Часть 21:Богиня, дитя и великий план по спасению нравственности

Собрание в главном зале Павильона Павшей Звезды было напряженным. Старейшины и выдающиеся ученики, включая Сяо Яня, собрались обсудить побег призрака Чжай Сина. Во главе стола, излучая неземное спокойствие и авторитет, восседала она — таинственная богиня, представившаяся как Ван Юнэр. Её появление было окутано тайной. Она возникла из сияющего лунного света у входа в павильон, заявив, что стала случайной свидетельницей битвы и по неопытности позволила коварному призраку ускользнуть. Её аура была настолько чистой и могущественной, что ни у кого даже не возникло сомнений в её «божественном» статусе. Иллюзия, созданная Гу Сун Эр, была безупречна. — Его уход — моя оплошность, — голос Ван Юнэр был мелодичным и полным искреннего раскаяния. — И я готова исправить это. Мои способности позволяют мне отслеживать тёмные энергии. Он бежал на северо-запад, в земли, пропитанные древней скверной. Сяо Ян, сидевший в углу и пытавшийся быть незаметным, чувствовал странное беспокойство. От этой женщины исходило… что-то знакомое. Не внешность — нет, перед ним была абсолютно незнакомая красавица с нежным лицом фарфоровой куклы, светлой кожей и пронзительными большими глазами, в которых переливались светло-голубые и розовые отсветы. Её длинные волосы были того же мерцающего цвета, а кончики отливали розовым и фиолетовым. Но её манера держаться, холодноватая уверенность… Его сердце бессознательно сжималось от тоски по другой — по той, что спала вечным сном в ледяной горе Удэн. «Чёрт, Сяо Ян, да ты совсем свихнулся! — ругал он себя мысленно. — Увидел красивую женщину и сразу готов вестись, как последний… последний кобель! Опомнись! Твоя единственная — Гу Сун Эр! Она ждёт тебя!» Мысль о том, чтобы навестить спящую возлюбленную, не давала ему покоя. Но это было невозможно. Как только он делал шаг в сторону ворот павильона, перед ним тут же материализовалась Ян Фэй с «вопросом о технике меча», Цзы Янь с новым «безобидным» печеньем, а Маленький Волшебный Доктор «случайно» выпускала в его сторону рой пчел, жалящих в самые пикантные места. Его собственный гарем поклонниц стал его личной тюрьмой. *** Тем временем, пока старейшины обсуждали с «богиней Ван Юнэр» план поимки Чжай Сина, к её временным покоям кралась маленькая тень. Малышка Сяо Сяо, дочь Сяо Яня, пролезла под балкон и ловко вскарабкалась на подоконник. Гу Сун Эр, на мгновение оставшись одна, смотрела в окно на суматоху внизу, где Сяо Ян пытался увернуться от очередного «случайного» объятия Юнь Юнь. Внезапный детский голосок заставил её вздрогнуть. — Тётушка Гу Сун Эр, тебе тоже надоели эти глупые тёти? Гу Сун Эр обернулась, и леденящий ужас сковал её. На подоконнике, свесив ножки, сидела маленькая девочка и смотрела на неё своими большими, не по-детски мудрыми глазами. Её иллюзия была настолько совершенной, что даже запредельные мастера не должны были её распознать! Как этот ребёнок… — Малышка, ты ошиблась дверью, — попыталась она сказать ледяным тоном Ван Юнэр. — Не ошиблась, — покачала головой Сяо Сяо. — Я узнала тебя сразу. У папы в комнате спрятана картинка, где ты нарисована. И смотришь ты на него точно так же, как сейчас, только сейчас ты ещё и злишься немножко. Гу Сун Эр почувствовала, как земля уходит из-под ног. Её величайшая тайна была раскрыта ребёнком! Она уже готовилась применить технику забвения, пусть даже это будет жестоко по отношению к дочери Сяо Яня, но слова девочки остановили её. — Я не расскажу никому, тётушка! Честно-честно! — искренне воскликнула Сяо Сяо, спрыгвая с подоконника и подбегая к ней. — Мне эти тёти тоже не нравятся! Они всё время лезут к папе, а папа из-за них психует и забывает поиграть со мной! Мама ушла, потому что папа всё время думал о тебе… а теперь эти… фу! Слёзы блеснули на глазах девочки. Гу Сун Эр сердце сжалось. Она знала, что Сяо Ян развелся с своей первой женой, но слышать это от своего ребёнка… И что он «всё время думал о ней»… — Мама сказала, что папа честный человек и будет ждать свою настоящую любовь, — продолжила Сяо Сяо, обнимая замершую Гу Сун Эр за ногу. — А это ты. Я хочу, чтобы папа любил только тебя. И мою маму, чуть-чуть. А этих — прогоним! В глазах Гу Сун Эр тоже выступили предательские слёзы. Она опустилась на колени и обняла маленькую сообщницу. — Ты… удивительный ребёнок, Сяо Сяо. —Так ты останешься? И прогонишь их? — спросила девочка, сияя. —Останусь. И прогоним, — твёрдо сказала Гу Сун Эр, в её глазах вспыхнул знакомый огонёк коварства. — У нас с тобой теперь будет большой секрет и великий план. В этот момент в окно влетела Фэнге и устроилась на спинке кресла, наблюдая за ними с умным, совсем не куриным взглядом. — Кудах! (Наконец-то кто-то адекватный появился в этой любовной комедии!) — многозначительно произнесла она на своем птичьем языке. Гу Сун Эр и Сяо Сяо переглянулись. Малышка