблем, то легче не станет. Можно беречь себя и избегать от всего, а можно… взглянуть проблеме в лицо, как я в тот момент смотрела на ту девчонку. — Еще и агрессивная, — прошипела она, и я показала ей средний палец. Она в возмущении открыла рот, но в этот момент из-за стола вскочила учительница. — Климова, немедленно выйди! — скомандовала биологичка, указывая на дверь. Девчонка злорадно ухмыльнулась. — Подобных жестов я в своем классе не потерплю! Ну а ты, Теплова, объяснительную мне на стол! Живо! — А я что? — обиженным голосом протянула блондинка, пока я дрожащими руками собирала вещи в рюкзак. Мне нужно было остыть. — Я ведь просто предупредила Абрамова, а то мало ли… Конец ее реплики я уже не слышала, потому что под тихие перешептывания вышла из класса. На душе было паршиво, хотелось курить, но я не рисковала носить с собой в школу сигареты, да и не так уж часто возвращалась к этой вредной привычке, чтобы она считалась зависимостью. Так, покуривала иногда, желая успокоить нервы или выглядеть круче рядом с Крис. Я привалилась спиной к холодной стене и запрокинула голову, борясь с подступающими слезами. Мне ни к чему было, чтобы кто-то увидел мою уязвимость. Мысленно сосчитала до десяти и попыталась подумать о чем-то приятном — например о коте, которого заведу, как только свалю из этой школы и из этого города. Образ пушистого друга помог — дыхание выровнялось, стало легче. Я открыла глаза и тут же вздрогнула, увидев перед собой Макара. Он стоял напротив — примерно в метре от меня — и внимательно изучал мое лицо. Между его пальцами была зажата сигарета, и мне невыносимо захотелось ее получить. — Можно мне? — спросила, кивнув на его руку. Он вопросительно выгнул бровь, и я вздохнула: — Закурить. — В прошлый раз не спрашивала, — фыркнул Гром, но все же подошел ближе и передал мне сигарету. Я с наслаждением затянулась и выдохнула дым в приоткрытую форточку. — Ты бы завязывала. Дурная привычка. — А сам? — нахмурилась, делая еще затяжку. Взгляд упал на школьный двор, и я заметила, как к зданию направляется директриса. — Черт… а здесь можно курить? — Мне можно, — ухмыльнулся парень, прислоняясь к стене рядом и забирая у меня сигарету. Я не возражала, пары затяжек оказалось достаточно, чтобы отпустить напряжение, а наглеть не хотелось. — Ты вообще че тут стоишь? Проблемы? Я кивнула, бросив взгляд на дверь кабинета биологии. Мне казалось, что со мной поступили несправедливо, и это жгло даже сильнее, чем обида на слова одноклассницы. Если уж выгонять, то обеих, либо обеим писать объяснительную, а так… биологичка лишь укрепила мой статус изгоя. — Пойдем, разберемся, — равнодушно бросил Макар, отстранившись от стены, чтобы направиться в сторону кабинета. Но я тут же остановила его, тронув за руку. Кожу обожгло холодом, и я одернула пальцы. — Сама разберусь, — произнесла резче, чем мне хотелось бы. Парень снова повернулся ко мне. — Не надо меня жалеть, ясно? — С чего мне тебя жалеть? — хмыкнул Гром, выдохнув в воздух облако дыма. Его взгляд мазнул по лицу, в нем читалось безразличие. — Я тебя не знаю. — Тогда зачем решил пойти на разборки? — спросила, вдруг ощутив, что его слова меня задевают. Я скрестила руки на груди, словно защищаясь. — Обостренное чувство справедливости? На деле он просто констатировал факт. Наш диалог у костра никак нельзя было назвать полноценным знакомством. Для меня это был скорее неловкий флирт, для него… не знаю, забава. В конце концов, это я к нему подошла, а он будто бы и не горел желанием со мной общаться. — Может, хотел произвести впечатление, — подкинул мне вариант, будто бы хотел, чтобы сама приняла решение. Но верилось в это с трудом. — Ты же сказала освоить подкаты получше. Я учусь, птичка. — Правда думаешь, что мне это нужно? — поморщилась, усевшись на подоконник. До конца урока было еще