chapter 3. shock me with electricity.

you’re so pretty, when you scream my name… Эшли непрерывно анализирует жесты мужчины во время разговора, крепко фиксируя каждый из них в памяти, но довольно редко записывая нужные наблюдения в блокнот, что совершенно не свойственно для неё. Атмосфера в кабинете успела стать в разы приятнее, чем была в тот момент, когда девиант впервые вошел сюда. Девушке понадобилось немало времени, дабы усмирить внутреннюю тревогу и чувствовать себя увереннее. Пришлось все же вспомнить, кто из них тут врач. С момента начала сеанса прошло около получаса, которые она провели за тем, чтобы узнать о пациенте больше, чем написано в медицинской карте. В отличие от самой психологини, которая под столом нервно скользит ногтями по тыльной стороне своей левой ладони, вжимая их в кожу, мужчина, кажется совершенно расслаблен. Мягкий, низкий голос проносится эхом по кабинету почти после каждого его предложения. Он спокойно рассказывает о событиях своей жизни, избегая лишних эмоций и выражая на лице лишь легкую улыбку, припоминая особенно приятные моменты. Интонация не меняется. В случае с обычным человеком можно было бы предположить, что тот явно скрывает настоящие чувства за маской, с целью обезопасить себя или же боясь показаться уязвимым. Но здесь Эш списывает скованность мужчины лишь к долгой адаптации того к совершенно новым ощущениям, которые до этого испытывать не доводилось. – Вы сказали, что работали в полиции Детройта? – О, да. Долгое время помогал с раскрытием тяжелых дел с участием андроидов, поддавшихся девиации. Она хмыкает, наконец-то делая заметку в блокноте. – Можете вспомнить, какая из всех ваших успешных операций больше всего повлияла на вас?- она пытается дышать ровно, произнося каждое слово максимально четко и стараясь не запинаться. – Вы хоть что-то ощущали во время работы, кроме подсказок, которые подкидывала вам ваша… система? Он издает короткий тихий смешок, на что девушка устремляет на того удивленный взгляд, приподнимая бровь. Заметив это, мужчина подавляет смех и возвращает на свое лицо уже привычное выражение. – Прошу прощения. Просто ваша реакция, такая… «обыденная» для меня? И одновременно так непривычно каждый день наблюдать за тем, насколько большой спектр эмоций умещают в себе люди. Насколько они иногда импульсивны, резки. Говорят не подумав и..- он обращает внимание на очередной её взгляд, уже более ошарашенный – Должен извиниться вновь. Не имею ввиду, что вы не думаете, когда говорите. Это лишь мои личные наблюдения за окружающим миром. Девушка тяжело вздыхает, метнув короткий и, по её мнению, незаметный взгляд в сторону часов. – Хорошо, я поняла. Так, что на счет моего вопроса? – Ох, да. Моя работа, как не сложно догадаться, включала в себя большое количество общения с людьми, наблюдения за их поведением и анализом их поступков, дабы быстрее разобраться с деталями того или иного дела. Каждая из поставленных передо мной задач требовала терпения и внимательности. Я был внимателен не только к уликам или следам, но и к тому, как люди реагируют на те или иные события в их жизни. И, знаете, я был удивлен. Не то чтобы сильно..- они встречаются глазами, и что-то будто замирает – Моя… программа. Не была предусмотрена для большого объема эмоций. Андроиды в принципе не чувствуют, если уж на то пошло. А если учитывать специфику профессии - лишние эмоции точно были бы не «кстати». Но… та операция, где маленькая девочка оказалась в заложниках у своего же домашнего андроида, действительно оставила на мне шрам. – Что вы имеете ввиду, говоря «оставила на мне шрам». Вы почувствовали что-то лишнее в моменте? Что-то, что ваша система не должна была допустить? То, что не свойственно? Он кивает и выпускает из груди тяжелый вздох, откидываясь на спинку кресла и прикрывая глаза. – Знаете… доктор Дэниэл. – Эшли. Он резко приподнимается, с удивлением смотря в глубину зеленых глаз напротив, вызывая смешок уже у терапевта. – Кхм, простите. Просто «Эшли». Моя работа не включает в себя лишний официоз или формальности.-он не отрывает заинтересованного взгляда, внимательно слушая. – За счет не официальной обстановки пациенты легче идут на контакт. Уровень стресса снижается. Люди чувствуют себя более раскованно и готовы раскрыться. Таким образом лечение быстрее дает нужный результат. – «Уровень стресса». Забавно, насколько этот термин знаком даже мне, копу.- мужчина обращает внимание на свои наручные часы, сразу же выпрямляясь и вновь дружелюбно улыбаясь психологине. – Что же, доктор Д.. Эшли. Наш сеанс с вами подошел к концу.- девиант поднимается с насиженного места, поправляя брюки по ногам, приглаживая. А доктор, в свою очередь, теряется, неосознанно провожая движение его руки своим взглядом. Кажется, именно этот вечер она обречена провести в одиночестве. И, безусловно, долгих раздумьях. – Диалоги с вами помогают.- она резко приходит в себя, даря мужчине в который раз за этот вечер ошарашенный взгляд – Простите? Он объясняет. – Вы ощущаетесь легко. Я не был пока у каких либо других врачей, и уж точно не мне судить ваш профессионализм. Но, вы определенно знаете свое дело. И я буду рад посещать именно вас в дальнейшем. Девиант вновь освещает помещение своей улыбкой, которая совсем не кажется дурацкой, как вначале их встречи. Сейчас она… чарующая? – Приятного вечера, Эшли. Надеюсь, до встречи. И он покидает кабинет, аккуратно запирая дверь. И только сейчас девушка ощущает, насколько серые все эти стены..