Глава 3 Ловушка

Лея не спала почти всю ночь. После разговора с Лукасом она долго сидела на подоконнике с чашкой мятного чая, наблюдая, как капли стекают по стеклу. Погода словно не желала успокаиваться. Казалось, капли падали с той же усталостью, с которой она держалась за остатки самообладания. Мозг не давал ей покоя: обрывки фраз, прикосновение Рея, взгляд Лукаса, мысли, мысли, мысли — клубок, который не распутать. Она чувствовала себя уставшей, будто кто-то откачал из неё энергию, но тело продолжало жить по инерции. На следующее утро, как назло, наступили долгожданные выходные. Времени было предостаточно, чтобы остаться наедине с собой — и с этим невыносимым гулом внутри. Но вскоре экран телефона замигал, и Лея увидела знакомое имя: Марта. — Ну что, живёшь ещё или совсем развалилась на куски? — раздался с той стороны голос, полный иронии и заботы. Марта… За годы после университета она осталась всё той же — яркой, свободной, харизматичной. Та, за которой легко шли даже самые замкнутые. Она всегда была как маленький шторм — шумная, но теплая, разрушающая в тебе тревогу, но не тебя саму. — Ты как будто знала, что я во мраке, — устало пробормотала Лея, прижимая телефон к уху. — Я просто чувствую, когда кому-то срочно нужна доза ночной терапии. У меня план: коктейли, музыка, немного женской истерики и... вообще, я только что разошлась с этим красавцем-идиотом. Срочно залижем свежие раны, пока не нагноились. Ты со мной? Лея колебалась. Сердце всё ещё было где-то между вчерашним прикосновением и сегодняшней пустотой. Но Марта умела выбирать момент. — Если ты не выйдешь, я приеду и вытащу тебя в пижаме. И даже не смей сопротивляться. Лея усмехнулась. — Хорошо. Я иду. Только не слишком шумно. — Слишком шумно? Лея, дорогая... Ты же знаешь, мы идём в бар, а не в библиотеку. Иногда нужно позволить себе сбежать — пусть даже всего на пару часов. Не чтобы забыть, а чтобы вспомнить, что ты — живая.

***

В баре было шумно и тесно, как всегда в пятничный вечер. Воздух вибрировал от смеха, грохота музыки и запахов алкоголя, перемешанных с духами и молодостью. Марта устроилась как королева на высоком барном стуле, держа бокал с мартини в одной руке и активно жестикулируя другой. Она жаловалась на «мужика без фантазии», который свалил на третий месяц отношений, внезапно обнаружив, что «не готов к серьёзному». — Серьёзному?! Серьёзному, Лея! Да я максимум просила, чтобы он убирал за собой носки! — возмущалась она, опрокидывая остатки коктейля. Лея смеялась. Искренне. Впервые за долгое время. Мартина экспрессия, её живость — всё это помогало оторваться от собственных переживаний. Она не делала вид, что «всё наладится». Она просто была рядом и говорила достаточно, чтобы Лее не пришлось много объяснять. Со временем Лея тоже немного разговорилась. Немного — но достаточно, чтобы сердце перестало быть тугим узлом. Она не называла имени, не вдавалась в подробности, но Марта поняла по глазам. — Этот «кто-то» вернулся? — спросила она, не отрываясь от новой порции текилы. — Да. И... как будто не вернулся. — Классика. Мужчины, как молоко. Если долго держать — прокисают. Они хохотали. Время летело. Где-то между третьим и четвёртым бокалом к ним подошли двое. Один из них был широкоплечим и ухоженным, другой — в тёмной рубашке и с прищуром, который говорил «я видел в жизни больше, чем положено». — Марта? — хмуро приподнял бровь один из них. — Подожди… Район?! — Марта прищурилась, будто сфокусироваться мешали не только огни бара, но и градусы. — Ты был с Владом, когда мы… ну, это… на крыше клуба у вас... Район усмехнулся, явно не в первый раз слыша подобную историю. — Вы девчонки не меняетесь. Поехали в 'Leon'? У нас там столик. Не волнуйся, пустим. Даже сока нальём, если нужно. Марта аж засияла. — Лея! Ты слышала? Leon! Мы туда даже с фальшивыми списками не могли попасть! Лея поморщилась. Она уже ощущала, как трезвеет. — Это не совсем мой формат... — Тебе нужен новый формат! Встряхнуться, сменить картинку, и чтобы никакого Рея в радиусе десяти километров! Подруга не унималась. Обещала, что уедут через час. Клялась, что просто посмотрят. Манипулировала, как всегда, ловко и по-доброму. И Лея… сдалась. — Ладно. Но если там будет слишком громко, я ухожу. — Да хоть на руках унесу! Главное — ты согласилась. Они вышли в ночь, пьяные, раскрасневшиеся, почти счастливые. Такси уже ждало, двери захлопнулись, и город понёс их в ту сторону, где неоновые огни сияли как приглашение в другой мир — гламурный, закрытый, и опасно знакомый.

