Дом, милый дом.

***

Наконец, появилась реальная возможность узнать кто вживил чип Диане. Эта возможность была буквально на ладони у Владимира и он не собирался упускать ее. Первым делом лаборанта повели на тот же этаж, где ранее держали Николая. Его усадили на стул в центре одной из комнат для так называемых заключенных. Парень дрожал и с трудом мог держать себя в руках, и, наверное, он уже представил свою смерть. По его лицу стекали капли пота, которые можно было заметить невооруженным взглядом, а кучерявые волосы рыжего цвета едва ли не стояли дыбом от страха. Очки уже давно спали и были потеряны, а белый халат перепачкан грязью и пятнами крови, от рук Владимира. — Парни, можете идти. Я сомневаюсь, что у него духа хватит даже что бы пошевелиться без разрешения. — отдал приказ своим подчиненным Владимир, уверенный в своих силах. Мужчина поставил стул напротив и уселся, закуривая сигарету. Он все еще был перепачкан кровью. Пятна на лице стали коричневыми, потому что кровь давно свернулась и потемнела, а кожу не приятно стягивало. Волосы тоже заметно разлохматились, но ему даже шло. Он выглядел так… Уместно? Его внешний вид сейчас полностью соответствовал работе, дополняя страх парнишки, что давало существенное преимущество. — Рассказывай все, что ты знаешь о чипе и о эксперименте, который проводился на моей девочке. Я думаю, мне не нужно объяснять, кто она такая и так далее, ты прекрасно понимаешь о чем я. Лаборант замялся, не решаясь сразу выложить правду. Сперва он отвел глаза в пол, а после украдкой посмотрел на мужчину, который держал сигарету в зубах. — Да, уважаемый, я понимаю о чем вы, и, я с радостью расскажу вам все, что вы пожелаете, потому что на самом деле я не то что бы хочу участвовать во всем этом, я скорее это все для саморазвития и познания мира, да и вообще, я готов присоединиться к вам, потому что понимаю, что разумнее будет выбрать сильнейшую сторону и… — Лаборант заткнулся, как только Владимир наигранно закашлялся. — Ради бога, заткнись. — Выругался Владимир, у которого чуть уши в трубочку не свернулись от такого потока лишней болтовни. — Я сказал тебе выкладывать все, что известно о чипах. — Да да, точно, точно! Ну… Это… Мы как-то довольно давно вышли на след мужчины, который сбежал из особняка хозяина и был вместе с вами. А потом, во время слежки, мы увидели как он увозил девочку из вашего дома и решили проехать за ними по следам. — Парень подавился слюной от волнения и раскраснелся, но сразу же продолжил — Потом как оказалось, он увез ее в какую то хижину и одному всесоздателю известно, чем он там с ней занимался! В общем… Это самое… Когда он уехал, мы решили зайти внутрь и увидели, что единственный вход в эту хижину — это подвал, куда мы и спустились, найдя ключи висящие на гвоздике около входной двери. — лаборант слегка усмехнулся, но вовремя одернул себя — Какой идиот будет оставлять ключи на самом входе, подумаете вы, но мы подумали ровно о том же. — Так, подожди. — Оживился мужчина. — То есть, чип ей вживили не в моём доме? Это было там, где ее держал Николай? — Так и было… Да! Мы с напарником вошли внутрь и нашли девочку без сознания. Нам было приказано при помощи специально разработанной иглы вживить этот чип, а после наблюдать как ее тело будет вести себя в привычной для нее среде. Что самое странное, наше руководство не посчитало необычным, что ее привычная среда обитания это подвал. Никто ведь не знал, что в конечном итоге ее освободят. — Слов не подобрать. Говори дальше. Какие побочки у воздействия этой хуйни на мозг или еще что то в этом роде, в общем, все что знаешь выкладывай. — Если бы она носила его в себе 6 месяцев, то ее мозг перестроился бы, начав путать реальность и ее психологические травмы, воплощаемые в видения и с этим ничего нельзя было бы сделать. Но, так как срок ношения устройства не был завершен, весь результат был обнулен. — У кого еще есть эти штуки под кожей? — Владимир задавал вопросы, в душе, наконец, спокойно выдыхая от осознания, что Денис ни при чем и ему не придётся разбираться со своей же правой рукой. — Пока что ни у кого. Это был наш первый эксперимент. Но мы работали над созданием новых моделей, которые пропали из лаборатории. — Ладно, достаточно. — Сказал мужчина, вставая со стула и уходя прочь. — Эй! Постойте! А как же я? Развяжите меня хотя бы, прошу! — резко завелся лаборант, осознавая, что его просто бросают в бетонной коробке без света, еды и воды, к тому же привязанным к стулу. Владимир не оборачивался, ему было все равно на человека, чьими руками был осуществлён план, способный сделать его девочку овощем. Владимир решил поехать домой, вернувшись на работу завтра к обеду, ведь сейчас было очень позднее время и спустя около двух часов настанет утро.

