***

      Шан Цинхуа сидит за столом, рядом с ним медленно догорает свеча, слабо освещая пространство вокруг себя. Последние её лучи падают на исписанные свитки, которые как раз и пытается разобрать Цинхуа.       Изрядно потрёпанное терпение наконец дает сбой и Самолёт мысленно вопрошает: "Ну какого ж черта я не мог все это нормально записать?! Вот что это значит – дом или собака?! Это сводная ведомость или требования пиковых лордов?! Что от меня хочет Му Цинфан: новых трав или сильнейшего яда?!" И уже вслух говорит, потрясая в воздухе свитками со своими каракулями: — Система! Что это такое?! [Уважаемый хост, это момент зарождения так называемого травяного письма или Цаошу, как назовут его чуть позже (◕‿◕✿)], – Цинхуа показалось, или Система сейчас смеётся над ним? — Зачем мне оно сейчас?! Скажи что здесь написано! [Я не могу читать книги и свитки данного мира. Расшифровывайте это сами, Уважаемый хост(✿◡‿◡)] – Система, скажи честно, ты издеваешься или прикалываешься? – но поскольку Система уже не отвечала, Цинхуа вопрошал в никуда.       Посидев в тишине несколько минут Цинхуа решил, что неплохо бы посоветоваться с кем-нибудь, кто может понять эти, с позволения сказать, записи. Выбор пал, естественно, на Шэнь Цинцю, как единственного близкого друга и того, кто может терпеть его выходки.       Степенно выйдя из дома и вскочив на меч, Цинхуа украдкой огляделся, чтобы никто, а тем более его ученики, не увидел куда он собрался. Но все обошлось, в ночной темноте никого не было, только далеко-далеко на горизонте лениво поднималось солнце. ××× — Бро! — не прошло и десяти минут, как Цинхуа уже стучал в дверь бамбукового домика на пике Цинцзин. — Открывай, я знаю, что ты тут! — Я занят, — послышался приглушенный дверью голос Шэнь Цинцю. — Приходи завтра. Или послезавтра. А лучше через неделю. — Я больше не куплюсь на это! — Цинхуа уже радостно приготовился стучать в дверь ногой. — В прошлый раз ты после этих слов исчез на полмесяца. И не смей прикрываться Бинхэ, он только недавно, находясь на южной границе, писал моему Королю, что скучает по тебе. — Откуда же ты такой осведомленный взялся... — ворчать по-дедовски – любимый стиль общения Шэнь Циную, особенно если он не выспался, особенно если в выходной день. — Что у тебя там такого срочного появилось, что ты не смог дождаться божеского времени? – из-за двери показалась лохматая макушка Шэнь Циную. – Еще даже солнце не встало, а сейчас нисколько не зима! — Понимаешь... — Цинхуа осознал, что совсем забыл придумать правдоподобную историю или хоть сколько-нибудь убедительную отмазку. — Эээ... Я тут свитки нашел... На полу валялись... Открыл, а там каракули какие-то! Сможешь прочесть? — щенячьи глазки удались Цинхуа на славу, сам бы поверил, если б себя не знал. — Ох, несчастный, показывай, что ты там нашел, — пройдя вглубь дома и усевшись за стол, Цинцю протянул руку и взял первый свиток двумя пальцами. — Что ты так на меня смотришь? — увидев взгляд Цинхуа возмутился Цинцю. — Мало ли где этот свиток валялся! И кто его кроме тебя лапал и к себе прижимал!       Наконец, свиток открыли. Шэнь Цинцю, Лорд пика искусств и просто весьма образованный человек пробежался по свитку взглядом. Нахмурился, начал смотреть внимательнее. Еще больше нахмурился, взял второй свиток, посмотрел уже его. Положил их на стол рядом друг с другом.       Цинхуа уже успел пожалеть, что затеял эту игру. В этих свитках вполне мог попасться тот, что из замка его Короля. Братец Огурец, конечно, знает о всех похождениях Самолета и его весьма гибкой морали, но обычно Самолет ничего приличного, особенно если это были высшие гости Его Короля, в свитки не записывал, хоть и находил иногда в них зерна рациональности, когда все перечитывал. Наконец, Цинцю поднял глаза на друга. — В каком зале для занятий ты нашел эти работы? — серьезность в голосе насторожила Цинхуа. — А-а что, — голос дал петуха, — там что-то опасное? — Да нет, — Цинхуа облегченно вздохнул. — просто хочу узнать... КАКАЯ КУРИЦА ПИСАЛА ЭТО И ЗАЧЕМ БЕДНОЕ ЖИВОТНОЕ ВООБЩЕ ЗАСТАВИЛИ ПИСАТЬ?! — ЧЕГО?!       От бамбукового домика раздался громкий крик, еще некоторое время гулявший эхом по ближайшим горам и оврагам, заставляя случайных слушателей в недоумении поднимать голову. — Почему тут накаляканы такие каракули, что это иероглифами-то назвать трудно?! Этот человек вообще знает, с какой стороны кисть держать нужно?! Или он наугад случайные линии писал? Пока Цинцю ругался и полыхал праведным гневом, Цинхуа все шире и шире улыбался: ему в голову пришла замечательная идея. В конце концов он не выдержал и спросил напрямую: — Бро, ты можешь прочитать, что тут написано? — И ты меня еще об этом спрашиваешь?! Естественно нет! – Шэнь Цинцю продолжал громко возмущаться, даже не пытаясь вернуться к роли возвышенного бессмертного. – Я тут даже отдельных иероглифов различить не могу, просто какая-то мазня, случайно названная письмом! — Братец Огурец, ты бы знал как сейчас меня выручил! — и Цинхуа без задней мысли набросился на друга. — Братец Самолет, у тебя крыша поехала? – отчаянно отбиваясь от настойчивых объятий вопросил Цинцю. — Неа, нисколько, просто я очень рад! – наконец, Цинхуа ослабил хватку и улегся на друга. — И чему же, позволь узнать? — вкрадчиво спросил Цинцю, аккуратно высвобождаясь из захвата и нащупывая на всякий случай свой веер. — Я понял, что одной проблемой у меня стало меньше! — Какой? — в глазах Цинцю загорелся огонек любопытства. — Понимаешь, я во дворце Моего Короля веду стенограмму всех его встреч и переговоров сразу в двух свитках – в одном информация для демонов, в другом для нас. Часто эти переговоры длятся настолько долго, что под конец я уже редко понимаю, где свиток с информацией для двенадцати пиков, а где информация для Мобэя и его подчинённых. И я очень часто боялся, что попросту перепутаю все свитки и меня настигнет кара от людей за предательство и от Короля за излишние подробности. Но теперь я счастлив, ведь даже если это случится, то мне ничего не будет! – Цинхуа, всплеснув руками, счастливо засмеялся. — Ты хочешь сказать, — сообразительности Цинцю всегда было не занимать, — что это, — недоверчивый взгляд в сторону бумаги, — твои свитки со стенограммой последних переговоров? — Вполне возможно! — Цинхуа радостно кивнул. – Но, может быть просто записи с информацией от других лордов. — И что, если я смогу это прочитать, то узнаю много нового и интересного о Северном Королевстве? Цинхуа хихикнул: — Попробуй! Даже я не смог расшифровать это, но буду очень рад, если ты мне поможешь! Пусть свитки останутся у тебя, мне они пока не нужны. А потом можешь сразу их сжечь, все-таки те последние переговоры закончились не очень удачно, — Цинхуа нервно почесал кончик носа и не стал уточнять, что практически все участники той встречи вышли из зала вперед ногами.