прошептала: —А тётя Фэнге тоже в курсе? Она же всегда с папой находиться. —Она… особенная, — улыбнулась Гу Сун Эр. — И, думаю, она с удовольствием нам поможет. Фэнге важно кивнула клювом, словно подтверждая это. Так родился самый опасный альянс в Павильоне Павшей Звезды: бывшая императрица демонов, древний феникс в облике курицы и шестилетняя девочка с целью отвадить от Сяо Яня всех поклонниц и перевоспитать его в образец добродетели. Методами, достойными божественной комедии. *** План привели в действие немедленно. Сяо Ян, измождённый беготней, наконец-то взбунтовался. Увидев, как Юнь Юнь «случайно» устраивает пикник прямо на пути к его комнате, он не стал уворачиваться, а остановился и заговорил, стараясь быть максимально вежливым. — Благородная госпожа Юнь Юнь, разве дела вашего клана не требуют вашего присутствия? Я бесконечно благодарен за вашу заботу, но не смею больше отнимать у вас время. Юнь Юнь замерла с пирожком в руке. —О, Сяо Янь не беспокойся! Всё под контролем, я могу остаться тут подольше… —А как же… восстановление вашего рода? — настаивал Сяо Ян, уже отчаявшись. — Вы же главная надежда! Лицо Юнь Юнь на мгновение помрачнело, но тут же озарилось улыбкой: —Как мило, что ты так беспокоишься о моём клане! Я обязательно посвящу этому время… завтра. А сегодня давай… Сяо Ян уже сбежал. Следующей была Маленький Волшебный Доктор, пытавшаяся обработать его новым эликсиром «абсолютного спокойствия плоти». — Доктор, ваши пациенты в Долине Тысячи Трав по вам скучают без вас ! — крикнул он, пробегая мимо. — Представляю, сколько жизней вы можете спасти там, вместо того чтобы тратить силы на такого недостойного, как я! — Не беспокойся, я уже всех вылечила! — весело ответила она, запуская в него шприцем с усыпляющим. Но шприц вдруг отклонился и вонзился в зад слонявшемуся мимо старому скотнику, который моментально заснул с блаженной улыбкой прямо в стоге сена. Отчаявшись, Сяо Ян поплёлся к своему учителю, Яо Чэну. Тот сидел в беседке и с наслаждением пил чай, наблюдая за происходящим в павильоне как за лучшим спектаклем. — Учитель! — почти взвыл Сяо Ян. — Я не могу больше! Это ад! Райский ад, но всё же ад! Яо Чэн поднял на него взгляд, полного сочувствия. —Ученик, опять тебя преследуют чары женской красоты? Опять падающие фрукты, внезапные встречи в бане и летающие леденцы? Ох, тяжкая доля у героя. Может, мне тебе посочувствовать и дать задание… поострее? Например, сходить в лес за ягодами. Только осторожно, там, говорят, водятся нимфы-ягодницы, которые заманивают мужчин сладким ароматом клубники. Как раз для тебя, тренировка силы воли! Сяо Ян простонал и упал головой на стол. —Учитель, это не смешно! —Ещё как смешно! — рассмеялся Яо Чэн. — Посмотри на себя! Ты, который выходил победителем из схваток с сектами , бегаешь от девушек с печеньем! Твоё умение уворачиваться, я уверен, уже достигло просветлённого уровня. Ни одна груша в мире не сможет тебя больше достать. Гордись! В этот момент с неба с тихим шелестом спустился идеально сложенный бумажный самолётик и приземлился прямо в чашку чая Яо Чэна. Учитель поднял его и развернул. Там было нарисовано детской рукой сердечко и написано: «Для папы. Только не смотри на тётю с большими… глазами. Люблю, Сяо Сяо». Яо Чэн фыркнул. —Видишь? Даже твоя дочь участвует в твоём «воспитании». Семейное дело. Сяо Ян был в ярости, в отчаянии и в полном недоумении. А в это время на башне троица заговорщиков наблюдала за его мучениями. — Отлично, — сказала Гу Сун Эр в облике Ван Юнэр. — Фаза первая: осознание тщетности его усилий — завершена. Фэнге, твой выход. Фэнге, сидевшая на плече у Сяо Сяо, кивнула и взлетела. Её полёт был неестественно грациозным для обычной курицы. Через пять минут по павильону пронёсся истошный крик Цзы Янь. Её только что испечённая партия печенья в форме голубков была разграблена стаей настоящих голубей, которые внезапно проявили недюжинный интеллект и координацию. Птицы, ведомые невидимым лидером (небольшой рыжей «курицей»), унесли лакомство прямиком на голову вечно дремлющего старейшины. — Кудах! (Следующая цель — «случайное» декольте у озера!) — прокричала Фэнге, пролетая над трио. Гу Сун Эр щёлкнула пальцами. Над озером, где дежурила Ян Фэй в самом соблазнительном купальном наряде, внезапно набежала тучка и пролилась микроскопическим, но невероятно холодным дождиком. Ян Фэй, побледнев от холода, с визгом помчалась в сторону бани. Сяо Сяо звонко рассмеялась, хлопая в ладоши. —Получилось, тётушка! Получилось! —Это только начало, малышка, — улыбнулась Гу Сун Эр, и в её розово-фиолетовых глазах плескалось море тёмной, изощрённой радости. — Цирк только начинается. И на этот раз клоун будет воспитанным. Очень воспитанным. А Сяо Ян, сидя рядом с учителем и глотая горький чай, чувствовал, как по спине бегут мурашки. Он не знал почему, но ему вдруг стало безумно жаль всех себя. Особенно — себя в будущем.