Черное и белое

Северус сидел на балконе гостиной, крутя в руках самокруткой Регулуса, так и не решаясь поджечь ее и затянуться. И вообще, какого черта в его светлейшую голову пришла мысль, что какой-то ядовитый дымок избавит его от тяжести на сердце. От гнетущий мысли о приблежающейся угрозе.    "Просто одна дурочка сказала, что они расслабляют", - честно ответил он самому себе. И двумя пальцами зажег краешек самокрутки. С мыслью о собственной тупости, медленно затянулся и тут же откашлялся. Дым, не успев толком попасть в горло, вылетел наружу прерывистыми покашливаниями. Сев потушил гадость о стекло и запихнул в щель между окном и рамой. Ну и дрянь.    Вид на подводное ночное царство всегда его завораживал. Особенно ночное, потому что именно в это время просыпался огромный кальмар и отправлялся на охоту. Даже гриндилоу, распаляя вокруг себя тысячи пузырьков, бросались на утек. Такой большой и пугающий. Иногда он даже проходился своим щупальцем по стеклу, то ли в надежде съесть Сева, то ли просто от скуки. Но и в том и другом случае, Севу нравилось наблюдать как множество пупырок цепляются за стекло, как расширяется зрачок его единственного огромного глаза и как мерно вибрирует при этом толща воды. Однако сейчас он не появлялся. Может появились кальмарьи дела поважнее, чем разглядывать тощего паренька, пытающегося утолить свои чувства в жалкой сигарете. Да и не совсем удачно.    Он вспомнил Вайолет. А точнее то неуловимое, что в ней поменялось. Бежит к столу гриффиндора прямо посреди торжества? Берет под ручку гриффиндорцев? Шушукается с ними о сплетнях? Да Сев в жизни не поверит, что его память о ней его же и подводит. Нет. Она всегда была такая же как Барти. Словно две капли воды. Никогда бы не коснулась гриффиндорцев да еще и на глазах у всех. Может заговаривает им уши? Но с какой целью?    Хорошо, что они с Альбусом договорились вести учет подозрительных личностей. Хотя сначала это показалось Северусу странным. Но Альбус настоял. И раз Вайолет будет в этом списке первая, стоит задуматься о следующем шаге. Об устранении проблемы. Но это уже забота Альбуса с Поттером.    - Для кого мы пытаемся запутать следы? - спросил как то Сев, сидя с Альбусом ночью на кухне в том самом отеле, - И почему посвящаешь в это меня, раз не доверяешь мне?    - Я доверяю тебе, Северус, - ответил тогда Альбус, глядя на него серьезно.    - Не делай вид, что я не задавал первого вопроса.    - Это просто перестраховка. Мало ли с чем нам придется столкнуться и кто может ожидать нас в стенах Хогвартса.    - Ну вот. А говоришь, что доверяешь.    Из размышлений его выдернул отблеск голубоватого луча, отражающегося от стеклянной поверхности. Северус обернулся. Лань. Она грациозно скользила по гостинной, не отбрасывая тени. "Маневристее, чем моя", - подумал Северус и поднялся. Лань растворилась, погружая выходящего из гостинной Северуса в мрак.    - Ты оправила ему патронуса? - спросил Альбус, стоя в одних пижамных штанах и майке прямо посреди коридора.    - Да, скоро должен прийти, - ответили ему из пустоты.    - Сложно было стащить мантию?    - Проще простого, - после небольшой паузы ответил голос Рона все также из ниоткуда.    - Чтож. Это радует.    Альбус повернулся к стене и склонил голову. Через секунду на ней стали вырисовываться узоры высокой деревянной двери.    - Где там Северус?    - Уже у восточного пролета, скоро будет.    