Глава XIX

С чистым сердцем, отпустив последних подопечных я приступила к сборам. В дорогу мне понадобится немало: пилы, щипцы, зажимы для ран, всё чтобы извлекать стрелы и прочее холодное оружие из плоти. Мёд в бочонках, незаменимое средство для дезинфекции, да и для снадобий пригодится. Далее по списку: корень мандрагоры, календула, полынь, листья ивы. Льняные повязки, шерсть и пух, птичьи перья - всего этого потребуется в избытке. Закончив расчёты, я поняла что у меня получается целая телега. Не лучший вариант конечно, солдатам и так придётся нелегко в эту стужу, а тут ещё и её тащить. Но что поделать, все приспособления жизненно необходимы.       — Неужели всё это тебе понадобится, caro Eleniel? — я вздрогнула от неожиданности. Мужской голос раздался прямо у двери.       — Ещё раз так напугаешь, Миэлдрас, и я искупаю тебя в горящем котле с лунным отваром, — пригрозила я, испуганно прижав руку к груди. Эльф лишь миловидно улыбнулся и приветствовал меня, приложив руку к сердцу.       — Прошу прощения, если напугал. Не хотел. Разрешишь войти? — отложив перо и пергамент, я кивнула. Миэлдрас тут же оказался возле собранных припасов.       — Неплохо подготовилась, вижу, — взяв в руки склянку, эльф принюхался, сморщился и быстро поставил её обратно. — Только вот не пойму, зачем тебе всё это, Элениэль? Ты же не связана ни с кем клятвой подобно мне. Зачем тебе это? Устало вздохнув, я затянула ослабевшую ленту в волосах и присела на скрипучий деревянный стул.       — Я связана клятвой со своим делом. Никто не смог бы меня уговорить, если бы это не было моим собственным желанием, — брови эльфа взлетели вверх от удивления.       — Благородно с твоей стороны. Даже слишком, — Миэлдрас подошёл к столу и присел напротив меня, бросив взгляд на оставленный пергамент. — С кем поедешь в упряжке, с гномами или людьми?       — Что за вопрос? Конечно же с людьми. Да и сомневаюсь, что мы будем разделяться в пути, — ответила я.       — Вообще то, по плану гномы должны выдвинуться вперёд. Если конечно мне сказали правду, — добавил Миэлдрас, задумчиво постукивая пальцами по столу. Вздохнув, я откинулась на спинку стула чувствуя как усталость медленно сковывает тело. Эта новость не добавляла оптимизма.       — Откуда такая информация? И зачем им идти впереди? Рыжеволосый эльф лишь пожал плечами, его лицо выражало легкую озадаченность.       — Слухи, Элениэль, всего лишь слухи. Возможно, они должны разведать путь, проложить безопасный маршрут через горные перевалы. Кто знает? Но, скорее всего они будут отвечать за прокладывания пути. Я нахмурилась, обдумывая услышанное. Гномы, конечно славные воины, но впереди их может ждать что угодно. Не хотелось бы лишатся союзников до того момента, пока мы не обнаружим врага.       — В любом случае, я не собираюсь бросать людей на произвол судьбы. Если придется, догоним гномов и пойдем вместе, — твердо заявила я. — Но расскажи лучше, зачем ты пришёл? Не думаю, что исключительно для того чтобы делиться слухами. Миэлдрас лукаво улыбнулся, доставая из-за спины небольшой сверток, перевязанный тонкой кожаной лентой.       — Принёс небольшой дар для столь отважной целительницы. Он развязал ленту и протянул мне сверток. Развернув его, я увидела несколько аккуратно сложенных листов пергамента, исписанных мелким, изящным почерком.       — Что это? — спросила я, с любопытством разглядывая свитки.       — Мои личные рецепты. Травяные сборы, снадобья, мази. Всё что может пригодиться в пути. Я собирал их годами и подумал, что тебе сейчас они будут полезнее, чем мне, — ответил парень с лучезарной улыбкой. Я с изумлением взглянула на эльфа.       — Миэлдрас, я не знаю, что и сказать. Это бесценно для меня, правда!       — Просто старые записи, которые надеюсь смогут спасти не одну жизнь, — скромно ответил он. — Ну что ж, мне пора. Удачи тебе в этом нелёгком пути, Элениэль. Но прошу, будь осторожна.       — Разве ты не должен сопровождать свиту своего Владыки? — в моём голосе прозвучало едва заметное разочарование. В ответ эльф лишь поджал тонкие губы и отрицательно покачал головой.       — Я бы с радостью отправился с ними, поверь мне. Однако мне было приказано присматривать за теми, кто остаётся в лагере. Болезнь, хоть и отступает, но всё ещё бродит по шатрам наших воинов и нельзя допустить новых вспышек. Миэлдрас поднялся с места, приложил руку к груди в прощальном жесте и направился к выходу.

