Лето с Лоренсо

А что, если у Густава тоже был свой «чес» — только не под металическую музыку и макияж, а в дыму, грехе и июльской жаре? Свобода может выглядеть по-разному. Особенно, если её даёт человек, который разрушает всё, к чему прикасается.