***

Николай с горем пополам «дополз» до своей машины, стараясь быть как можно быстрее. Рука безумно болела и было желание отрезать ее, лишь бы не чувствовать этих мучений. Раны на теле начали давать о себе знать и стали пульсировать, отдаваясь жаром, заставляя чувствовать мерзкое жжение. Сев в машину, он как можно скорее поехал в город, что бы заехать в какую нибудь больницу и дав взятку какому нибудь врачу, исправить ситуацию с рукой анонимно, без регистрации и фиксации камерами видеонаблюдения. В первой же попавшейся больнице он попросил отвести его в кабинет главврача, если тот был на месте. Как оказалось, к его счастью, он там был. Первым же делом, не заходя из далека, Николай вывалил свою просьбу на мужчину, положив на стол приличную стопку наличных, которые он всегда хранил в бардачке машины на особый случай. Главврач, Сергей Викторович, без лишних раздумий согласился, отправив мужчину на стойку регистрации, что бы уже там его направили туда, куда ему было нужно. Николая окружил белый кабинет, а вскоре он почувствовал первые болевые позывы, ведь из раны начали вынимать мелкие осколки от стекла. Это было более чем невыносимо, по этому на лице к мужчины сразу же появилась гримаса боли. Он сильно сжал зубы и напряг брови, стараясь держать себя в руках. Врачи не задавали никаких вопросов, ведь строгого взгляда главного врача хватило, что бы они поняли что́ сейчас происходит и кто перед ними сидит. Рану на ноге пришлось зашивать, чего крайне не хотелось. Кожа на израненных конечностях опухла и покраснела от постоянного воздействия на нее, но выбора не было. Когда с ранами было покончено, а врачи отправились умывать руки, Николай встал, с трудом опираясь на пораненную ногу, а после поковылял к своей машине, так и не обмолвившись ни единым словом с персоналом. Мужчина решил, что переждет какое то время, что бы его раны зажили и он мог свободно двигаться, не чувствуя напряжения. После того, как это произойдет, он сделает все, что бы выкрасть девчонку и завершить свою последнюю миссию. Пока что из вариантов было лишь отправится на привычное место у обрыва, наконец, предприняв попытку уснуть.

