Light side

      Сынмён готовился к мировому туру и собирал вещи. Когда он так концентрируется на чем-то, его брови собираются в одну кучку, словно это они обсуждают какие вещи взять в тур. Жаль он не может взять с собой меня. В любом случае, даже когда он такой серьезный, у него получается оставаться абсолютно милым.       -А! – воскликнул он, проносясь в который раз мимо меня, сидящей на диване. – Это тебе.       Парень передал мне синий мешочек, украшенный вышитыми золотыми звездочками. Внутри лежала небольшая куколка, похожая не человечка, ее глаза отливали синевой, похожей на ту, которой светились глаза Сынмёна на недавней фотосессии, а вышитая нитками улыбка делала мордочку удивительной живой. На ее голове пришиты короткие волоски, подозрительно похожие на волосы парня.       -Что это? – не могла не спросить я.       -Это моя кукла-вуду, - сказал Сынмён так буднично, будто обычное дело – дарить девушке свою мини-копию, отсылающую к африканскому культу с его магией управления чужими телами.       -Очень мило, - ответила я, не зная, как реагировать на такой подарок.       -Нравится? Это чтобы ты не скучала, пока меня нет, - сказал он, садясь рядом со мной и обняв за плечи.       -Не знаю, как эта куколка поможет мне не скучать, пока тебя не будет больше месяца.       -Частичка меня всегда с тобой, ты можешь продолжать обо мне заботиться на расстоянии, - заверил он.       Я скептически посмотрела на него, но его уверенный взгляд, полный любви, заставил сомнения скрыться до других времен и других забот. Голова примагнитилась к груди парня. Пусть он и выглядел уверено, сердце его стучало очень громко и быстро.       -Ты правда веришь, что вуду работает? – спросила я, рассматривая куколку. Кажется, еще чуть-чуть и она мне подмигнет.       -Не промерим, не узнаем, - ответил он и поцеловал меня в макушку. – Но я очень рассчитываю, что работает, потому что не представляю, как переживу это время без твоих объятий и массажа. Особенно массажа.       Он грустно хихикнул, я поддержала ответным коротким смешком. Кто бы знал, что расставаться так тяжело. Имея современные средства связи с круглосуточным выходом в сеть, мессенджеры и видео-звонки, все равно душа не могла оставаться на своем месте в разлуке. А вдруг он заболеет? А вдруг вывих или еще что-то? Кто ему поможет, кто позаботится? Он будет так уставать… Я знаю, что переживаю на пустом месте: он – мировая звезда с самой лучшей командой и защитой, если что-то случится, то они точно обеспечат его всем самым необходимым, сделают все лучше меня, но разве этого достаточно, чтобы сердце поверило и отпустило? Чтобы оно было спокойно, надо чувствовать биение другого сердца.       -Я буду скучать, - сказала я тихо, смахивая проступившие на глаза слезы.       -Я тоже буду, - сказал Сынмён. – Поэтому позаботься о Мини-Мёне и я буду чувствовать, что ты рядом.       Мини-Мён, такое милое имя. Я взяла его двумя руками, посадила себе на бедро. Он улыбнулся как мог широко, чтобы снизить мою печаль. ***       Сынмён позвонил глубокой ночью, когда сам освободился и отправлялся ко сну. Разница во времени мешала созваниваться в комфортное время, но нечего жаловаться на это, я могу ответить в любое время.       -Привет, чаги, - произнес он в трубку голосом, состоящим из усталости.       -Привет, Мёни, - ответила я, пытаясь понять, кто я, где я и что происходит. Мне снилось, что мы гуляли по берегу моря, наслаждаясь небольшими теплыми волнами, поэтому возвращение в реальный холодный мир немного травмировало. Тяжесть чужого дыхания только больше разбередила печаль. – Ты такой грустный, что-то случилось?       -Нет, не беспокойся, все хорошо, - заверил он. – Я просто устал.       Я села в кровати, включила ночник. Его теплый свет осветил прикроватную тумбочку и куклу, прислонившуюся к телу светильника. Лицо мини-версии парня тоже казалось осунувшимся и бледным.       -Понял, что не засну, если не услышу тебя. Прости, что разбудил. В Корее сейчас сколько? Четыре?       -Не знаю, - ответила я. – Какая разница.       Сынмён спросил, как прошел мой день. Что я могу сказать? Как обычно. Работа, дом, ничего интересного. Он рассказал, какой насыщенный у него был день, сколько раз он ошибся в хореографии, но как хорошо вытянул длинную ноту, как Джун внезапно обнял его со спины прямо на сцене, как другой хён бессовестно ударил его по попе.       -Под конец пошел дождь, залило всю сцену, - продолжал парень. – Чтобы ноги не разъезжались, приходилось их напрягать сильнее, но странное дело, напрягались ноги, а болят шея и плечи.       Я с грустью выдохнула, прижимая колени к груди. Как жаль, что я ничем не могу ему помочь.       -Ох, - выдохнул Сынмён. – Не хочу больше тебя беспокоить. Ложись спать, отдохни. Я постараюсь позвонить завтра, может получится позвонить, когда у тебя будет день. Спокойной ночи, чаги!       Пожелав любимому спокойной ночи, я положила телефон на тумбочку и встретилась взглядом с Мини-Мёном. Это, конечно, бред, но…       -Он так устает, - сказала я, аккуратно беря куклу в руки. – Может Вселенная передаст мою заботу о нем через тебя, а, Мён?       Положив куклу на кровать и сев поудобнее, я сначала поглаживающими движениями растерла спину, чтобы согреть мышцы, затем похлопала по трапециевидным мышцам, спустилась вдоль позвоночника, похлопала по бокам. Потом решилась на более сильные нажатия и круговые движения пальцами по самым зажатым участкам. Показалось, что ниточки, из которых состоит куколка, растянулись от моих движений, потеряв былое натяжение. В конце массажа, я накрыла Мёна полотенцем, чтобы он отдохнул. После я переложила его на пустующую половину кровати. Он казался крохотным по сравнению с тем, что его окружало. Крохотным, но невероятно мужественным. *** Пару дней Сынмён не звонил – слишком плотный график. В сообщениях он отметил, что каждый день он освобождается только тогда, когда в Корее слишком поздно и ему не хочется оставлять меня без сна, хотя лишить меня его убаюкивающего голоса и означает оставить меня без сна. Когда он пишет мне в Кофетоке, он пишет и фанатам в Баблгам. Видимо ему пишут, что он выглядит сонным. Может еще поэтому он не звонит – не хочет, чтобы я волновалась, ведь по голосу не сложно все понять. В нем просыпаются и не спят низкие нотки, которые сами тяготеют к подушке, но из-за работы их приходится таскать за собой, как ненужный груз. На съемки, на концерты, на фан-встречи, на посещения магазинов, шоурумов и показов. Подкрепляя все веселыми смайлики, Мён уверяет, что ничего страшного, что сон пусть и выходит коротким, зато ему весело общаться с фанатами и создавать хорошие воспоминания. Это абсолютная правда, но все равно ему бы хорошо поспать. Закончив пулеметную очередь из сообщений в Баблгам, он написал мне.       Сегодня смогу тебе позвонить, даже не слишком поздно       И прикрепил кучу сердечек и поцелуйчиков. По сердцу разлилось тепло, все тело дернулось, будто никогда не чувствовало, что вокруг и внутри может быть не только суровый лед. Конечно, мне очень хотелось поговорить. Бесконечное количество часов слушать его, потихоньку засыпать и просыпаться на волнах его эмоционального монолога, хотелось разделить с ним ночь. Но в то же время… Как эгоистично с моей стороны жаждать того, чтобы Мён вновь всю ночь не мог закрыть глаз и отдохнуть.       Поэтому я не стала ждать звонка. Чуть заранее до назначенного времени я взяла Мини-Мёна, погладила его по голове, поцеловала. Взбила для него подушку, подготовила чистое полотенце в качестве одеяла, чтобы не просто накрыть его, но завернуть в кокон, как заворачивают маленьких деток, чтобы они чувствовали себя в безопасности и быстрее засыпали. Спела ему колыбельную. Уверенности в том, что все получится не было. Прошло пять минут. Десять. Пол часа. Сынмён не звонил, а его мини-копия довольно улыбалась лежа в постели, укрытая заботой и любовью. ***       -Прости, я так тебе и не позвонил, - сказал он с сожалением. – Вырубился прямо в кресле. Никогда не думал, что в нем можно выспаться. Проспал до утра да так, что Хёнсону, представляешь, Хёнсону пришлось меня будить! А ты знаешь, что он сам встать не может вовремя.       -Ты хоть отдохнул? Лучше себя чувствуешь? - зевая спросила я. Не понимаю, как ему и ребятам из его группы удается работать, когда время отходить ко сну. Сколько чашек кофе нужно выпить?       -Чувствую себя на все сто пятьдесят! – заявил он. – Не знаю, куда девать энергию. Я перевозбужден.       -Хм…- протянула я, заерзав на кровати.       Не то, чтобы обычно я особенным образом реагировала на слова, что близки по значению с темой секса. Я не подросток, чтобы на уроке математики реагировать на слова «многочлен» и другие в том же духе. Однако сейчас произнесенное Сынмёном слово «перевозбужден», вызвало во мне бурление чувств и неоднозначную реакцию: мурашки прошлись по ногам, уходя вверх к промежности. Очень хотелось отрицать эти ощущения, чтобы они не мешали просто поговорить с парнем впервые за долгое время, но с каждом секундой все становилось только хуже, мысли вертелись только вокруг постыдных желаний: особых прикосновений, поцелуев, уходящих в запретные зоны, и соединений, выражающихся в большем. Спокойно больше не лежалось.       -Что-то не так? – спросил Мён. А затем в свойственной ему шутливо-издевательской манере добавил: - Тебе взволновало слово «перевозбужден»? А? Колись!       -Нееет, - запротестовала я не слишком убедительно и снова поменяла позу – все конечности просили движения. Или того, чтобы их мяли и управляли ими.       -Ну, такое долгое время проводить в постели без меня, это испытание, я понимаю, - заявил он и глупо захихикал. – Ты прикасалась к себе пока меня нет?       Мое лицо залилось краской.       -О чем ты таком говоришь! – с возмущением протянула я. – Пошляк!       -Ничего не пошляк, - ответил он. – Мне интересно. И вообще, чего ты стесняешься, мы же занимались сексом. Ты ведь тоже возбуждена, не так ли?       -Не по телефону же такое обсуждать…       -Какая разница. Мы же наедине друг с другом. Доверяем друг другу, а значит можем пробовать новое. Главное, чтобы обоим нравилось и оба были согласны.       -Я не согласна! – громче, чем хотела взвизгнула я. – Это смущает! Все, я пошла спать. Спокойной ночи!       Не дождавшись ответа, я бросила трубку в прямом смысле слова – телефон отлетел на край кровати. Хотелось выкинуть его подальше, будто он не средство связи, а точка развращения, которая нагреется, а потом полезет насильно доставлять удовольствие.       -Пошляк, - произнесла я обиженно.       Однако через минуту почувствовала себя дурой. Я же хотела совсем другого.       – Но это он меня вывел! Зачем надо было начинать эту тему? Вот скажи же, Мини-Мён, почему он…ты…такой пошлый! Я буду мстить! А то посмотрите на него, решил он поиграться…       Из дальнего ящика я достала иголку, нитку и кусок ткани. Ткань по цвету отличается от куклы, но у меня другой все равно нет. Надеюсь, магия сработает несмотря ни на что. Навыков шитья у меня кот наплакал и даже меньше, поэтому пришлось повозиться: куколка маленькая, значит и половой орган у нее должен быть небольшой. Первый блин вышел комом, у меня не получалось орудовать пальцами настолько искусно. Со второго раза получилось достаточно неплохо, пусть он и кривоват и, откровенно говоря, большеват, но все же пришит и готов.       -Пробовать новое, говоришь…       Сказать, что ощущения странные – ничего не сказать. Как начать? Не понятно, я в целом такое никогда не делала. Тем более кукле. Медленный вдох и выдох. Я положила Мёна перед собой на кровати. По телу пробежались мурашки. Теперь, пожалуй, можно сказать, что возбуждение возросло и его можно ощутить по напряжению в трусиках. Сначала погладить кукле ноги с внешней стороны, потом перейти на внутреннюю, более интимную. Я подбиралась медленно, оттягивая момент из-за неловкости. Тоже мне, мстительница. Собравшись с духом, я все-таки пошла дальше: невесомо провела пальцем по всей длине члена, спустилась к основанию, добавила второй палец, чтобы можно было немного сжать и покрутить. Возникло сомнение, что так будет приятно, и я поменяла хват, обхватив член указательным пальцем, помогая большим пальцем. Таким кольцом можно совершать движения, напоминающие проникновение в сексе. К тому же, удобно контролировать степень сжатия. Сынмёну нравится, когда стенки влагалища туго обхватывают его. Ему нравится быстрый темп, поэтому я тоже вела пальцы быстро. Когда точно наступит оргазм у парня – предположить трудно, но больше минуты для этого еще не требовалось, поэтому мучить его дольше я не стала. Потом он чаще уделял внимание мне, чтобы и я дошла до пика удовольствия.       -Придется самой справляться, - закапризничала я и как-то неохотно засунула руку промеж ног. Мини-Мён улыбался так хитро и загадочно, пока смотрел на меня, это помогло расслабиться, ведь это ему тоже нравилось. ***       Сынмён понял, что я сделала с куклой: поначалу он испугался, ведь кончил даже не прикасаясь к себе.       -А потом я вспомнил, что подарил тебе свою мини-копию, - сказал он в трубку самым веселым и энергичным голосом, каким только мог. – Не думал, что моя скромная малышка придумает такое.       -Это ты виноват! – сказала я, затем стушевалась, почувствовав, как горит лицо. – Ну…что скажешь? Тебе понравилось?       -Еще бы! Все было очень реально! Я чувствовал каждое прикосновение! Я потом так сладко уснул.       Слышать его восторг, пожалуй, тоже сродни оргазму.       -Только жаль, что я не слышал тебя. И не видел, - опять он использует свой особенный тон, чтобы меня позлить. – Ты ведь и с собой поиграла, ведь так?       -Я с собой не играла! – крикнула я. – И вообще, ты доиграешься! Забыл, что у меня твоя копия, с которой я могу вытворять всякое.       -Шантаж? – спросил парень. – А откуда ты знаешь, что я не хочу, чтобы ты вытворяла со мной всякое.       -А казался таким скромным малым, - заметила я. – Только футболка чуть задирается на концерте, ты сразу прячешь свой драгоценный животик, тогда как твои сокомандники ходят раздетые.       -В тихом омуте, - ответил он. – И вообще, мой драгоценный животик только для тебя.       Вот ведь, умеет сказать то, что мне понравится.       -Знаешь, - вдруг посерьезнел Сынмён, - пока мы на расстоянии все кажется каким-то блеклым. Вроде слышать тебя или видеть по видеозвонку приятно, но недостаточно. Я очень дорожу нашими звонками, но они так теряются на фоне всего остального. Не пойми меня неправильно, но мне будто не хватает эмоций. Адреналина.       -Ты меня провоцируешь?       -Хм, - задумался он. Через посторонний шум в трубке я все равно услышала его заигрывающие, подхихикивающие нотки. – Только потому, что ты так легко провоцируешься. Хочу посмотреть, что ты сможешь сделать еще. Неожиданного. Помнишь, если мы вместе, то все можно.       Он отвлекся от звонка, – видимо его позвали, - потом Мён наскоро попрощался, сказав, что у них будет прямой эфир.       Прямой эфир…       Теперь я понимаю его периоды дьявольского настроения. Так и захотелось хитро улыбнутся от уха до уха и потирая руки друг об друга готовить план поднятия его адреналина на максимум.       -Ну что, Мини-Мён, пойдем, расшевелим твой оригинал, да так, чтобы ему жизнь медом не казалась.       Я включила эфир на телевизоре. Ребята уже собрались, поприветствовали зрителей. Сынмён сел на диване в самом центре, его окружили со всех стороны, будто он серединка цветка. Он смеялся и шутил над мемберами.       Может не стоит? Все-таки это показывают на многолюдную аудиторию.       Он первым начал игру. Я взяла Мёна из комнаты и села с ним перед телевизором, пока положив его между ног лицом вперед, но ненавязчиво поглаживая его по плечам, по рукам, по животу. Сынмён, кажется, покраснел и догадался, что с ним происходит, поэтому с каким-то заговорщицким выражением лица посмотрел в камеру, потом выудил телефон из кармана спортивных брюк и написал мне сообщение.       