Глава 4. Выколотый глаз

3 января 2175 года. Нубийский простор, Система Дакка, орбита планеты Прагия Бедный-бедный Заид Массани. Словил пулю в голову в борьбе за идеалы. Прямо как Курьер! Кто ещё из известных персонажей ловил головой пули? Кроме меня, естественно. Я всё же за известного персонажа считаться не могу. О чём это я? А, Заид вышел из бизнеса, а его детище докатилось до банального пиратства. В том, что корабль с названием Черный глаз может промышлять НЕ пиратством, я искренне сомневаюсь. Суденышко не самое крупное, семидесяти метров в длину. Надеюсь, там не слишком большой экипаж. Замучаюсь трупы в космос выбрасывать. Да, я решил пойти по пути эскалации. Это самостоятельное решение, не навеянное чужим мнением, однозначно. В конце концов, мне нужно спасти братьев-биотиков от плена коварных негодяев! Ещё и четырёхглазые небось. Ну, а в случае, если я вступлю в конфликт с честными наёмниками… Какая разница? Совесть меня точно мучить не будет. – Джек, готовься. Нас решили подобрать пираты. Девушка, сидящая в кресле, поворачивается в мою сторону. Лицо уставшее, со следами высохших слез. Без брони и оружия. Зато с биотикой. – Синие Светила – это пираты? – голос тихий и уставший. – Конечно, – авторитетно киваю. – Известная банда. Может и не все, кто относит себя к организации, но эти – точно пираты.   – Что ты хочешь делать? Есть план? Пожимаю плечами и задумчиво смотрю на мигающую окнами приборную панель, пытаясь разглядеть приближающуюся фигуру корабля. – Захватить Черный глаз, конечно. Сама слышала, они уже подхватили наших братцев, – девушка хмурится, когда я называю других подопытных так. Не совсем она отошла от пережитого. Совсем не отошла. – Если будешь вступать в бой, держись позади, пожалуйста. И постоянно держи барьер. – Почему? – Потому что у меня есть кинетические щиты, а у тебя – нет. Не хочу, чтобы ты умерла, – легкомысленно улыбаюсь и достаю из рюкзака автоинъектор. – Просто не лови собой выстрелов и поддерживай меня чем попроще из техник. Типа броска, не знаю? – Ладно, – девушка кивает. А я с радостью отказываюсь от воздержания. Ну, ты понимаешь, да? Пускаю коктейль стимуляторов по вене, временно избавляясь от ломки. Готовлюсь к бою дальше: проверяю положение пистолетов на поясе, работу батареи щита. Целостность и герметичность брони. То ещё технологическое решение. Броня достаточно герметична, зато шлем без забрала. И типа воздух внутри будет держать особо хитрая голограмма. С полями массы, разумеется. На самом деле логично, это всё-таки не скафандр, а простенькая броня охраны, пусть и достаточно технологичная. Цербер, что вы хотели. Харперу понты и налёт элитарности дороже денег. Высказывание продиктовано исключительно личной беспочвенной неприязнью, всё как я люблю. – Пристегнись, пожалуйста. – Что? – девушка осматривает сиденье, пытаясь понять, что я имею в виду. Со вздохом фиксирую Джек в кресле и пристегиваюсь сам. – Челнок, говорит Черный глаз. Ангар открыт, можете садиться. Чувствую, как приступают к работе и начинают действовать препараты, эффект постепенно приближается к пику. Любую усталость, которая могла у меня накопиться, смело как рукой.  – Вас понял, произвожу маневр посадки, – не отключая трансляции звука, заворачиваю в ангар. Без автопилота, косо и криво. Дистанция пятьдесят метров, вижу встречающую делегацию. Газ в пол, направление задано. – ЛИИИИИРООООЙ ДЖЕЕЕЕНКИИИНС! – Какого дьявола вы творите, челнок? – пилот на том конце провода занервничал. Напрасно. Остаток дистанции я преодолел за жалкие три секунды. Успевшие удивиться члены команды, приготовившиеся нас встречать, оказались размазаны по полу. Как я и ожидал, это были батары. Челнок проскрежетал днищем о пол и боком врезался в стенку ангара. Улыбаясь, отстёгиваю ремни безопасности, освобождаю немного позеленевшую Джек и киваю ей. – Извините, я не разобрался с автопилотом. Впервые за штурвалом! Не слушая ответа, иду к двери. Пистолет в руке на уровне глаз. Удар по голограмме заставляет проход открыться. Осматриваю помещение, не находя очевидной угрозы. На всякий случай вешаю на себя биотический барьер и выхожу из челнока. М, ошибочка. Один батар успел отпрыгнуть с пути нескольких тонн металла и сейчас направляет на меня винтовку. Дротик не пробивает барьер, но он не пробил бы и голую броню. Боже мой, и эти тоже с транквилизаторами! Ответная деформация сбивает кинетический щит, и очередь из трёх выстрелов заканчивает грустную жизнь пирата. Включается сирена. Да, ребятки, это, мать её, боевая тревога. Вижу, как из челнока