Раскол неба

Все началось с того, что небо в их собственном, истерзанном мире треснуло. Не громом, а резким, болезненным звуком ломающегося стекла. "Звезда Пустоты", вирус, пожиравший реальность, сжалась в одну ослепительную точку, а затем взорвалась немым катаклизмом. Не разрушением, а… переносом. АУ-выжившие очнулись не в руинах своего лагеря под вечным мраком, а на солнечной поляне перед огромным, почти нелепо роскошным особняком. Воздух был чистым, пахло травой и сосной, а не гнилью и страхом. Рядом лежали или сидели, потирая головы, знакомые лица, но... другие. Канонный Шедлетский, веселый и озадаченный, помогал подняться канонному Дусеккару, чей взгляд был спокоен и мудр. АУ-Шедлетский, привыкший к власти и жестокости, замер, увидев своего бывшего лучшего друга живым и таким – отзывчивым. Его собственная жертва, АУ-Билдермэн, стоял чуть поодаль, гниение его искусственного тела приостановилось в этом новом месте, а в глазах мелькало нечто, похожее на проблеск старого "я", свободного от контроля. АУ-Шанс вздрогнул, услышав громкий смех – это канонный Шанс что-то весело рассказывал канонному Эллиоту, несущему коробку с пиццей. АУ-Шанс инстинктивно съежился, ища взглядом тень Айтраппеда, но увидел лишь канонных Ту Тайм, стоящих поодаль. Гость 1337 помогал подняться АУ-Гостю 1337; первый говорил о жене и дочери, которых жаждет увидеть, второй лишь молча кивал, его глаза были пусты – он знал, что его семья мертва. АУ-Нуб дрожал, озираясь, ожидая появления Эллиота-каннибала, но увидел только канонного Эллиота, угощающего всех пиццей с доброй улыбкой. Канонный Нуб нервно теребил край рубашки рядом с ним. АУ-Таф молча наблюдал за канонным Тафом, который жестами объяснял что-то канонному Билдермэну – добродушному и открытому, так не похожему на мертвеца под контролем Шеда. 007н7, нервно кусая губу, смотрел на АУ-007н7, который держался с циничным спокойствием бывшего хакера, перешедшего на сторону сильных. В то же время, на темной, заросшей мхом поляне на другом конце леса, материализовался лагерь убийц. АУ-Азур, привыкший быть "якорем" для выживших в хаосе, оглядывал мрачные домики и чувствовал себя потерянным без своей роли. Рядом возник канонный Азур – искаженный, с замком-молнией вместо рта и щупальцами, источающий ненависть. Их взгляды встретились – позитив против озлобления. АУ-Ноли, создатель "Звезды Пустоты", с удивлением смотрел на канонного Ноли, который нервно хихикал, создавая мелкие, безобидные галлюцинации бабочек. АУ-1х1х1х1, жестокий и зараженный антивирус, тут же зашипел, увидев канонного 1х1х1х1 – сгусток чистой ненависти. Их объединяла только ненависть к Шедлетскому, но канонный ненавидел создателя за предательство и неизвестные причины, а АУ-версия – за то, что Шед заразил его. Джон Доу рычал, готовый к драке, не понимая, кто перед ним, в то время как АУ-Джон Доу, первый неудачный антивирус, смотрел на мир пустыми глазами, осознавая свою ненужность. Канонный Кулкид весело махал рукой своему АУ-двойнику, зашуганному ребенку с руками в крови от убийства отца. АУ-Кулкид лишь съежился. Молчаливый Джейсон наблюдал за всем этим холодно, его месть была вне этих разборок. Первые часы были хаосом непонимания. В особняке выживших царила неразбериха. Канонные персонажи пытались накормить и успокоить своих травмированных двойников, не понимая глубины их ран. АУ-Шанс прятался от канонных Ту Тайм, вызывая у них искреннее недоумение и усиление чувства вины за убийство своего Азура. АУ-Билдермэн молча смотрел на канонного Шедлетского, который шутил и пытался разрядить обстановку, – для тирана это было невыносимым контрастом. Дусеккар, чувствуя напряжение, особенно вокруг Шедлетских, пытался говорить стихами о новых началах, что вызывало лишь растерянность у АУ-персонажей. В лагере убийц царила гнетущая атмосфера. Две версии 1х1х1х1 яростно шипели друг на друга и на упоминание Шедлетского. АУ-Азур пытался поговорить с канонным Джоном Доу о детях, но получал в ответ лишь агрессивный рык. АУ-Ноли с циничным интересом наблюдал за канонным Ноли, чьи галлюцинации казались ему жалкой пародией на силу. Только Джейсон оставался неизменным, его холодная ярость была надежной константой в этом бардаке. Спектр, наблюдавший за миром, лишь слегка подкорректировал бесконечные комнаты особняка, выделив крыло для АУ-выживших, и добавил пару мрачных домиков в лагере убийц для новоприбывших. Правила канонного мира начали действовать: разделение на лагеря, нейтральная территория леса, раунды и интермиссии, растянутые во времени. Вируса "Звезда Пустоты" не было. Была лишь повседневность странного