Часть 9. Ты не странный.

В комнату сквозь не до конца закрытую штору проникал свет полной луны. Рядом, повернувшись на бок, лежал Сяо. Он вздохнул, его рука медленно прикоснулась к руке Кинича, на что тот лениво отстранился. — Ты всегда так делаешь. Дергаешься от любого прикосновения. Но я же вижу. — Что видишь? - Сказал Кинич резче, чем хотел. — Что тебе это нравится. Просто боишься признаться. Кинич не мог не согласиться с этим. Ему нравится, ему действительно хочется ответить, например, объятием на объятие. Но это значит, что снова придётся выйти из образа, который он сам себе составил в голове, выйти за пределы собственноручно построенных стен. — Давай не будем об этом..., - попросил Кинич, смотря куда-то в стену. Ему не хотелось это вспоминать, но в голову продолжали лезть мысли о том, когда Сяо сделал "открытие" об этом, как считал Кинич, позоре. В начале их дружбы в один момент ему пришлось признаться в своей главной проблеме - бессоннице. Сяо понятия не имел, что он может сделать для него, поэтому в похожий из таких дней неожиданно явился в гости. И следующее произошло совершенно случайно - за просмотром фильма Кинич спокойно уснул, тесно прижимаясь к нему. Причем это работало каждый раз. После всех попыток решения плохого сна помогали только обнимашки. Сяо считал это его довольно милой чертой, нисколько не осуждая, как тот мог думать. — Как скажешь., - Ответил Сяо, но его рука не отстранилась. Кинич повернулся лицом к нему, чувствуя его теплое дыхание. — И снова ты здесь из-за меня. Из-за того, что я не могу уснуть, как маленький ребёнок., - шёпотом сказал он. - Почему я... Мне самому противно от себя, ты ведь знаешь. — Я так не думаю., - Ответил Сяо. Красноречие это не про него. На это Кинич промолчал, повернувшись на спину и устремив взгляд в потолок. — Ты прав, я каждый раз говорю одно и то же. — Я не это имел ввиду... — Прости, что досаждаю тебе. — Хватит! Реально, прекращай унижать себя. Или делай это хотя бы не при мне. С фига ли я бы тогда здесь сейчас был? Если бы хотел, мог прекратить с тобой общение еще тогда. Друзья нужны не только для развлечений, если мне нравится с тобой проводить время, значит я не то что могу, я обязан помогать тебе в любой ситуации., - В пол голоса протараторил Сяо, немного нависая над Киничем. — Хорошо. Но разве не странно, что я, взрослый человек, веду себя, как... — Не странно. То, что тебе больше восемнадцати не говорит о том, что теперь ты не нуждаешься в поддержке и всего прочего. Сколько бы тебе ни было лет, ты остаешься человеком с базовыми человеческими психологическими потребностями. Как там... Человек - существо социальное.. — Понял я, понял., - Попытался усмехнуться Кинич, зевая. Он вернулся на бок, так что Сяо видел только его затылок. На смену прежним мыслям пришли новые, так что это было весьма неожиданно, но он вновь еле слышно подал голос: — Как ты думаешь, она жалела о том, что ушла?... - Голос дрогнул, и Кинич мгновенно замолчал. О ком идет речь было понятно и без уточнений. Кинич стиснул зубы, с отвращением чувствуя, как к горлу подкатывает ком, а глаза начинает щипать. Сяо молча думал над ответом, поглаживая запястье друга. — Я не знаю. Вообще понятия не имею. Но не думаю, что существуют настолько черствые люди, так что скорее всего... Да. Кинич поджал губы, и его пальцы как-то непроизвольно переплелись с пальцами Сяо. Только молчание обеих сторон всё-таки нарушилось прерывистым выдохом Кинича, после которого он задрожал, беззвучно плача. — Прости... Опять я... разнылся., - Пытаясь выровнять голос, через несколько минут прошептал Кинич. — А я здесь как раз для этого. Еще немного поблуждав в своих мыслях, Кинич позволил себе расслабиться, чувствуя, как тяжелеют веки. Почему-то сейчас на душе было непривычно, но так приятно спокойно.