около двадцати минут. Макар не ответил, вновь прислонившись к стене. Он провел пальцами по волосам, смахивая непослушную прядь с лица, и я невольно засмотрелась на него, вновь возвращаясь мыслями к своему роману, который все никак не могла начать. Взгляд зацепился за ссадину у него над бровью, и я готова была поклясться, что еще вчера ее не было. По крайней мере, до тех пор, пока мы с Крис не ушли. Спрашивать было неловко, но Гром заметил мой взгляд и вновь ухмыльнулся. — Любуешься? — спросил, повернув ко мне голову. Я вспыхнула. — Думаешь о том, не влез ли я в разборки после твоего побега? Именно об этом я и подумала, из-за чего только сильнее покраснела. Меня окатило чувством вины, ведь я не хотела, чтобы он пострадал. Что, если тот Дима разозлился и решил отыграться на том, кто его отвлек? А Гром не успел среагировать и пропустил удар. — Расслабься. Пропустил боковой на утренней тренировке, — пояснил парень, и я запоздало вспомнила о том, что он местная звезда спорта. Подружка Крис даже как-то рассказывала, что ходила к нему на турнир. Он вроде выиграл. — А ты беспокоишься? — О тебе? С чего мне беспокоиться? Я тебя не знаю, — отозвалась едко, закатив глаза. У нас входило в привычку возвращать фразы друг другу. Макар засмеялся, едва не поперхнувшись сигаретным дымом. Он будто бы находил весь наш разговор забавным, и мне это немного раздражало. Но вместе с тем я мысленно отметила, что все эмоции по поводу несправедливого изгнания из класса схлынули. — Это и к лучшему… Знаешь, я слышал, незнакомцам проще доверить тайны, — произнес он полушепотом, слегка наклонив голову ко мне. Я не спешила отстраняться, из-за чего расстояние между нами стало почти интимным. Его глаза лукаво блеснули. — Расскажешь, что случилось? — Крис… — я вздохнула, отведя взгляд в сторону. Ему не требовалось дальше объяснять, ведь все, кто был в курсе той ситуации, вспоминали о ней, едва услышав имя сестры. — Ты говорил, что будет тяжело… да я и сама это знала, но… Хуже всего осознание, что я никак не могу ее защитить. Ни тогда, ни сейчас. — Защитить? — он выгнул бровь, словно бы это желание оказалось для него неожиданным. Я тут же ощетинилась. Наверное, Гром ожидал от меня жалоб на то, что одноклассники при первой же встрече навесили на меня ярлык шлюхи. Это было обидно, но… ожидаемо. Я будто бы была готова, что мне заклеймят, едва переступлю порог школы, но Крис… она заплатила сполна за эту ошибку и продолжать травить ее за это казалось мне чудовищным. Но реальность оказалась такова, что даже покинув эти стены сестра оставалась козлом отпущения, а я ничего не могла сделать с этим… и это ощущалось тяжелее всего. — Мне казалось, ей не нужна защита, — продолжил парень задумчиво, и я прикусила нижнюю губу. Крис всегда была боевой, но даже ее эта ситуация чуть не сломала. — Тебе бы о себе подумать, птичка… Это как в драке, знаешь, сперва ты вырубаешь своего противника, а потом уже приходишь на помощь другу, начнешь распыляться — положат обоих. — Предлагаешь всем им навалять? — развеселилась я, подумав, что была бы не против подпортить идеальную внешность той блондиночки. Куда сложнее было с учительницей по биологии. Макар нахмурился, и я усмехнулась. — Ладно-ладно, я поняла, что ты имел в виду. Спасибо, сенсей, за вашу метафору, но все равно не знаю, как мне сдержаться, когда оскорбляют того, кто мне дорог. Поможешь? — У самого с этим проблемы, — отозвался Макар, отстранившись от стены, чтобы выбросить окурок в урну. Когда он вернулся, я уже слезла с подоконника. — Тренер говорит, нужно считать до десяти… Но я обычно срываюсь еще на тройке. — Не знаешь, что там дальше? Четыре, пять, шесть… Ладно, прости! — я неловко хихикнула, решив не поддерживать стереотип о глупости спортсменов. Но Гром, кажется, не обиделся. По крайней мере, выражение его