***

Клуб Leon оказался именно таким, каким его рисовала себе Лея — глянцевым, пульсирующим в такт модной музыке, наполненным золотистым светом и запахом дорогих духов. Марта сияла, будто попала на обложку модного журнала. Даже Лея, несмотря на внутреннюю скованность, не могла не восхититься атмосферой: мраморные колонны, мягкий свет, барная стойка, переливающаяся, как жидкий янтарь. — Ну что, скажи, не зря поехали? — подмигнула Марта, крутя бокал с экзотическим коктейлем. — Может, и не зря, — впервые за долгое время Лея почувствовала лёгкость. Мужчины, что их пригласили, вели себя обходительно. Они принесли коктейли, помогли снять верхнюю одежду, говорили как-то по-бархатному, без навязчивости. Всё было… нормально. Почти. Но стоило Лее пригубить второй коктейль — что-то изменилось. Сначала в теле стало необычно тепло, почти приятно. Потом — слишком. Грудь сдавило, кожа будто стала чувствительной до боли, а ноги начали терять опору. Музыка гудела глуше, лица вокруг размывались. Пальцы не слушались. Дыхание стало частым, и в груди застрял панический ком. Она обернулась — и не увидела Марты. — Марта? — прошептала, пытаясь повернуть голову, но плечи стали ватными. Вдруг рядом оказался тот парень — в тёмной рубашке. Он схватил её под локоть слишком крепко и произнёс слипшимся голосом: — Ты такая горячая. Пойдём туда, где потише. Она не могла сопротивляться. Он вёл её через зал, мимо охраны, туда, где за золотой перегородкой мерцал значок VIP. — Нет... — вырвалось у неё. Он будто не услышал. — Нет, отпустите... — голос срывался, но её несли как тряпичную куклу. Он прижимался, вдыхая запах её волос, и это вызывало у неё приступ тошноты. По телу бегали мурашки — не от страха, а от отвращения. Её рвало изнутри. Она пыталась упираться — каблуки скользили по гладкому полу. Говорить она могла только одно: — Нет… нет… нет... — снова и снова, но это «нет» звучало будто издалека. Каждый шаг — как сквозь туман. Каждое прикосновение — будто удар током. Она молила, чтобы хоть кто-то увидел. Услышал. Остановил. Но вокруг была музыка. Смех. Шум чужих бокалов. А она — тонула. И в какой-то момент всё исчезло. Остался только жар. Пустота. И мрак, в который провалилось сознание. Последние шаги казались бесконечными. Жар, боль, липкая дрожь в коленях. Мужчина в чёрной рубашке уже практически затащил её за порог закрытой VIP-комнаты. Но Лея вдруг сорвалась. Вырвала руку, резко оттолкнулась и изо всех сил ударила его головой в нос. Раздался хруст, проклятие, и на его лице вспыхнула ярость. Она не стала ждать, пока он оправится — бросилась в сторону ближайшей двери. Металлическая ручка будто обожгла ладонь. Дверь поддалась. — Помогите... — сорвалось с её губ, но голос был слабый, сломанный. И вдруг — шаги. Чёткие. Уверенные. Из полумрака коридора навстречу вышел он. Силуэт, который невозможно было забыть. Рэй. Он застыл на месте, встретив её глазами. Секунду — всего одну — он не мог поверить, что она стоит здесь, в этом месте, в этом состоянии. Её волосы были растрёпаны, глаза — в панике, тело дрожало. — Лея? — голос сорвался, как изнутри. Но она не ответила. Просто вцепилась в него, как утопающий в спасательный круг. Руки обвили его шею, щека прижалась к груди, дыхание сбивалось в хрипы. Он почувствовал, как она дрожит. Как цепляется. Не за него — за жизнь. Рэй рефлекторно прижал её ближе, одновременно осматривая