выпрыгивает Ноль. – Давай, Джек, быстрее! Вдруг эти черти додумаются разгерметизировать ангар? Девушка ускоряется. Ведущая вглубь корабля дверь заблокирована, но церберовские программы для взлома на омни-туле оперативно решают проблему. Стоит створкам открыться, как меня встречает тёплый приём в виде автоматического огня. Благо я не идиот и не стою перед открывающейся дверью. И Джек не стоит. Собираю и запускаю в коридор сингулярность, едва высунув руку. Всё равно ловлю шальной выстрел, но барьер его держит. Беру второй пистолет в руку. Стоит плотности огня чуть снизиться, высовываюсь в положении сидя. Два пирата со штурмовками, но какого-то дьявола без брони. Сука, на корабле же находитесь, на опасной территории! Две руки, шесть выстрелов. Два трупа на мой счёт. Встаю и спокойно иду по коридору, Ноль следует.   – Кто это? На людей не похожи. – Это батарианцы. Раса, ещё десять лет назад имевшая своё посольство на Цитадели. Потом пришли люди и всех разогнали. Конфликт у нас с ними, короче, из-за территорий для колонизации. Гегемония, их государство, известно всей галактике рабовладельческой системой.  Пинаю труп, проходя мимо. Подошедшая Джек внимательно смотрит, морщится. Указываю стволом на лицо ксеноса. – Сами батарианцы от людей отличаются разве что уродливой внешностью. И четырьмя глазами. Если будешь запугивать – советую избавить батарианца от всех четырех глаз. Живого или мертвого. Согласно их верованиям, это лишает душу посмертия. – Откуда ты это знаешь? – Джек отворачивается в сторону от тела. Мы продолжаем идти. – Ты же тоже всю жизнь в комплексе. – Мне за послушание в детстве дали голопланшет с архивами местной википедии. – Википедии? – Забей, Ноль. Это не так важно. Как закончим с этим бедламом, дам почитать, для самообразования. Коридор кончается небольшим залом. Из него три прохода. На считалочку иду к левому. По прилетевшей в спину пуле понимаю, что просчитался. Разворачиваюсь и стреляю по рукам цели, однако мерцающий от попаданий щит подсказывает мне, что я не прав в выборе оружия. Кесслер отнюдь не лучший из возможных пистолетов. Бегу по направлению к цели, Джек вырывает ему оружие из рук быстрым притяжением. Выпускаю из правой руки пистолет, выхватывая свеженький меч. Из второго продолжаю стрелять на бегу. Оказавшись возле противника, пытаюсь отсечь ему руку. И моя самоделка с треском проваливает испытание. Кое-как прорезает верхний слой брони, но не дотягивается до плоти. Ладно, можно и по старинке. Батарианец бьет меня кулаком в лицо – уклоняюсь и приставляю пистолет к его ключице. Выстрел и крик боли. Так и запишем, вплотную щиты не работают. Приставил пистолет к голове.   – Дружище, в какую сторону рубка? Где капитан Тарак? Он вроде как хотел меня видеть. Ах да, где пленники?   Батар выбирает сотрудничество. Добиваю его и направляюсь к каюте капитана. Джек старательно не смотрит на очередной труп. Создаю моральные травмы для ребенка, ужас. Но это даже миленько. Каюта встречает нас засадой на пять рыл. Шквальный огонь, все дела. Барьер и щит мне сбило моментально, несмотря на стрельбу сквозь переборку. Словил выстрел в левое плечо, пока падал на пол. Джек с напряженным выражением лица превращает барьер в сферу. Ого, я и не знал, что она так умеет.   Хорошо не чувствовать боли. Спасибо, препараты. Кровотечение броня и сама остановит. Отправляю врагам сингулярность, через три секунды деформацию. Обновляю барьер и выкатываюсь в проход, открывая стрельбу по пострадавшему противнику. Пятнадцать выстрелов, пистолет перегрет, два трупа, один раненый. Два на ногах, в глубине помещения.   – РрррааА! – с криком Ноль схлопывает сферу, отправляя ударную волну. Такого я тоже не умею. Поддерживаю ещё одной сингулярностью. На ногах остался один батар, ему эти ноги и простреливаю. Опираясь о пол, встаю, меня аккуратно поддерживают. – Ты ранен? – девушка выглядит испуганно. – Живой? – Ерунда, – киваю ей и пытаюсь пошевелить рукой. Безуспешно. Но панацелин поможет с первой помощью. Опыт выживания в Телтине показал, что вещь действительно волшебная в умелых руках, в боевых условиях лучше и быть не может. Чудес, к сожалению, не творит. Просто отлично герметизирует рану, неплохо подстегивает регенерацию. Обеззараживает, разумеется. И обезболивает. Комплексный эффект у этой жижи. – Жить буду. Спасибо за прикрытие, кстати. Прохожу в каюту. Так, у нас есть три живых батарианских морды. С ранами разной степени тяжести. В первую очередь избавляю ублюдков от лишнего оружия. Пинаю ближайшего. – Господа хорошие, кто из вас Тарак?