сосуществования двух версий реальности. АУ-Шанс впервые за долгое время не чувствовал ледяного страха. АУ-Билдермэн ощущал, как гниение замедлилось, а контроль Шеда ослаб в этом новом, упорядоченном мире. АУ-Гость 1337, глядя на канонного лидера, который так яростно защищал своих и мечтал о семье, почувствовал слабый толчок – клятва защищать выживших обрела новый смысл, пусть и в чужом мире. Солнце светило, пицца канонного Эллиота пахла сыром, а трещина между мирами затянулась, оставив их здесь – сбитых с толку, травмированных, но неожиданно безопасных, в странной, но уже не мрачной повседневности леса Спектра. Им предстояло научиться жить с двойниками и новыми правилами, но самая страшная тень их прошлого – вирус – осталась позади. Первый день в новом мире выдался долгим и странным. Солнце медленно катилось по небу, освещая поляну перед особняком, где перемешавшиеся канонные и АУ-версии персонажей пытались понять, что происходит. Спектр, обычно строгий и безжалостный в своих игровых циклах, на этот раз оставался в тени, наблюдая, но не вмешиваясь. Раунда не было. Никто не получил привычного холодного приказа охотиться или выживать. Время текло медленно, без привычного напряжения ожидания боя. В лагере выживших канонный Билдермэн первым нарушил неловкое молчание. Он улыбнулся, развел руки и предложил всем просто отдохнуть. "Раз уж сегодня ничего не происходит – давайте просто поедим и поговорим. В конце концов, нас тут теперь в два раза больше, и все мы… ну, как-то связаны". Канонный Эллиот тут же оживился и принялся раскладывать пиццу на столе в гостиной. АУ-Эллиот смотрел на это с болезненной ностальгией – он помнил, как когда-то тоже кормил выживших, но совсем другой "едою". Его пальцы непроизвольно сжались, но канонный Эллиот, будто почувствовав его взгляд, вдруг подошел и протянул ему кусок. "Ты выглядишь так, будто не ел сто лет", – сказал он просто. АУ-Эллиот медленно взял еду, и что-то в его глазах дрогнуло. АУ-Шанс, все еще напряженный, сидел в углу, украдкой наблюдая за канонными Ту Тайм. Они заметили его взгляд и неуверенно подошли. "Я… не сделаю тебе ничего плохого", – пробормотали они. "В этой версии меня, я… я скорее сам боюсь, что ты меня ненавидишь". АУ-Шанс молчал, но его плечи немного расслабились. Тем временем в лагере убийц царила гнетущая атмосфера. Канонный Азур и АУ-Азур сидели по разные стороны поляны, оба молчаливые, но по разным причинам. Первый – потому что ненавидел разговоры, второй – потому что привык быть тем, кто утешает, а не тем, кого нужно утешать. АУ-Ноли, задумчиво вертя в руках "Звезду Пустоты" (которая здесь была просто холодным металлическим обручем без силы), смотрел на канонного Ноли, который в этот момент развлекал Кулкида маленькими иллюзиями. "Ты мог бы быть чем-то большим", – вдруг сказал АУ-Ноли. Канонный Ноли вздрогнул и насторожился. "А ты мог бы быть менее жутким", – парировал он, но без злобы, скорее с любопытством. Джон Доу рычал на своего двойника, но АУ-Джон Доу лишь равнодушно смотрел сквозь него. "Ты – ошибка", – прошипел канонный. "Да", – согласился АУ-Джон Доу без эмоций. К вечеру канонный Шедлетский, несмотря на настороженность АУ-версий, предложил устроить что-то вроде импровизированного собрания у костра на нейтральной территории. "Раз уж сегодня Спектр дал нам передышку – может, попробуем не убивать друг друга хотя бы один день?" Канонные убийцы отнеслись к этому скептически, но пришли – больше из любопытства, чем из желания сотрудничать. АУ-версии колебались, но АУ-Азур, чувствуя свою старую роль "якоря", первым сделал шаг вперед. У костра было неловко. Канонный Шанс пытался шутить, но его АУ-версия лишь напряженно улыбался. Канонный Билдермэн и АУ-Билдермэн сидели рядом, но один излучал добродушие, а второй – молчаливую скорбь. Кулкид весело болтал о том, как все "легли спать" во время взрыва, а АУ-Кулкид сжался в комок, вспоминая, как он укладывал спать своего отца. Но постепенно, под треск огня и тихие разговоры, напряжение немного спало. Спектр наблюдал за этим молча. Возможно, это был эксперимент. Возможно – мимолетная прихоть. Но сегодня не было охоты. Не было боли. Только странное, хрупкое перемирие между теми, кто привык быть врагами, и теми, кто даже не понимал, кем они теперь друг другу. Когда ночь окончательно накрыла лес, все разошлись по своим лагерям. АУ-персонажи впервые за долгое время легли спать, не ожидая, что их разбудит крик или взрыв. Канонные же просто радовались неожиданному выходному. А Спектр, улыбаясь в темноте, решил, что завтра всё вернется на круги своя. Но сегодня… сегодня было тихо.