коридор. И тогда из-за угла показался он — тот самый, в чёрной рубашке, с кровью под носом и перекошенным лицом. — Эй, она сама. — Заткнись. — голос Рея стал стальным. Он шагнул вперёд, заслоняя девушку. — Ты даже не представляешь, с кем связался. Парень резко осёкся, встретившись с ледяным, хищным взглядом. Что-то в этом взгляде говорило: исчезни или не выйдешь отсюда сам. Он понял. И скрылся. Рэй резко выдохнул, потом снова взглянул на Лею. Её руки всё ещё дрожали, но она держалась за него, словно если отпустит — всё снова рухнет. — Ты в порядке? Он… тронул тебя? — голос его дрожал едва заметно. Лея качнула головой. — Нет. Почти… Но нет. Я... я не могла... Она зажмурилась, и слёзы, которых она так боялась, хлынули без стеснения. Он ничего не сказал. Просто обнял крепче. В этот момент не было ничего, кроме тишины, двух тел и чувства, что он снова её держит. Только теперь — не как тогда. Не с болью. А с защитой. Рэй стоял молча. Мужчина в чёрной рубашке исчез, но в воздухе всё ещё витал его мерзкий запах — смесь алкоголя и чужой наглости. Лея сделала короткий, судорожный вдох. Сначала — облегчение. Колени подкосились, и она, не отпуская его, на мгновение прижалась к его груди. Её пальцы впивались в ткань рубашки. Она дрожала всем телом. — Ты в порядке?.. — тихо спросил он. Его голос был странно далёким, как будто пробивался сквозь плотный водоворот внутри неё. Она не могла ответить. Не могла думать. Пульс стучал в висках. Жар нарастал. Неестественный, сводящий с ума. Как будто всё её тело загорелось изнутри. — Лея… — он посмотрел на неё внимательнее. — Ты… ты точно… Она не слышала. Слова растворялись. Исчезали. Осталось только одно — его губы. Сухие, выдыхающие её имя. Чёрт возьми, как она захотела попробовать их на вкус. И сейчас, когда внутри всё кричало и звенело от невыносимого желания — она уже не могла держаться. Мысль пронеслась, как вспышка: «Я хочу его. Сейчас. Без слов. Без объяснений.» Её рука коснулась его шеи. Он отреагировал на движение, но не успел ничего сказать — она накрыла его губы своими. Поцелуй был внезапный. Голодный. Отчаянный. Сначала он замер. Потрясённый. Сердце Рея ухнуло вниз, он пытался понять — почему, что происходит, как остановиться. Но потом… Он почувствовал её пальцы на своей щеке. Её тёплое, пылающее дыхание. Запах, такой родной. И тело само потянулось навстречу. Он поцеловал в ответ. Сначала мягко. Почти нерешительно. Потом — глубже, сильнее, как будто в этом единственном прикосновении были все те годы, когда он молчал, уехал, забыл, ненавидел себя. Но она… Она стонала сквозь поцелуй, и в этих звуках было что-то тревожное. Рэй вдруг понял — это не просто страсть. Что-то здесь не так. Он отстранился, тяжело дыша, и удержал её за плечи. Её глаза были затуманены. Щёки горели, зрачки расширены. — Лея… тебе что-то подмешали. Чёрт… — его голос стал резче. — Кто наливал тебе напиток? Она качнула головой, будто пытаясь прогнать туман. — Я… я не знаю… — прошептала она. — Всё было нормально… а потом... — О боже. — Он провёл ладонью по лицу, чувствуя, как ярость возвращается, только теперь — не от чувств, а от понимания. — Чёрт. Они хотели… Твою мать. Он обнял её, крепко. — Я вытащу тебя отсюда. Сейчас же. Ты в безопасности. Поняла? Она больше не отвечала. Просто прижалась к нему всем телом, и сквозь жар, боль и бессилие прошептала: — Только не отпускай.