Часть 11

Кончить.   Лишь одного слова достаточно, чтобы бросить мое тело в огонь, распалить... желанием. Я хочу кончить. И это было слишком давно, когда я чувствовала это. Слишком давно оргазм был чем-то большим, чем просто снятием напряжения. Чем-то, что я делаю, только чтобы мое тело достаточно расслабилось и провалилось в сон.    - Так давно, - шепчу я. - Слишком давно.    - Черт, - стонет он. - Твой голос.    Я тоже начинаю стонать, и мне уже все равно, что это громко и стыдно. Я делаю это, забыв, что кто-то другой может услышать меня.    - Бьюсь об заклад, ты горячая, - шепчет он, его голос приглушенный и жесткий. - Но никто не знает об этом, не так ли? Никто не знает, что ты такая, что ты хочешь что-то вроде этого. Может быть, даже ты сама.    Его последние слова пробиваются сквозь дымку, затуманившую мой разум. И я понимаю, что в какой-то степени это правда. Я не должна хотеть этого. Я не должна иметь эти тайные желания, о которых никто никогда не говорит. Именно поэтому я покупаю грязные книги тайком и читаю их в тихом уединении собственного дома.    - Скажи мне, что хочешь этого, - продолжает он. И я благодарна, потому что не знаю, могу ли говорить. Не знаю, способна ли я на что-то кроме, как просто находиться здесь в этот момент, слушая то, что он говорит, пораженная тем, что он открывает своими ключами скрытые двери, которые были забыты и спрятаны так долго. - Скажи, что ты хочешь, чтобы я заставил тебя кончить своими словами. То, что ты хочешь ласкать пальцами свою киску и делать вид, что они мои, а я расскажу тебе, как прикоснуться к себе... Как сделать это.    Пять глубоких вдохов, сгибаю колени.    И мои глаза плотно закрыты и пальцы на ногах сжимаются. Один, два, три.    - Скажи это, - говорит он. - Скажи мне.    - Хочу... - выдыхаю я, и это как высвобождение. - Я хочу этого. Я хочу... это. Все, что ты только что сказал.    И я чувствую, что становлюсь невесомой. Я чувствую, что становлюсь ярче... гораздо более открытой, чем была раньше.    Я не могу удержаться от мысли, что такие мужчины, как он, на самом деле существуют. Они где-то там. Не только в книгах и воображении таких женщин, как я.    - Скажи это еще раз.    Я моргаю и отвечаю:    - Я хочу этого.    - Скажи, что ты хочешь меня.    Нет никаких мыслей, никакой паузы.    Только правда.    - Я хочу тебя.    Он стонет, двигается. Я слышу, что он двигается. И мне интересно, трогает ли он себя. Интересно, мой голос делает то же самое с ним, что и его голос со мной? И я на мгновение начинаю ревновать к мысли, что он касается себя. Что он найдет свое высвобождение без меня и даже не скажет мне об этом.    Секунды проносятся, время замирает, и я понимаю, что он не говорит.    Я дышу, я хнычу... а потом слышу его стон.    - Сколько времени прошло с тех пор, как другой мужчина был с тобой? - спрашивает он низким и грубым голосом. - Как давно это было... когда кто-то трахал тебя? Так, как я хочу трахнуть тебя?    Его слова грязные, грязные… совершенные.    Так что, не задумываясь, я отвечаю:    - Никто никогда не трахал меня так. Никогда.    Это правда.    Это абсолютная правда.    Но прежде, чем я успеваю подумать о том, что мне тридцать лет и никогда – ни разу – я не была оттрахана таким образом, как он описывает, прежде чем я могу позволить себе подумать о том, как это грустно и жалко, прежде чем я успеваю задуматься, что думает он… он отвечает:    - Я хотел бы, - выдыхает он. - Если бы ты позволила мне, я бы оттрахал тебя так. Я хотел бы подарить тебе удовольствие. Я бы заставил тебя кончить под моими пальцами и моими губами и на моем члене.