Мы продолжаем игру? А ты ненасытная. Мне нравится       Дальше тебе тоже понравится. Я активнее массировала его тело, подбираясь ближе к ногам. Парень откинулся на диване, сел поудобнее. Когда мои пальцы оказались поблизости от кукольного члена, Сынмён попросил передать ему подушку. Он сделал вид, что обнимает ее и старался выглядеть непринужденно, но его уши горели красным, что чуть пар не шел. Меня охватило волнение, но не такое, когда боишься, что тебя застукают, а трепетное, порхающее, будоражащее, которое заставляет продолжать, несмотря на последствия.       Пальцы добрались до тканевого члена и принялись его поглаживать, массировать, теребить. Сынмён аж подскакивал на диване, но не переставал довольно улыбаться и все сильнее прижимал подушку к ногам и животу. Он терял нить разговора, просил повторить вопросы, над его рассеянностью посмеивались участники группы. В конце концов парень почти лег на диван, закрыл глаза и постарался расслабиться, пока мои пальцы совершали активные движения, немного сжимали и царапали ткань, уделяя внимание самому кончику. Моя кожа ощущала, как нити на ткани натянулись, я решила ускорить процесс. Сынмён опять подсобрался, напрягся, сел, согнувшись к коленям. Вокруг него шло какое-то активное обсуждение, кипели страсти и вдруг парень вскрикнул, очень двусмысленно, все покосились на него, а он, пытаясь отдышаться, ловко вырулил ситуацию в свою пользу – вкинул какую-то шутку по теме обсуждения, отчего все засмеялись и забыли про его странное поведение. Еще пару минут он восстанавливал дыхание, аккуратно проверял брюки и подушку, и удовлетворенно улыбался. Как и его маленькая копия.       Весь последовавший за эфиром концерт парень был таким гиперактивным, что большинство видео с концерта, даже прицельно старавшихся запечатлеть кого-то из участников, содержали взаимодействия с Мёном. После он написал:       Ты сумасшедшая. Прямо, как я. Жди ответку дома, маленькая пошлячка ***       Здравствуйте, это SK-entertainment! Хотим поздравить Саджакидс, весь ск-стафф и фандом с успешным окончанием мирового тура! Работая слаженно, вы вместе смогли достичь небывалой гармонии, получить невероятные эмоции и зарядиться энергией на многие лета вперед. Это было бы невозможно без поддержки каждого из вас!       Участники группы выражают огромную признательность своим фанатам и всем, кто принимал участие в подготовке каждого концерта в туре. И в качестве подарка, группа решила выпустить песню, написанную Сынменом во время тура, вдохновленную теплой поддержкой и любовью фанатов. Песня посвящается вам, любящие фанаты.       Сынмён вернулся домой раньше, чем планировалось. Я даже испугалась, ведь была в душе, когда услышала, как открывается дверной замок. Вышла посмотреть, кто там, а там – он. Настоящий, из плоти и крови. Человек, которого мне все это время не хватало. Я обо всем забыла и побежала прямо к нему, как была, в одном полотенце, вся мокрая, оставляющая после себя лужи. Он кинул сумки на пол, чтобы меня обнять.       -Я так скучал, - промычал он в мою в шею, сильно прижимая меня к себе.       На моих глазах проступили слезы, я не смогла ничего ответить.       После, когда мы наобнимались и наконец смогли отлепиться друг от друга, мы вышли из коридора, попутно чуть не поскользнувшись на воде, накапавшей с моих волос, смеясь дошли до гостиной.       -А! – воскликнул он. – Я кое-что привез.       Он добежал до сумки и вынул какой-то мешочек.       -Это мне, - сказал парень, передавая мешок в мои руки. Я непонимающе открыла его и достала мягкую куклу. Сынмён заулыбался: - Прикрепим твои волосы к ее голове. А то знаешь, совсем не за горами еще один мировой тур, я тоже хочу при себе иметь частичку тебя.       Он поцеловал меня в лоб и смеясь убежал на кухню. Мини-Мён смотрел на меня со стола и улыбался.