***

Закончив со сборами, я поспешила уведомить Барда о завершении работы и попросила выделить нескольких юношей в помощь, чтобы в день отъезда они погрузили всё снаряжение в телегу. Бард, выслушав меня вполуха и бросив благодарность, тут же выпроводил, явно поглощённый мыслями о предстоящем походе. В поисках способа скоротать время я направилась в библиотеку и выбрала с полки один из старых томов. Устроившись в главном зале возле камина, я погрузилась в чтение. Вечерний полумрак рассеивался тёплым пламенем очага и светом одинокой свечи. Не скажу, что являюсь поклонницей романтических историй, но эта книга захватила меня с первых же страниц. Возможно потому что главная героиня чем то неуловимо напоминала меня саму?       — Госпожа лекарка, — хриплый баритон заставил меня вздрогнуть. Мои глаза словно приклеились к строке, но слова уже не имели значения. Я поспешно поднялась и обернулась. Торин выглядел по домашнему: простая синяя рубаха и чёрные брюки, заправленные в сапоги.       — Ваше величество, — выдохнула я, стараясь скрыть волнение. Гном, будто опомнившись, поспешно поправился:       — Прошу, не прерывайтесь. Я лишь хотел спросить, могу ли я присесть в это кресло? — я слушала, затаив дыхание и лишь коротко кивнула, после чего поспешила вернуться на своё место, не дожидаясь его ответа. В повисшей тишине слышалось лишь потрескивание дров в камине. Я украдкой взглянула на Торина. Он казавшийся уставшим, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Решившись нарушить молчание, я нарочито вежливо спросила.       — Всё ли в порядке, ваше величество? Вы выглядите так, будто не спали несколько ночей. Не от подготовки ли к походу? Быть может вас тяготит осознание того, что впереди ждёт неопределённость? Торин медленно открыл глаза и посмотрел на меня. В его взгляде плескалось раздражение от столь очевидного вопроса, впрочем он постарался скрыть это чувство.       — Разумеется, подготовка в самом разгаре, госпожа лекарка. Сомневаюсь что вам, проводящей вечера за чтением любовных романов, понятен масштаб этих забот, — сухо ответил он. Я приподняла бровь.       — Я действительно лишена вашего бремени власти, ваше величество. Но не стоит недооценивать пользу от чтения, порой там можно найти решения ускользающие от взора, утомлённого «важными заботами». Лёгкая усмешка скользнула по губам короля под горой.       — Что ж, возможно вы и правы. Однако сомневаюсь что в ваших книгах найдется совет, как вернуть утраченное королевство. Иначе я бы им воспользовался в своё время и это уберегло бы меня от многих потерь, уверен. В его голосе прозвучала резкость, задевшая меня за живое.       — Разумеется советовать как вернуть то, что было утрачено по собственной гордыне и жадности задача не из лёгких, даже для самой мудрой книги, — парировала я, не опуская взгляда. На долю секунды в глазах Торина мелькнула ярость, но он быстро взял себя в руки.       — Благодарю за ценное мнение, госпожа лекарка. Но я подозреваю, что мои «жадность и гордыня» интересуют вас куда меньше, чем герои ваших легкомысленных романов. Он замолчал, давая понять что разговор окончен. Я вернулась к книге, но атмосфера в зале загустела, желание дочитать до конца книгу отпало. Кажется, я вновь перешла черту. Но честно говоря, ничуть не жалела об этом. (Ну возможно немного всё же сожалела о сказанном.) В воздухе повисла давящая тишина. Я чувствовала на себе прожигающий взгляд Торина, словно он пытался прочитать мои мысли. Наконец, он тяжело вздохнул и произнес.       — Боюсь, мой визит нарушил ваше уединение, миледи. Признаю, я был слишком резок. Подготовка к походу выматывает и я позволил себе сорваться. Прошу прощения. Я подняла голову, удивлённая его внезапным признанием. В небесно синих глазах промелькнуло что то похожее на искреннее сожаление.       — Принято, ваше величество, — ответила я, стараясь скрыть удивление. — Я понимаю, что на вас лежит огромная ответственность. Я так же прошу прощение за свои слова.       — Тем не менее, это не оправдывает мою грубость, — перебил Торин. — Возможно, вы правы насчет гордыни и жадности. Это старые раны которые до сих пор кровоточат. Но я делаю всё возможное, чтобы исправить ошибки прошлого. Его признание обезоружило меня. Впервые я увидела в Торине не только короля и воина, но и гнома обременённого прошлым, который искренне пытается стать лучше. Ну или мне на самом деле хочется верить в это.       — Никто не идеален, ваше величество, — тихо произнесла я. — Мой отец часто говорит мне, что важно не зацикливаться на ошибках, а извлекать из них уроки.       — Мудрые слова, госпожа лекарка, — ответил король под горой с усталой и лёгкой улыбкой. — Надеюсь и мне удастся им следовать.       — Ваше величество, — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. Торин посмотрел в сторону моего кресла, вопросительно приподняв бровь. — Вам разве не холодно? На вас лишь одна рубаха. Вечера сейчас по зимнему прохладные. Гном усмехнулся и ответил.       — Благодарю за внимание. Но уверяю вас, нет. Закалка гномов позволяет нам выдерживать куда более суровые условия, чем этот скромный вечерний холодок. Да и потом, мне кажется в этой комнате достаточно тепло. Он обвёл взглядом камин, словно намекая на тепло исходящее от него. В его тоне по прежнему чувствовалась насмешка, но в этот раз она не казалась такой колкой, как прежде. Скорее, какой то игривой.       — В таком случае, простите мою навязчивость, — произнесла я, стараясь не выдать своего смущения. — Просто не хотелось бы, чтобы вы заболели перед походом.       — Ваша забота трогательна, госпожа Элениэль, — ответил Торин, слегка склонив голову. — Мои соплеменники скорее увидят дракона пляшущего на снегу, нежели своего короля слёгшего с простудой. Он поднялся с кресла.       — Прошу прощения за беспокойство. Не буду вам больше мешать. Желаю приятного чтения.       — И вам всего наилучшего, ваше величество, — ответила я, следя за тем, как он направляется к выходу.