***

Владимир вернулся домой. Сегодняшнее утро и его появление на пороге квартиры казалось уютнее чем остальные другие. Почему то, почувствовав тишину и тепло своего дома, где ждет его маленькая принцесса, стало спокойно. Наверное, так повлиял на него большой и холодный особняк, проморозив тело мужчины до костей своим серым и унылым видом. В особняке основная масса комнат была бледно серого цвета, который идиоты, не смыслящие в искусстве интерьера, называли приятной, спокойной классикой. Мебель была скучного, лишенного уюта белого цвета, а кухонные столешницы сделаны из мрамора. Как же типично. Сейчас, смотря на приятный жёлтый свет от настенных светильников, красивую и изящную мебель, темные шторы, не пропускающие свет, согревалась душа. Мужчине сразу же захотелось, что бы он мигом оказался рядом с Дианой. Почему то он до боли соскучился за эти, как ему казалось, долгие часы. А может они действительно были долгими. Владимир постоял немного в прихожей, по привычке ожидая что сейчас прибежит Диана и обнимет его, но, вспомнив, сколько сейчас времени, он сразу же понял что его малышка спит. Сняв с себя всю лишнюю одежду, он побрёл в комнату Дианы, ожидая что она спит в своей кровати, ведь уехал Владимир еще ночью, до того как она легла спать, по этому не знал где именно девушка расположилась. В комнате ее не оказалось. Владимир сразу же понял, что она спит в его кровати и тихо пошел к себе, что бы не разбудить его спящую красавицу. Зайдя в комнату, мужчина увидел как Диана обнимает во сне одеяло обеими ногами, от чего для него открылся вид на оголенное бедро. Ее кожа выглядела такой мягкой и приятной, что хотелось подойти и укусить, лишь бы почувствовать приятное тепло ее кожи как можно ближе. Владимир тихо приблизился, залезая на кровать. Его движения были осторожными и почти бесшумными. Он наклонился прямо к ее ляжке и начал медленно целовать, оставляя влажные следы. Сперва от ляжки он опускался ниже, целуя все до конца голени, а после начал подниматься, доходя до самой шеи. Диана начала просыпаться. Она разлепила глазки и посмотрела на мужчину, сперва испугавшись. Владимир нежно улыбнулся, смотря ей в лицо — так он постарался успокоить ее. — Прости что разбудил — провел рукой по волосам и заправил прядь за ухо мужчина — Я не смог устоять. Диана тоже улыбнулась, обнимая Владимира. Сначала она не заметила пятна крови, которыми была перепачкана вся рубашка мужчины, но когда она целиком отошла от сна, то увидела огромные рваные дыры в рубашке, под которыми и на которых было немало крови. — Что это? С тобой все хорошо? — обеспокоено спросила девушка, начав оглядывать Владимира со всех сторон. — Прости, я совсем забыл что я выгляжу как жертва нападения и кровавой расправы — усмехнулся мужчина — Я сейчас переоденусь и вернусь, а ты лежи. Владимир начал вставать, но Диана последовала за ним. — Постой, папочка. — Девушка потянула мужчину за рукав, оставляя на своих пальцах грязный красно-коричневый след. Владимир обернулся и снова улыбнулся, умилившись. — Ну ты чего, лежи в кровати, не вставай. — Я хочу пойти с тобой, я хочу посмотреть что с тобой случилось. Хочу сама увидеть что под рубашкой. — Ты волнуешься за меня? — Очень, тебя ведь не было столько часов, а вернулся ты таким, будто тебя из мясорубки вытащили. — Хаха, глупышка. — мужчина погладил малышку по голове, радуясь тому, что у него есть человек, переживающий за него. — Я ведь вернулся, значит все остальное не важно. — А вдруг ты ранен? Это ведь может быть опасно! — Тише, милая — повернувшись и встав вплотную к девушке, он взял ее лицо в ладони — давай я помоюсь и мы вместе ляжем спать. Мужчина пошел в ванную, а Диана последовала за ним. Впоследнее время у нее появилась привычка сидеть около ванны, пока Владимир моется. Ей это не казалось чем то странным, а ему и подавно, скорее, наоборот, выглядело мило. Владимир включил свет в ванной и сразу же наткнулся на очень интересную картину: Видимо, Диана