***

— Слился твой курьер? Да уж, только на одно свидание его хватило., - саркастично констатировала Шилонен, крася губы яркой помадой у зеркала. Муалани за столом конспектировала какую-то презентацию и старалась пропускать мимо ушей этот колкий тон: — Ну, во-первых, мы переписываемся. Просто... Не так много. А во-вторых, у меня сейчас тоже времени меньше стало, так что я его понимаю. — Да-да, конечно. Сначала вы «не так много» переписываетесь, затем перестанете спрашивать друг у друга, как прошел день, а потом будете откладывать прочтение сообщений на потом... Знаем, проходили. — Не надо мне тут. Если у тебя такое было, это не значит, что у всех так., - Муалани положила ручку и повернулась к подруге. Та заканчивала с макияжем. — Помяни мое слово, вот увидишь..., - Шилонен закрыла косметичку и поправила топ., - Чем занималась сегодня? Выглядишь так, будто камни ворочала. — Я же говорила, сегодня завезли новую партию лыж, а работников у нас не хватает. Мне пришлось заниматься сортировкой и даже помогать с разгрузкой товара! Чем ты слушала меня, Шило? — Шило только у тебя в жопе, не называй меня так., - Рявкнула девушка, бросив на подругу кошачий взгляд с этим макияжем, после чего усмехнулась., — В таком случае, тебе обязаны заплатить на пол ставки больше. — Если бы... Шилонен побрызгала укладку завонявшим на всю комнату лаком, закинула в рот жвачку и вальяжно направилась к выходу из комнаты, напоследок бросив в сторону: — Приду к утру. — Что? А спать когда будешь? - Муалани даже встала, удивлённо таращась в след, но та молча закрыла за собой дверь.