лица осталось расслабленным, только во взгляде читалась легкая усмешка. — Не позавтракала сегодня, вот и злая. Здесь ведь можно купить что-то перекусить? На самом деле я знала, что на первом этаже есть буфет, где продают пирожки, булочки, пиццу и бутерброды с колбасой, от которых Крис советовала держаться подальше, пугая рассказами про одноклассницу по прозвищу Диарея. Но мне хотелось перевести тему, чтобы сгладить неловкость. — У меня есть упаковка орешков. Хочешь? — предложил парень, открыв рюкзак, из которого достал открытую ореховую смесь. Помедлив, я решила не отказываться, ведь и правда была слишком голодной. — Тренер советует брать их на перекус, а я на них уже смотреть не могу. — Спасибо, — я улыбнулась, отправив в рот ядро кешью. Следом взяла миндаль. — Ты неожиданно добр для незнакомца. — Ты просто не видела меня на тренировке, — подмигнул мне он, и я подумала о том, стоит ли расценивать это как приглашение. Вроде занятия проходят в секции при школе, и я могла бы когда-то заглянуть. Хоть увидеть, о чем все так увлеченно рассказывают. — Вся злость остается там. — Нужно попробовать, а то точно кому-нибудь наваляю, — выдохнула я, отправляя в рот очередной орешек и возвращая ему полупустую пачку. Объедать его не хотелось. — Держи. А то снова забудешь о нашем знакомстве. Мистер «Я-тебя-не-знаю». Он ухмыльнулся. В этот момент прозвенел звонок, и я вздрогнула от неожиданности, едва не выронив пачку. Макар вовремя обхватил мою руку, и я на секунду замерла, ощутив холод на коже и пристальный взгляд на своем лице. — Оставь себе… Это подарок, — произнес он, отпуская меня. Я тут же устыдилась своей глупой овечьей реакции. — Знаешь, еще я слышал, что если человек вызывает у нас симпатию, мы подсознательно начинаем повторять за ним жесты и фразы… Мисс «Не-надо-меня-жалеть». Он произнес это негромко и доверительно, словно бы это было чем-то интимным. Но не успела подумать, является ли это намеком на его симпатию ко мне, как парень подмигнул мне и отстранился, поправив рюкзак на плече, чтобы пойти к кабинету биологии. Я лишь проводила его взглядом и шумно вздохнула, подумав о том, что стереотипы о глупых спортсменов все же неправда. Ну, либо орешки действительно помогают, ведь они вроде как полезны для мозга. Глядишь, и мне с этим повезет… «В день, когда она пришла в эту дыру, я был в бешенстве из-за гребаного похмелья и неудачной тренировки. Но едва увидел ее, как эмоции схлынули, ведь ей удивительным образом удавалось действовать умиротворяюще, просто находясь рядом. Я будто бы боялся спугнуть ее, разрушить эту хрупкость, едва дыша, даже когда внутри бушевал огонь. С ней хотелось быть внимательным, заботливым, понимающим, чего я, черт возьми, никогда не умел. Но готов был учиться. Ради нее». Исправления: «Были времена, когда меня посещали приступы неконтролируемой злости. Но я искал способы справляться с ними. Практиковал йогу, дыхательные упражнения, самопознание…» Комментарий к исправлениям: «Прекрати писать про меня!!!». *Уведомление в «Телеграм»: новое сообщение от Макара Громова* «Во-первых, это моя биография, а во-вторых… какая йога? Какие дыхательные упражнения?! «Самопознание» — это типа то, что я делал в душе после того, как…» Сообщение от Киры Климовой: «Откуда у тебя мой номер? Я даже дочитывать это не буду, фу! Нам нужно срочно встретиться, дальше так продолжаться не может!» Сообщение от Макара Громова: «Твоя агентша дала… агентка… Ой, нафиг, короче, кажется, я ей понравился 😉 Согласен, нужно срочно встретиться. Пора перейти от слов к действиям, так сказать. У тебя или у меня?» Сообщение от Томной писательницы: «Книгу нам надо обсудить, чертов ты извращенец! Завра в офисе!». Сообщение от Мудака бывшего: «Ну так и я про книгу… а ты о чем? Только не в восемь!!! А пока, пожалуй, пойду, займусь самопознанием…»