Намджун

      Отец всегда воспринимал её как данность, как очередной инструмент для укрепления своей империи. Никакой жалости, никаких душевных терзаний. Её мать, сбежав после рождения дочери, кажется, навсегда внесла эту убеждённость в его сознание.       Сонми и не рассчитывала, что предстоящий брак с одним из самых влиятельных людей Южной Кореи способен изменить её жизнь.       Один мужчина продал её другому.       Наконец-то ей удалось скрыть презрение к одному, чтобы открыть его для другого.       Однако каждое утро, как только мужчина покидал дом, она получала цветы. А на ужин неизменно просил надеть самое красивое платье и приглашал в дорогой ресторан.       Намджун обладал безупречной репутацией и немыслимым состоянием. Идеальная машина, дорогие бренды, красноречивые аксессуары – всё должно было говорить о его статусе. Его брак не мог быть исключением: он тоже должен был быть достойным и идеальным, вызывая всеобщее восхищение и зависть.       Мужчина был уверен, что удачный союз – ещё один ключ к нужным партнёрам. Обычная сделка, не имеющая над ним власти.       Но её ненавязчивые касания, пусть и расплывчато, находили отклик в его душе. Расчётливый разум впервые покидал свой трон, уступая место ощущениям.       — Мне нравится твой сегодняшний выбор, — Намджун плавно скользил костяшками пальцев вдоль её позвоночника, обводя вырез платья. Его глаза пристально осматривали отражение Сонми в зеркале. В них читалась гордость.       — Всё, как ты и хотел. Красивая обёртка, достойная Ким Намджуна, — она не боялась быть честной, как и он когда-то, давая ей чёткие инструкции о её роли в этом браке. Тогда Сонми приняла это и даже ощутила долю облегчения.       Но по ночам, когда багровый закат растворялся во тьме, прерывистое дыхание Намджуна стирало все установленные им самим рамки. Его мускулистые руки оставляли неизбежные следы не только на коже. Сонми ощущала растущую жажду прикосновений, даже когда он прижимал её к кровати, налегая всем телом для более интенсивных толчков.       — Стоило бы предугадать, — Намджун развернул её лицом к себе, кладя руки на хрупкие плечи, — ты не видишь во мне перемен? — своеобразный упрёк заставил её сердце биться чаще. В спешке отрицая собственные изменения, могла ли она не заметить и его?       — Ты действуешь согласно плану. Каждый день расписан. Ресторан, цветы, платье... Ничего не меняется.       — Теперь цветы ты получаешь из моих рук, а платье выбираешь при мне, а не в одиночестве, пока я жду тебя в машине.       — Тогда я могу выбрать сегодня ресторан?       — Тебе можно всё, если в итоге, вернувшись домой, я избавлюсь от этого куска ткани, — Намджун бесстыдно приподнял уголок губ, указывая на платье, — это мой план на ближайшую жизнь, — ему и сегодня было легко делиться правдой.       — Всю жизнь? — Сонми не дождалась ответа. Немедленное желание прикоснуться к губам говорило больше любых слов.