***

Наступившее утро посеяло некоторый хаос в голове проснувшегося Кинича. С трудом разлепив веки, он огляделся почти в полной темноте из-за зашторенного окна и посмотрел на часы. 11:42. Он... Все это время спал?... Приподнявшись на локтях и приняв сидячее положение, Кинича потер глаза и хрустнул пальцами. Он чувствовал некоторую потерянность во времени и слез с кровати. За окном оказалось пасмурно, а снег, по всей видимости, таял. Погода не радует, что сказать. Кинич медленно и тихо вышел из комнаты, поэтому сидящий с телефоном на кровати Сяо не сразу его заметил. — О, доброе утро., - Улыбнулся ему друг, когда увидел его в дверном проёме кухни. - Как спалось? Кинич прислонился к косяку и зевнул. — Неплохо... Даже хорошо., - Голос был низким и хриплым после сна. — Ты вчера так быстро и крепко уснул. Когда я проснулся, то случайно задел настольную лампу и уронил ее... — Ничего не слышал., - приподнял брови Кинич. - Вообще ничего. — Отлично. А как общее самочувствие? - Сяо отложил телефон в сторону и сел, обхватив одной рукой ногу. — Мм, чувствую себя с похмелья., - Усмехнулся Кинич и налил себе воды, опустошив целый стакан. — Ты и выглядишь также. Сяо поставил кипятиться чайник, пока Кинич сонно хлопал глазами. — Кстати, твоего Рыжика я покормил. Он уже вылезает из коробки. Такой лапочка! — Какого Рыжика? — Понятно всё с тобой., - Махнув рукой, посмеялся Сяо. — Ты про Умоджу что ли? — Господи, я думал, ты тогда пошутил насчет клички... Из-под дивана, услышав их разговор, лениво потягиваясь, вылез Босациус. Он потерся об ноги хозяина и привстал на задние лапки, пытаясь заглянуть на обеденный столик в попытках выпросить вкусняшку. — Бося хороший, Бося умный... Иди-ка сюда.., - Стал сюсюкаться Сяо, протягивая своему питомцу кусочек сыра. - Знаешь, я ведь почти собрался выкинуть контейнер с этой мерзостью., - Указывая на подоконник, ехидно сказал Сяо. Кинич лишь закатил глаза, так как мерзостью его друг называл тараканов, являющихся кормом для Ахава. — Ты домой когда собираешься? — А я тебе уже наскучил? Думаю, все уже проветрилось, так что могу хоть сейчас оставить тебя одного. — Скажи честно, ты ведь не использовал никакую баллончиковую краску? Это была придуманная причина для того, чтобы я пустил тебя, да? - Вдруг спросил Кинич. — Тебя не проведешь, как вижу. Не мог же я просто явиться к тебе на порог! Знаю, что ты не любишь неожиданных гостей. — Как мило с твоей стороны. Ладно, я... В любом случае... Просто спасибо тебе за то, что снова пришел ко мне. Вот., - Потупившись, пробормотал Кинич вполне серьёзным голосом. Сяо только махнул рукой и улыбнулся, после чего подошел и обнял друга одной рукой за плечи. — Ладно тебе, лучше садись обедать. Почувствовав себя лучше и проводив Сяо, после обеда Кинич решил заняться учёбой, учитывая, что он на половину недели выпал из жизни. Мозги пришлось существенно так напрячь, ведь за это время некоторые вещи полностью выветрились из головы. Правда ближе к вечеру снова появилась эта неприятная сонливость и легкая головная боль. Освежив память по учебному материалу, Кинич неожиданно для себя понял, что в холодильнике уже давно нет чего-то сладкого. Проверив счет, где точно хватало на оплату квартиры в этом месяце, парень лениво решился наведаться в ближайший магазин и потратить немного денег на удовлетворение вкусовых сосочков. На улице слякоть, месиво из таявшего снега и земли. Холодный, пронизывающий ветер ухудшал ситуацию. Кинич ускорил шаг, направляясь к ближайшему супермаркету. Он разглядывал полные витрины магазина, не понимая чего именно ему сейчас хочется. Может быть йогурт? Или мармелад? Так было, пока ему на глаза не попался отдел с шоколадом. Это то, чему Кинич никогда не изменит. Почему-то чувствуя острую потребность в этом, он взял несколько особо любимых шоколадок и поспешил к кассе, радуясь, как ребёнок. Правда несколько тревожущая ночь наступила быстрее, чем он ожидал. На подкорке сознания сидел какой-то страх того, что уснуть не получится, а еще хуже - приснится плохой сон. С такими мыслями Кинич лег спать, накрываясь одеялом. Сон действительно не шел, будто специально. А вместе с тревогой в голову начинали лезть самые разные мысли и воспоминания, ухудшающие и так напряженную обстановку. Почему он не может отпустить свое прошлое? Зачем оно так навязчиво укоренилось в его голове? Сюжеты снов всегда разные, но их объединяет одно - маленький Кинич и родители. Вот позапрошлой ночью сон был таким: Темно, очень темно. Кинич, будучи маленьким ребёнком, совсем один бродит в этой темноте. Он как будто вне реальности, здесь нет ощущения верха и низа, лева и права. Откуда-то слышится звон разбивающейся бутылки и голос отца, а откуда-то какой-то грохот. Тут же картинка меняется. Кинич на кухне с мамой, она стоит у плиты. Мальчик подходит к ней и дергает за юбку, улыбаясь. Но когда женщина поворачивает лицо, она оказывается не его мамой. Лицо нечеловеческое, с рассеченным до ушей ртом и острыми зубами, а в глазах чернота. Это существо резко поворачивается к Киничу, каким-то чудовищным голосом бормоча: "Что, милый? Скоро будет готово кушать. Ты ведь хочешь кушать? Теперь я твоя мама, я буду лучше нее. Твоя мама тебя бросила, ты ей не нужен." Мальчик отшатнулся от нее, и тут же слева появляется «отец», его лицо такое же как у этой «матери», но в придачу очень длинная шея. Он вторит: "Ты ошибка Кинич, ошибка, ошибка, ОШИБКА!". От этих воспоминаний мурашки по коже. Кинич пытается освободить голову от таких мыслей, но все попытки были тщетны, пока из коридора не послышался тихий писк. Убедившись, что ему не послышалось, Кинич выглянул в коридор. Котенок выполз из коробки и сидел на холодном полу, жалобно пища. Стоило ему заметить хозяина, как он, вытянув хвостик, неуклюже побежал к нему. Парень присел на корточки, поглаживая питомца по спине. — Эй, тебе тоже не спится, да? - Прошептал он., - Чем ты заслужил оказаться на помойке? Ты тоже чья-то ошибка? Тихо, тихо... Умоджа совсем не собирался уходить, активно потираясь о ладонь Кинича. Тот со вздохом взял котенка на руки и положил на кровать, устроившись рядом. На удивление котик, прижимаясь к хозяину, свернулся клубочком и громко замурчал, напоминая в этот момент маленький трактор. Кинич расслабился и просто наблюдал за Умоджей сквозь полуприкрытые веки, вдыхая легкий аромат лаванды из-за кошачьего шампуня и постепенно проваливаясь в глубокий спокойный сон.