Эпилог

      Ангар станции тихо гудел — где-то далеко работали ремонтные дроны, в соседних доках стыковались грузовые челноки. «Караван Удачи» стоял на посадочных ножках, чуть потрепанный после последней миссии, но всё ещё полностью готовый к новым.       Утро на борту начиналось неспешно. Воздух пах кофе, яичницей и свежими тостами. Завтрак плавно перетекал в обед — день обещал быть редкостно пустым.       Альбус сидел прямо на полу, скрестив ноги. Перед ним — Сара, что раз за разом показывала жесты, чётко и терпеливо. Он указывал когтем на ложку, затем чертил знак вопроса в воздухе. — Это «ложка» — объяснила Сара, показывая слово на языке жестов.       Альбус медленно повторил движение, чуть сбив ритм. Длинные пальцы с чёрными когтями в точности повторили движения Сары, складываясь в слово «ложка». Она слегка улыбнулась, кивая, от чего глаза белого яута засияли. Медленно, но верно, его словарь рос.       Тейла сидела чуть поодаль, держа в руках металлическую кружку с горьким кофе. Она наблюдала за их «уроками», не вмешиваясь. Уголок её губ едва заметно дрогнул — то ли улыбка, то ли что-то вроде тихого одобрения.       Фил, доевший завтрак, разложил газету и лениво перелистывал страницы.       Эван, опершись на спинку дивана, потягивал пиво из банки, хмуро щурив глаза. Вчерашняя ночь в пабе при станции явно оставила след.       За небольшим столиком у стены Николас, доедая веганский бутерброд, склонился над планшетом. На экране — схемы, детали, энергетические цепи. Майкл стоял рядом, чуть наклонив голову, наблюдая за тем, как техник работает над новым улучшением его алгоритмов.       Эван первым нарушил молчание. — Слушайте… — протянул он, глядя на белого яута — А что это мы зовем нашего чешуйчатого друга «Альбусом»?       Фил не оторвал взгляда от газеты: — Потому что ты сам его так назвал, вот почему.       Тейла хмыкнула, не поднимая глаз: — Смотрю, ночные пьянки тебе совсем память отшибли? — Я ещё не настолько пропитый, знаешь ли — лениво отозвался Эван — Ну, если подумать… — он поставил пустую банку на стол — Раз уж он всё понимает, может, неправильно давать ему кличку, как домашнему зверьку?       Сара приподняла брови, будто бы удивляясь тому, что она сама не догадалась до этого. — Действительно — она повернулась к Альбусу, её глаза отражали осторожное любопытство — У тебя ведь есть настоящее имя, да?       Альбус поднял глаза. Некоторое время он просто смотрел на неё — спокойно, как будто решая, стоит ли вообще отвечать. Взгляд скользнул по лицам остальных. Все ждали. Даже Николас перестал печатать, а Майкл замер. — Ка’тахур Са’рин… — хрипло произнёс он наконец, будто бы вновь возвращаясь к тем временам, когда имя было для него проклятием.       Эван слегка нахмурился, а потом фыркнул: — Ну, я это точно не выговорю. Ни трезвый, ни пьяный.       Сара медленно повернула голову к нему: — Эван… — одно только слово, но с таким выражением, что он лишь поднял руки в притворном поражении. Затем Сара снова повернулась к Ка’тахуру: — А… что оно значит?       Белый яут замялся. Он медленно поднял руки и попытался объяснить. — Ка’та… — он показал на себя — Хур… — сжал кулак, потом прижал его к груди — Са’рин. — обвёл вокруг головы, словно кольцо или тень.       Сара прищурилась, пытаясь догадаться. — Эм… «Воин»?       Он покачал головой. — «Племя»?       Снова нет.       Эван усмехнулся, решив присоединиться к этой «игре»: — «Суперзвезда»?       Ка’тахур бросил на него взгляд. Слишком долгий, отчего капитан решил прикусить язык.       Минуту спустя, когда все уже почти сдались, Тейла произнесла коротко: — Проклятый. Тишина.       Альбус поднял взгляд на неё — не с гневом, а с признанием. И медленно кивнул.       Сара нахмурилась. — Почему?.. Почему «Проклятый»?       Он тяжело выдохнул вновь и обвёл руками себя: бледную чешую, пепельные дреды, ярко-зелёные глаза. Потом и вовсе закрыл их ладонями.       Сара поняла первой. — Потому что ты… альбинос?       Он кивнул. Медленно, как будто каждый миллиметр движения давался с усилием. Он выглядел подавленным, будто вновь вернулся в тот первый круг боли, из которого выбрался с таким трудом. — Упс… неловко вышло… — пробормотал Эван, неловко потирая затылок.       Альбус перевёл взгляд на него. Медленно поднял руку, нарисовал в воздухе знак вопроса, потом хрипло произнёс: — Аль… бус?..       Все замерли.       Он снова указал на себя. — Что это значит? — вновь спросил он жестами.       Сара молчала несколько секунд.       Потом почти с извинением, с несмелой улыбкой сказала: — Белый…       Сара опустила кружку и глубоко вдохнула. — Слушай, «альбинос» — это не значит «проклятый». Просто… у тела нет меланина, это пигмент, который… — она запнулась, махнула рукой, отбрасывая лишние термины — Ладно, неважно. Главное, это не «проклятие» или не «дар». Просто… случайность.       Николас уже открыл рот: — Ну, вообще-то у альбиносов часто бывают…       Тейла бесстрастно пнула его под столом, заставив его моментально заткнуться. — Мы все неидеальны — продолжила Сара — У кого-то зрение плохое, у кого-то — руки трясутся после кофе — она кивнула на Николаса, потом взглянула на Эвана — У Эвана, к примеру, родимое пятно на пятке. Не спрашивай, откуда я знаю — Сара слегка усмехнулась, надеясь разрядить обстановку. — Все мы немного изгои, знаешь ли — Эван поднял банку, словно произносил тост — Так что, дружище, ты в отличной компании.       Альбус посмотрел на него. Потом — на Сару. Потом — на всех. В глазах промелькнуло что-то странное: не печаль, не благодарность, а… покой. Он поднял руку, коснулся когтями своего лба. Потом — осторожно, почти благоговейно — дотронулся до лба Сары.       Все замерли.       Он подался ближе и на миг соприкоснулся лбом с её лбом. Сара едва выдохнула, не заметив, как задерживала дыхание. — Э… и чё это щас было? — пробормотал Фил, отрываясь от газеты.       Сара не отводила взгляда от Альбуса. — Мне кажется… это было признание… — В любви, что ли? — хмыкнул Эван.       Но не успел он договорить — как Альбус встал, подошёл и повторил тот же жест с ним. Эван замер, ошарашенно моргнул.       Николас поспешно протёр лоб антибактериальной салфеткой — но ритуала это не спасло. Фил, Тейла и даже Майкл — каждый получил своё прикосновение.       Когда всё закончилось, Альбус встал посреди кают-компании. Положил пальцы ко лбу, потом — на грудь. — Альбус… — произнёс он хрипло, но уверенно.       Он принял своё новое имя. Не как кличку. Как новое начало.       «Караван Удачи». Его новый клан. Новая команда.