Глава 16.1. Перед схваткой.

Прошло уже пару месяцев с той ночи, когда Драко подбросил Грейнджер её дневник. Вернее, то, что она считала дневником. Он не мог полностью снять чары отца — на это у него не хватало силы и знаний, — но изменил их. Теперь все новые записи появлялись и в его собственном зачарованном блокноте. В любой момент он мог открыть его и прочесть записи Грейнджер, словно сам сидел в её голове. Первые недели это были обрывки: заметки о скучных уроках, о длинных списках домашних заданий, жалобы на бесконечные вылазки под взглядом амбриджевских надзирателей. Драко листал страницы и злился — на то, что она так просто живёт и пишет, будто ничего не произошло. С каждой записью он всё сильнее чувствовал себя пленником собственных чар. Он думал, что будет контролировать её. Но оказалось, что она — в его мыслях, каждую ночь, в каждом вдохе.

Хогвартс походил на тюрьму. В коридорах патрулировал Инквизиторский отряд, расписание обросло запретами и правилами. Казалось, стены сжимались, не давая ни вдохнуть, ни шагнуть свободно. Драко становился мрачнее с каждым днём. С тех пор как он осознал собственные чувства и желания, в нём поселилась тяжесть. Он встречал её в коридорах, но чаще проходил мимо, даже не бросив насмешки, как раньше. Он не мог — слова застревали в горле, а в груди росло что-то, что он боялся назвать. Я думал, что она в моей власти . А на деле — я в её.

И вдруг в блокноте появилась запись, от которой его передёрнуло. "Гарри готовит проникновение в Министерство. Мы обсуждали план. Он уверен, что это единственный способ узнать правду." Страницы в руках дрогнули, он стиснул зубы. — Какого чёрта ты творишь, Поттер… В этот миг зеркало на стене дрогнуло, серебристая гладь пошла рябью. Появилось лицо Люциуса, холодное и резкое, словно вырезанное изо льда. — Я уже знаю, — произнёс он, не тратя времени на приветствия. — Поттер и его друзья готовят вылазку. Это прекрасная возможность, Драко. Прекрасная возможность сыграть на их глупости и извлечь пользу. Ты пойдёшь со мной. Пора доказать, что ты достоин. Драко сжал блокнот так, что побелели пальцы. В горле стоял ком. Он хотел сказать нет, но не смог.

…Он сидел на подоконнике. Делал вид, что просто отдыхает. На самом деле — ждал. Ждал её. Сам не понимал зачем. Просто знал, что Грейнджер идёт этим коридором после теплиц. Шорох шагов. Он узнал её походку. Слишком чёткую. Слишком правильную. И от этого в нём всё сжималось. Она вошла в коридор, и Драко не оторвал взгляда. В груди что-то дёрнулось — то ли злость, то ли желание. Ещё шаг — и я сорвусь. — Малфой, разве ты не должен быть на уроке? — её голос звенел раздражением. Он не ответил. Не мог. Просто встал. И когда она попыталась пройти мимо — шагнул вперёд. Он поймал её запястья. Адреналин ударил в виски. Её тепло жгло. Её сопротивление опьяняло. Зачем я это делаю?.. Но остановиться он не мог. Её спина ударилась о стену. В её глазах — страх, злость… и ещё что-то, от чего его сорвало окончательно. Он рванулся и прижался к её губам. Жёстко. Слишком жёстко. Словно хотел доказать, что может её сломать. Но на самом деле — ломался сам. Она билась, вырывалась, а он держал. Чем сильнее она дёргалась, тем сильнее его тянуло. Её губы оказались мягче, чем он представлял. Слаще, чем он мог вообразить. У него закружилась голова. Он тянулся глубже, жаднее, пока она не вырвалась. Пощёчина ударила, как заклинание. Он замер. В груди грохотало сердце. Она кричала. Её глаза метали молнии. И она убегала, оставив его одного. На полу что-то блеснуло. Заколка. Дурацкая, с ракушками. Вещь, что не стоила ничего — но почему-то сейчас значила всё. Он поднял её и сжал в кулаке. Острые края впились в ладонь, и это было лучше боли в сердце. Грейнджер… Вкус её губ не уходил. Драко закрыл глаза и понял: всё кончено. Он проиграл. Она была в его голове. В его сердце. Холодная маска вернулась на лицо. Он спрятал заколку в карман, поднял её книгу и ушёл прочь. Никто не должен узнать. Никогда.