Часть 4. Ревность под пальцами

Кабинет, куда Ёнджун завёл Сонхи, был слишком тесным для такой напряжённой атмосферы. Он резко захлопнул дверь, повернулся к ней и скрестил руки на груди. — Объяснись. Сонхи впервые за этот день почувствовала себя виноватой. — Спина болит. — Серьёзно? — И я... хотела узнать правду. — Способ оригинальный, — его голос звучал сухо. — Раздеться перед моим лучшим другом. — Я не… — она замялась, — я не думала, что это выглядит так. Ёнджун прищурился. — А как, по-твоему, это выглядело? Сонхи вздохнула и села на массажный стол. — А ты как объяснишь, что обнимал девушку, называя её "деткой"? Ёнджун замер. — Ты… подслушивала? — Нет! — она вскочила. — Я установила камеру. Тишина. Потом пухлые губы расплылись в улыбке. Ёнджун засмеялся. Громко. — Ты шпионила за мной? — Нет, блин, скучала... Его поведение сбивало с толку. Никаких вопросов: "Как ты могла? Что конкретно ты видела? Почему ты мне не доверяешь?" Только смех, словно веселее шутки он не слышал. Сонхи раздраженно толкнула его в грудь. Глаза напротив потемнели. — Ты действительно думаешь, что я с кем-то… ?! — А что мне думать?! Ты исчезаешь, шепчешься с какой-то блондинкой, получаешь от неё таинственные пакеты… Ёнджун вздохнул и провёл рукой по лицу. — Ладно. Хватит. Я расскажу всё. Ты поймешь, что просто накрутила себя, но сначала... мне нужно убрать боль в твоей спине, так что... — Ты шутишь?! — Конечно, нет, солнышко. Ты не представляешь, какой это удар по репутации. Раздевайся быстренько, ложись на кушеточку... — Ты спятил? — она дернулась в сторону, но он уже снял блузку. — Зачем мне кто-то? У меня такая шикарная тигрица... — аккуратно уложил её на живот. — Ты пожалеешь... — огрызается она. — Не отвлекай меня. — Я не отвлекаю. Я лечу, — голос стал низким, тёплым. — Ты же знаешь, как я люблю свою работу. Особенно, когда клиент — ты. Нам нужно срочно наверстать упущение с недоразумением. Завтра всё узнаешь... — он мягко массировал ей шею, переходя на спину. — Лучше убей меня... сегодня... правдой, — голос становился всё тише. — Нет, милая... Потерпи немного... Ты поймешь, что зря волновалась... — Я тебя не прощу, если ты... — Понимаю... бедный Бомгю... Ему так несправедливо досталось, — пальцы скользнули по её лопаткам, разминая узлы напряжения. — Ты… не играешь честно, — прошептала Сонхи. — Никогда не играю, но ты слишком торопишься с выводами. — Тогда скажи мне сейчас, — она сжала край массажного стола. — Или я уйду. Ёнджун тихо засмеялся. — Нет, не уйдёшь. — Почему? — Потому что… — его руки опустились на её талию, — ты слишком любишь мои руки. — Могу и разлюбить, — буркнула она, отталкиваясь от стола и садясь к нему лицом. — Ладно, дам подсказку. Ты помнишь, как мы познакомились? — вдруг спросил Ёнджун. — Как я предложил тебе встречаться, а ты отшила меня, сказав, что плейбои не в твоём вкусе? — К чему ты это? — она моргнула. — Я подумал тогда: это будет сложно, она будет ревновать меня всю жизнь. Но я полюбил твою душу. А шикарное тело, ну, шло как бонус... — Ёнджун... я не понимаю, что ты... — Думаешь мне легко? Я не ревную? Вспомни хотя бы, кто был у нас свидетелями на свадьбе. С моей стороны — "подружка невесты", с твоей — "друг жениха". — Субин мне как брат. — Знаю... — И хватит заговаривать мне зубы, Ёнджун. Если завтра окажется, что ты лгал… — Тогда я сам лягу под твой нож и прийдешь к Бомгю снова, — ёрничал он, заглушая все возражения поцелуем, а потом нехотя оторвался от её губ и прошептал, — Солнце, я бы с удовольствием продолжил, но у меня клиент через пятнадцать минут. — Клиент или клиентка? Он рассмеялся, заглядывая в блокнот: — Клиент.