Часть 10

Глава 10 На следующий день Лив проснулась с лёгким беспокойством, которое уже начало становиться привычным спутником её мыслей. Она всё ещё пыталась понять странную нумерацию рисунков Сондре — «слова» и «предложения», о которых он говорил, казались загадкой, не поддающейся разгадке. После школы Лив решила пойти в парк, чтобы немного побыть наедине с собой и обдумать всё, что происходило в последние дни. По дороге к любимому месту у моря она заметила знакомую пекарню с ароматом свежего хлеба и сладких булочек. Решив сделать небольшой приятный жест для себя, она зашла внутрь и купила теплый батончик. Покинув пекарню, Лив направилась к морскому берегу, где её уже ждали многочисленные чайки, громко крича и кружась над волнами. Она аккуратно разломала батончик на кусочки и начала кормить птиц, чувствуя, как их рев и движение успокаивают её мысли. В этот момент на её пути появился Томас — с той самой компанией ребят, с которыми он обычно был. Томас остановился и с ехидной улыбкой посмотрел на Лив. — Привет, Лив, — сказал он насмешливо. — Снова гуляешь с этим Сондре? Ты правда думаешь, что он для тебя? Лив замерла на месте, но старалась не показывать страха. Томас всегда умел выводить её из себя, и сейчас она чувствовала, как сердце стучит быстрее. — Оставь меня в покое, Томас, — спокойно ответила она. В этот момент подошёл Сондре, и напряжение в воздухе стало ощутимым. Томас бросил злобный взгляд в его сторону, и в их глазах мелькнуло то, что говорило о старой обиде и ненависти. — Вот и ты здесь, — сказал Томас, — думал, что сможешь избежать меня? Сондре глубоко вздохнул, пытаясь сохранить спокойствие. — Мы давно не друзья, Томас. И я не позволю тебе вмешиваться. Томас усмехнулся и сделал шаг вперёд, словно готовясь к конфликту, но Лив быстро встала между ними. — Хватит! — твёрдо сказала она. — Не надо из-за меня драться. Они замолчали, напряжение не спадало, но конфликт не перерастал в драку. Томас бросил последний взгляд и ушел, при этом громко сказал: — Ты ещё пожалеешь, что связалась с ним, Лив. Сондре посмотрел на Лив и улыбнулся, но в его глазах была тревога. — Не обращай внимания, — сказал он. — Это только начало. Лив почувствовала, что между ними начинается нечто серьезное — не только симпатия, но и борьба за их отношения. Она понимала, что впереди будет сложно, но готова была бороться После напряженной встречи с Томасом Лив и Сондре шли вдоль тихой улочки, слегка отдаляясь от шумного центра города. Воздух был прохладным, свежий морской ветер играл с ее волосами, но в душе Лив царила неразбериха. Каждое слово Томаса эхом звучало в голове, заставляя сердце биться быстрее и отравляя мысли. — Хочешь зайдем в пекарню? — спросил Сондре, будто стараясь вернуть лёгкость в этот вечер. Лив кивнула без особого энтузиазма, чувствуя, как между ними висит молчание, но в нём нет враждебности, только непонимание и незаконченные вопросы. В пекарне их встретил знакомый запах свежего хлеба и сладкой выпечки, теплый и уютный, словно маленький островок покоя в суматохе её мыслей. Сондре выбрал батон, Лив — пару мягких булочек, а кассир улыбнулась им тепло и без лишних слов. С покупками они вышли на улицу, где над волнами с шумом кружили чайки. Лив остановилась и наблюдала, как стая жадно устремляется к ним, чувствуя свой голод и беззаботность. — Пойдём кормить их, — предложил Сондре, и в его голосе прозвучало что-то почти детское, лёгкое и искреннее. Они подошли к берегу, Лив аккуратно раскрошила батон на мелкие кусочки. Чайки с азартом взмывали в воздух, цепляясь к хлебу и шумно перекликаясь. В эту минуту Лив ощутила странное умиротворение, которое казалось ей недосягаемым еще час назад. Она впервые позволила себе забыть про Томаса, про обиды и подозрения, просто быть рядом с Сондре. — Знаешь, — сказала она тихо, глядя на его лицо, — твои рисунки… они такие загадочные. Я пытаюсь понять, что они значат, но пока это как тайна, которую я не могу разгадать. Сондре улыбнулся, в его глазах блеснуло тепло: — Да, я долго пытался это объяснить себе самому. Может, когда-нибудь я смогу показать тебе всё так, как вижу я. Лив посмотрела на морскую гладь, где серебристые волны отражали свет луны, и впервые почувствовала, что даже в самых сложных и непонятных вещах может быть своя красота. Она глубоко вдохнула морской воздух, словно втягивая силы для будущего пути. Возможно, вместе с Сондре ей будет легче разобраться в себе и тех чувствах, что постепенно переполняли сердце. Ветер тихо шептал что-то на ушко, а чайки, казалось, разделяли её надежды и страхи.