Отобрать мантию и карту оказалось в разы проще, чем Лили, Рон и Гермиона себе это представляли. Лили оказалась в гостиной первее, не понимая куда подевались Рон и Гермиона, и тут же заняла место поближе у камина, где так любила засиживаться легендарная четверка. Руки немного тряслись, ладони потели. Она вдохнула пару раз, натягивая на себя улыбку и махая своим одногруппникам. Большинство сразу же отправились в комнаты, а какая-то часть осталась, чтобы объяснить первашам как тут все устроено, почему мальчиком лучше не пытаться зайти в комнаты девочкам и почему слизеринцы самые ужасные засранцы во всем мире. Удивительно, как раньше она не замечала этой промывки мозгов. Новенькие еще и шага в Хогвартсе сделать не успели, как им тут же внушают какие-то установки.    Первокурсники в этом году поступили позже почти на год. Точнее это была лишь часть первокурсников, которых не стали принимать в начале года из-за высокого шанса нападения на учеников. Дамблдору показалось более логичным принять их частями и в неочевидные сроки, чтобы Пожиратели Смерти не атаковали вагон, полный будущих студентов и не взяли их в плен для шантажа или увеличения числа себе подобных.    В семнадцать лет Лили этот план казался правильным и безопасным. Но лишь спустя годы до нее дошло, что директор школы просто оттягивал неизбежное, чтобы создать иллюзию безопасности и контроля. Чтобы родители отдавали своих детей в Хогвартс, несмотря на угрозу Пожирателей, хотя число таких смельчаков все равно значительно поубавилось. Но миру нужны воины, обученные и самоотверженные, а не трусы, не пожелавшие отправиться в школу. И пропаганду, так откровенно осуществляемую в стенах факультетов, директор поощрял тем, что не замечал. Будто не видел, как слизеринцев унижают все, кому не лень, как притесняют и уже готовятся столкнуться с ними после школы на поле боя.    Она поджала губы. Мандраж усилился. "Да где же вы, черт подери", - думала Лили, одиноко сидя на диване.    Потрет со скрипом отворился и внутрь шагнули... Джеймс с Сириусом и Римусом. Сердце ухнуло, а руки затряслись еще сильнее. Там, за столом, Джеймс не сказал ей ни слова. Хотя они, вроде как, уже должны были встречаться. Но сейчас, хлопнув Фрэнка Долгопупса по плечу и поздоровавшись со всеми, Поттер не смог пройти мимо одиноко сидящей у камина Лили. Он перепрыгнул через спинку дивана и со звоном пружин уселся рядом.    - Не хочешь объясниться?    Она не ослышалась? Неужели он и вправду всегда был таким кретином.    - За что? - спросила она, наслаждаясь сладкой болью от того, что радужки глаз следили за ярким пламенем в камине.    - За что?! Да за то что ты умотала от нас с Нюнчиком в обнимку!    - Потише, Джеймс, - одернул его Римус, присевший на подлокотник, - Вокруг вообще-то...    И они, как по зову сердца, появились в проеме отодвигающегося портрета. Рон, ужасно красный, и Гермиона, со сдвинутыми бровями настолько, что казалось, будто складка на лбу останется у нее навсегда. Не успела Лили перехватить их взгляд, как Сириус поднял руки вверх и прокричал:    - А вот и наши гости из Дурмстранга!    Все загалдели, заслоняя своими спинами обзор на товарищей.    - Как оно вам? Согласитесь, что наш замок намного красивее вашей развалины.    Их облепили со всех сторон. Джеймс, потеряв всякий интерес к их разговору, перепрыгнул диван обратно и поспешил помочь Сириусу устраивать гостям радушный прием.    - Ты прости его, - подал голос Люпин, все также сидящий на подлокотнике, - Он чуть фестрала не ударил, когда ты уехала.    Лили вздохнула и постучала по месту, где совсем недавно сидел Джеймс.    - Да не, спасибо, мне надо еще вещи разобрать, - сказал он и поднялся, - Пока все свалили из комнат, а то народу там под вечер будет... ух!    