Часть 1

Восемнадцать лет назад у главы ордена Цинхе Нэ случилось радостное событие - рождение дочери. Нэ Мидзуне такому событию не был сильно рад, дочь не поведёт за собой орден и не будет вести войны, не женское это дело. А Госпожа Нэ во время родов потеряла способность родить ещё одного ребёнка. Всё же, уровень медицины в клане Нэ мог быть и лучше. Девочку назвали Макото, что в переводе на русский язык означает "" и чем старше она становилась, тем больше её любил отец. Её можно было назвать папиной дочкой. Мидзуне мог отменить встречу со старейшинами, если Макото захотелось погулять с отцом по городу и купить очередную игрушку. Макото не была девочкой с особой внешностью: тонкие черты лица, черные длинные волосы и глаза цвета янтаря, которые на солнце отливали медовым цветом, пухлые губы и тонкая длинная шея, с аристократичной белой кожей. Конечно, для Мидзуне она была самой самой красивой и никто рядом не стоит с его дочерью. С 10 лет, она стала активно изучать медицину, а к 12 годам Макото могла с лёгкостью определить не сложные недуги людей. Это не удивительно, ведь отец постарался найти ей самых лучших лекарей в учителя со всего государства. Время пролетело быстро и девушке стукнуло 16. Родители уже задумывались о её замужестве, но она и слушать не хотела, ей больше нравилось ходить по улицам города или уходить в лес, к уже давно полюбившемуся ей озеру, вдвоем со своей служанкой. Она не воспринимала ее как прислугу, она была для неё подругой, но и сильно не нагружала её работой. Можно сказать - она была самой свободной служанкой в поместье Нэ. Её спокойно отпускали в город встретится с любимым, разрешали носить парные украшения со своей госпожой и не давали грязную работу, когда она накосячит или не досмотрит за госпожой. Макото 18. Приехало много принцев, наследников других кланов и сыновей состоятельных людей и больших шишек. Когда началось торжество и все ходили, разговаривали, знакомились, отец подошёл к Макото и сев рядом с ней, посмотрел на зал и сказал: - Ну что, нравится кто-нибудь? С кем тебя познакомить? - Никто - огрызнулась дочь - прекрати меня женить на всех подряд. Она со злобой посмотрела на отца, а он, в свою очередь, аккуратно взял её руку в свою, нежно потирая тыльную сторону ее ладони большим пальцем. - Я понимаю, что тебе это не нравится, но за сегодня тебе придется сделать выбор.. или его сделаю я. - Не сделаешь! и я никого выбирать не буду! Она выдернула руку и ушла с места проведения в свою комнату, бормоча под нос недовольства. Там находилась её служанка - Лия. Закрыв дверь в комнату, она высказывала все недовольства ей. Она не понимала, почему родители все пытаются постоянно выдать её замуж. Макото думала, что пройдет ещё немного времени и она сама приведёт в дом того самого, с кем она хочет провести свою жизнь, но родители ее не слышали и делали по-своему. Так, за разговорами пролетел день, вечером, она со своей служанкой вышли в главный зал и сплетничали там, пока ей в комнату носили подарки. На торжестве были красивые парни, но на всех она браковала: "он ниже меня", " его шрам уродский", "этот вообще толстый". После трапезы в главном зале, она ушла в свою комнату, разбирать подарки. Какие-то убрала в самый дальний ящик, украшения сложила к себе в коробочку с другими украшениями, а понравившиеся ханьфу убрала в шкаф. Остался последний подарок - от родителей. Аккуратно открыв его, на неё нахлынуло множество воспоминаний, ведь в коробке лежала её самая любимая игрушка детства и ханьфу, которое она носила чаще всего, когда была ребёнком. А на самом дне лежало ожерелье, из золота, с небольшими белыми камушками. Сменив свое украшение, на подарок родителей она пошла к ним. Она вкратце рассказала, что ей подарили и поблагодарила родителей за их подарок. Прошло торжество, многие уехали, самые близкие, остались на ночь. Девушка тоже быстро уснула, под разговоры со служанкой. Лия укутала госпожу и ушла в свои покои. Прошла неделя и девушку срочно куда-то собирали, все суетились, а родители нервничали. В клан приехал кто-то очень важный. Она с матерью ожидала гостя в главном зале, пока Мидзуне встречал его на улице.