сделала ему сюрприз, пока его не было. — Что это? Ты для меня это сделала? — спросил мужчина, рассматривая обклееное наклейками и изрисованное помадными сердечками зеркало. Диана сразу же улыбнулась во все тридцать два, воодушевленно смотря на Владимира. — Тебе нравится? Я старалась, что бы было красиво. Владимир и не думал злиться на счет испачканого зеркала, ему в целом было плевать, ведь самое главное это ее светящиеся глаза и тот факт, что дома о нем помнят и ждут. — Мне очень приятно. — Владимир улыбнулся в ответ самой теплой улыбкой, которую только можно было показать в нынешний момент. — Ты такая умница, постаралась для меня. — он погладил ее по голове, задержав руку на волосах. — Моя хорошая девочка. Мужчина обнял девушку, а после отстранился, начав раздеваться. Перед тем как он оказался полностью без одежды, сначала подошел к зеркалу вплотную и поближе рассмотрел приятный сюрприз. — Милая, можешь включить мне воду? — спрашивал Владимир, проводя пальцем по рисунку из помады. Владимир стоял без рубашки, а Диана наконец смогла увидеть его раны, которые совершенно не нравились ей. Девушка подошла ближе и с сочувствием посмотрела на тело Владимира, а после ему в лицо. — Ну чего ты выглядишь так грустно? Я ведь сказал, что все в порядке. Владимир разделся полностью и лег в ванну, в которой довольно быстро набралось чуть меньше половины воды. Вода быстро расслабила тело. Тепло заставило полностью омбякнуть. — Хочешь ко мне? — Конечно хочу! Подожди, я только разденусь. Диана скинула с себя всю немногочисленную одежду, в которой спала, а после залезла в воду, которая окрасилась в светло красный оттенок. Девушка легла в объятия Владимира, так как он приказал ей это сделать, ему хотелось ощутить ее еще ближе, чем она была. — Тебе тепло? — тихим голосом спросил Владимир. — С тобой мне всегда тепло, папочка. Малышка прижалась к мужчине сильнее. Ее голова лежала у него возле ключицы. Руки Владимира крепко обвивали хрупкое тело, желая большего. Было недостаточно простых объятий, хотелось чувствовать сильнее, крепче, глубже. — Я так скучал по тебе — мужчина вдохнул аромат волос Дианы, желая обвиться ее волосами как петлей. — Я тоже скучала — Ответила девушка, привстав и посмотрев в глаза мужчине. — тебе не больно? Диана погладила Владимира по лицу, прислонившись и целуя его щеки. — У тебя уже борода выросла, нужно убрать. — малышка провела ладонью против роста волос на щеках и подбородке. — Действительно. Хочешь сама это сделать? — Я совсем не умею, вдруг я пораню тебя. — Не переживай, я буду тебе помогать. Владимир взял бритву и пену для бритья, которые стояли на выступе у ванны, а после вручил это все в руки девушки. — Держи. Тебе нужно сначала нанести пену, а после начать сбривать волосы по росту волос и в конце пройтись против роста. Поняла? — Вроде бы не сложно. Девушка нанесла пену на щеки, подбородок и немного на шею. — Она так пахнет… — принюхалась сильнее Диана — Так по мужски. — Хаха, по мужски? — Владимира позабавило это суждение. — Да, по мужски. Так резко и… По мужски. Диана принялась двигать бритвой как ей и сказали и у нее отлично получалось. Малышка двигалась нежно и медленно, искренне проявляя старательность. Она хотела что бы мужчина похвалил ее за хорошую работу. — Я хорошо делаю? — Почти идеально — подметил мужчина. — Почти? — расстроено спросила малышка. — Да, почти. Тебе нужно двигать бритвой быстрее, потому что от медленных движений некоторые волосы не приятно зацепляются за лезвие. — Ой, почему ты не сказал сразу? Я хотела что бы было наоборот не больно, а в итоге… — Это ведь пустяки, не заморачивайся. — Мужчина провёл мокрыми костяшками пальцев по щеке девушки. — Я хочу быть лучшей во всем для тебя, по этому заморачиваюсь. — Не говори глупостей, ты итак лучшая во всем. Девушка смущенно улыбнулась, отведя глаза. После она продолжила свое занятие, выполняя все наставления мужчины. Они вдвоем сидели в ванне, в которой вода