В голове щелкнула мысль.    - Римус, а у тебя случайно нет запасного котла?    - Что? А котла... Вроде есть старый, а тебе зачем?    - Мой сварился прямо перед каникулами, а новый купить забыла. Завтра первое занятие со Слизнортом, хотела до него успеть намешать амортенцию...    Кто-то, смеясь повалился на нее, падая на диван. Стало еще шумнее.    - Пошли, - махнул Римус.    Протискиваясь через толпу, они поднялись в комнату мальчиков. Там и вправду не было абсолютно никого. Только горы чемоданов и клеток с ящерицами и совами. Лили безошибочно нашла глазами чемодан Джеймса.    - Так что это за новобранцы под конец учебного года? - решил поболтать Римус, копаясь в своем чемодане, расширенным заклятием расширения.    - Да так, кажется просто решили испытать на себе новую культуру, - отвечала Лили, как бы невзначай проходя мимо сумок Джеймса, - Ой, кажется Джеймс не достал Финика из переноски...    - Да он всегда о нем забывает.    Делая вид, что открывает проход на свободу рыжему жирному коту, Лили одним махом открыла чемодан и запустила туда руку.    - А почему Снейп с ними нянчиется? Я думал ему не до этого... - Римус чуть ли не утопал в своем чемодане, блистая своей пятой точкой, - И с чего вдруг вы с ним разговариваете? Или мне покзалось...?    Лили всегда любила Ремуса за его способность мягко затрагивать неприятные темы.    - Директор просто попросил меня помочь им освоиться. А Сев... Снейп, просто тоже пытался помочь им немного освоиться, вот мы с ним и столкнулись...    Да уж. Врать не ее конек. Но нужно отдать должное, пальцы с трудом нащупывали мягкую ткань мантии невидимки. Римус начал подниматься и сердце забилось быстрее. Вот он уже стоит на коленях, разглядывая старый котел и пытаясь найти крышку от него.    - Снейп пытался помочь...? Я конечно не сомневался в его альтруизме, но не настолько.    - Да я сама в шоке, - выдавила Лили, вся красная от волнения. Подушечки пальцев ощутили шершавость пергамента. Секунда и она уже практически сидела на мантии и карте, а кот мигом выметнулся из переноски и стал тереться о ее ноги.    Люпин отставил котел в сторону, разгребая вещи, который вытащил в процессе поиска. Лили схватила котел и запихнула туда свои находки.    - Спасибо большое! - пискнула она и вылетела из комнаты, - Отдам в конце года!    Пулей полетев в комнаты девочек, она затолкала котел под кровать, прикрыв покрывалом. Бешено стучащееся сердце потихоньку успокаивалось.    - Эй Эванс!    Лили вздрогнула и сердце заколотилось вновь.    - Тебя там Джеймс найти не может, - деловито сказала Мери с порога и побежала обратно вниз. Лили пошла следом, оценивая, не видно ли торчащей ткани мантии из котелка.    Кажется шумиха внизу почти угомонилась и все расходились по углам гостинной, часть вышла в коридоры, а часть начала подниматься в комнаты. Рон с Гермионой сидели на злосчастном диванчике у камина и жалобным, даже слегка испуганным взглядом, искали ее.    - А! Вот и ты, - преградил ей дорогу Джеймс. Лили окинула его полным смешанных эмоций взглядом и пошла мимо него к диванчику. Но не успела она коснуться спинки, как ее силой развернули.    - Ты еще и игнорировать меня решила, Эванс? - обиженно произнес он. Будто только что не требовал со злостью каких-то объяснений, - Я же со всем сердцем, со всей душой... А ты?    - А что я Джеймс?!    - Всмысле?! Ты на письма мои все каникулы не отвечала! В поезде даже не поздаровалась! Я уже молчу про этого сранного Ню...    - Давай не при всех, - зло шикнула Лили. Как же ему нравилось выносить конфликты на показ.    - Тебя что, задело, что я назвал его сранным? Так это же правда Лили! Какого черта ты вообще села с ним в одну повозку?...    - Что-о-о... - округлил глаза Фрэнк, - Лили, он же тебя считает... сама помнишь кем. Точнее чем.    - Да вы издеваетесь? - взорвалась Лили, - Что блять такого, что я обменялась парой слов с другом детства! Мать вашу...    Джеймс, Фрэнк и Сириус замолчали. Мэри, единственная продолжала с непринужденным лицом писать что-то за столом в углу гостиной. Из комнаты девочек медленно спускалась Алиса в одном халате, скорее всего за Фрэнком, но став невольной участницей перепалки, не смогла не вставить то, что никто пока не решался озвучить.    - Лили, друзья детства не должны быть совместимы со словом "Пожиратель Смерти". Заруби уже на носу.    - И со словом "грязь помойная", - добавил Джеймс, подлив масла в огонь, - Забыла как он со своими дружками на Кэтти напал?    - Он вообще-то стоял в стороне...    - Да какая к черту разница...    - Хм... Даже не знаю... Наверное... огромная! Почему Джеймс? Почему ты называешь всех слизеринцев - Пожирателями? Далеко не все ими станут, а если и станут, то не факт, что по собственной воле.    - Хочешь сказать, Снейп из тех, кого заставляют? - изогнул бровь Сириус, так и не отпустивший бедного Рона и Гермиону, - Что-то я не припомню чтобы его заставляли выбивать дух из нашего бедняжки МакКиннона.    - Тот обозвал его мать шлюхой! - у Лили уже готовы были литься слезы, - Мир не настолько простой чтобы делить его на черное и белое! На Пожирателей и благодетелей. Не у всех, Поттер, есть богатые родственнички, всегда готовые встать на защиту. Кто-то скован выбором умереть от голода или прибиться к авторитетам, уничтожить свою гордость и жить на все готовое или не потерять достоинство и подтирать задницы богатым. Хотя что то, что другое одинаковое по сути... И как-то среди всего дерьма, творящегося в мире разглядеть свои истинные желания и цели, а не то, что тебе наплели на уши старшекурсники-гриффиндорцы или родители-Пожиратели. Все... Многогранно, на все это можно смотреть с разных сторон, а не тыкаться как упертый баран в свою тупую версию и игнорировать все остальное.    Повисла пауза, но не надолго. Сириус нахмурился от ее слов и открыл было рот, но его перебила Мэри.    - Северус не так жесток как остальные. Да, он стоит, когда слизеринцы бьют наших, но пойди он против своих же, его бы просто задушили в одну прекрасную ночь. Они не терпят предателей.    - Раз Нюнчик у нас стал ангелочком, то почему же продолжает сидеть в уголке как серая ужасно грязная мышка со своим учебником и придумывать убивающие... нет, мучающие проклятия? - вставил Джеймс, обращаясь к Мэри. Видимо, сказать это Лили совесть не позволяла, - Ох... Наверное чтобы одной прекрасной ночью прийти по наши души и поквитаться...    - Вот именно Джеймс, поквитаться, - ответила Лили вместо подруги, заставляя парня посмотреть ей в глаза, - Вы сами все это начали.    Он смотрел на нее как на душевнобольную.    - Скажи, что весь наш разговор ты разыгрывала из себя клоуна-шутника. Я посмеюсь от всей души, отвечаю.    Лили готова была разрыдаться. Уткнуться к нему в плечо и горько заплакать от того, что сейчас сделала. От того, как мир несправедлив. Как он рушит жизни людей и заставляет оттолкнуть любимых. Но сил и выдержки хватило лишь на то чтобы просто его обнять. И прошептать на ухо предательски дрожащим голосом: "Давай поговорим не при всех, хорошо?..." И чмокнув в щеку, чтобы ощутить то давно позабытое тепло, оторвала от него взгляд, переводя его на Гермиону.    - Пошли, покажу, где твоя кровать.