была окрашена в красный. Никто из них не боялся крови, не чувствовал отвращение, наоборот, было уютно. Кровь стала чем то обыденным и родным. Когда они оба закончили в ванной, Владимир сам вытер девушку и на руках отнес ее в кровать. Он даже не одел малышку, не желая видеть на ней лишнюю одежду. Сам же он одел на себя все для сна. Усадив Диану на кровать, Владимир погладил ее по теплому плечу. — Хочешь я посушу тебе волосы? — спросил мужчина. — Хочу, папочка. Владимир взял расчёску с прикроватной тумбочки и принялся осторожно вычёсывать волосы, стараясь не вырывать лишних волосков. Отодвинув волосы на одну сторону, мужчина опустился ниже и поцеловал девочку в шею, после чмокнув и ключицу. Диана откинулась назад и прижалась к груди мужчины, передернувшись от мурашек. — Щекотно! — посмеялась Диана. Владимир продолжил расчёсывание, а когда закончил, взял фен и начал сушку. От теплого воздуха Диана вновь покрылась мурашками, чувствуя уют. Владимир досушил почти до конца, оставляя волосы совсем слегка влажными. Он вновь спустился к шее, оставляя на ней уже влажные следы от поцелуев. Далее Владимир начал спускаться к ключицам оставляя легкий укус. Диана издала тихий полустон, довольно промычав и прижавшись затылком к груди мужчины. Владимир же опустил свои ладони к животу, поглаживая и поднимаясь к ребрам. После мужчина накрыл одну из грудей своей ладонью, заставляя Диану вновь блаженно промычать. Девушка подняла руку выше своей головы и погладила Владимира по лицу, расслабляясь. Стоило ему сделать что то подобное, как она, будто инстинктивно расслаблялась и обмякала, не стараясь отказываться и отстраняться. Владимир накрыл уже обе груди ладонями, отдавая им свое тепло. Диане отчего то до боли нравилось это ощущение. Ей казалось, что она будто в домике. Сразу же становилось тепло и комфортно, как будто она под его защитой целиком. — Ты хочешь этого? — прошептал на прямо на ухо мужчина. — Хочу… — тяжело дыша ответила малышка. — Не правильно — усмехнулся Владимир, резко сжимая оба соска. — Да, папочка! — ахнув, изменила ответ Диана. — Правильно, хорошая девочка. — вновь прошептал на ухо мужчина. Владимир переместился и положил Диану на спину, сам нависая сверху над ней. Он начал вновь целовать тонкую шейку, периодически покусывая. Диана блаженно мычала, обвивая мужчину за шею. Ее руки перемещались от шеи к спине и возвращаясь обратно. Она мягко царапала ноготками кожу мужчины, делая приятно тем самым и ему. Владимир опустился к груди и начал целовать обе по очереди, направляя руку к промежности. Пальцы сразу же намокли, ведь девушка уже возбудилась и хотела большего. Владимир гладил ее половые губы, дразня, не приступая сразу же к ласкам клитора. Малышка чувствовала сегодня невероятное наслаждение, по этому ее стоны стали лишь громче, а руки сильнее вцепились в плечи. Пальцы мужчины медленно погрузились внутрь и Диана чуть выгнулась, сильнее вжимаясь в шею Владимира. Он начал двигать пальцами внутри, ускоряя темп, а вскоре и вовсе начал погружать их внутрь как можно глубже. — Я хочу больше, пожалуйста! Владимир специально молчал, смотря как она сходит с ума. Он лишь опустился вниз, принявшись ласкать ее языком. — Ну папочка! Я хочу что бы ты вошел в меня! — Ты сегодня не терпеливая, малышка. — Усмехнулся мужчина. — хочешь что бы я прямо сейчас вошел в тебя? — Хочу, пожалуйста! — Проси. — Войди в меня, прошу! — Проси лучше — не унимался Владимир. - Прошу, папочка, войди в меня... Владимир решил исполнить просьбу, по этому снял с себя боксеры, и, вернувшись к лицу девочки, поцеловал, параллельно начав входить. Так как половых актов у Дианы было не много, она все еще была слишком узкой. По этому Владимир как и всегда вначале входил осторожно, спрашивая при этом об ощущениях Дианы. Этот момент был самым важным для двоих, ведь мужчина должен был, нет, просто обязан был показать всю свою любовь через трепетное и заботливое отношение, стараясь не причинить боли.