 ***

В итоге подсчетов удалось установить, что пиратов на корабле было всего два десятка. Всех самых боевитых, в основном абордажную команду, мы перебили во время прорыва к капитану, оставшиеся в живых по своей роли на Черном глазе ближе всего к техническому персоналу. И они благоразумно приняли решение подчиняться новому капитану. Сам экс-капитан последовал примеру дальновидных подчиненных. К сожалению, решение он принял лишь после получения тяжких телесных. И ещё внес меня в системы корабля как нового владельца. Кроме того, поделился своими скромными накоплениями. Действительно скромными: после закромов Бланка тридцать тысяч были суммой небольшой. Ну и после всех добрых дел скоропостижно скончался от перерезанного горла. А ещё Тарак имел двух наложниц! Или рабынь? Факт в том, что одна из них – азари, чему я немало удивился, но отложил её на потом. В переносном смысле. Батарианка меня не заинтересовала. Оставил их потерянно бродить по залитому кровью кораблю. Пока моя временная команда стаскивала трупы в ангар, занялся лечением спасенных братцев-биотиков. И сестричек, конечно. На самом деле, первую помощь они уже получили, я лишь провёл стандартный осмотр, сопроводив их в местный медблок. Оказалось, что пережило побег целых девять человек, включая меня и Джек. Пока осматривал пациентов, оказал первую помощь и самому себе. Расковырял ультразвуком панацелин, с помощью ассистента-добровольца выковырял кусочки пули, залил полость ранения новой дозой панацелина и кожу тоже обклеил. Рука стала двигаться, пусть и с трудом. Кость, к счастью, оказалась целой.   Ассистентом была Джек, кстати. Она всё это время была предоставлена сама себе и примерно так же растерянно бродила по кораблю, как и батаринка с азари. В общем-то, это ко всем нашим относится. Не привыкли детишки к свободе. Можно было попытаться их чем-то занять, но чем? Да и лидер из меня так себе. Выдал трофейные омни-тулы, пусть просвещаются благами экстранета. Следующая моя цель – местный арсенал. По пути отписал спасателям, что мы находимся на борту корабля Чёрный глаз и что раньше этот корабль был пиратским, но теперь благополучно освобождён. Их молчание, наверняка полное удивления, я предпочёл никак не толковать. В арсенале нашёл простенький верстак, всё как в моих мечтах. Стрелковое вооружение в количестве сорока единиц. Немного гранат, личную броню с символикой Светил. Тот ещё ширпотреб, откровенно говоря, он меня интересовал постольку-поскольку, меня интересовали только трофеи с Тарака. У него, как у типичного успешного батарианца, был в наличии красивый Палач. Это пистолет, обладающий серьезной убойной силой. Почистил и откалибровал его по заветам Вакариана. Модифицировать даже не пытался, слишком мало опыта работы с местным вооружением. Затем принялся за изготовление мономеча второй версии. С большим выбором материалов и полноразмерным микросборщиком процесс пошел лучше. Добился лучшего результата из возможных, на мой взгляд. Ну и комплект брони я приватизировал. Очистил его, избавил от лишней символики и покрасил в благородный черный цвет. Не забыл проверить работоспособность генератора щита, дабы не повторить каноничную судьбу Дженкинса. Состояние не ахти, но всяко лучше того, что затрофеил на Телтине. Завалился спать прямо там, с Палачом в руке, предварительно заблокировав дверь и написав Джек, где нахожусь. Доступ в арсенал предусмотрительно оставил только для себя. Не хочется соблазнять запуганных четырехглазых легким доступом к оружию – а их личное вооружение со вчерашнего дня также находится здесь на хранении. Совсем уж пристально шмонать никого не стал, но чуть-чуть обезопасил нас всех. Утро началось с чертовски сильно затекшего тела. Это исправила разминка. Тренировками я не пренебрегал и во время жизни на Прагии, правильность моего решения лишь подтверждает успешный побег. Душ, расположенный в каюте капитана, и вовсе вдохнул в меня новую жизнь. Каюта капитана пребывала не в лучшем состоянии после перестрелки, но личный санузел Тарака уцелел. После я бесцельно бродил по кораблю в поисках чего-то интересного, как голодный призрак, пугая батаров. В целом стало чище, и неудивительно: за день и ночь должны уже были успеть от луж крови вычистить всё.  Где-то в процессе меня нашла Джек. – Тринадцатый, хочешь поесть? – спросила она. Я с энтузиазмом согласился. – Давай тогда за мной. – Пообщалась с нашими собратьями по несчастью? – спрашиваю по пути. – Нет. Уловив моё внимание и ожидание продолжения, Джек пытается найти слова. – Они меня боятся и недолюбливают. Сторонятся, – наконец говорит она. – Я не хочу с ними общаться. Многозначительно киваю. Не будь я мультипопаданцем, тоже испытывал бы подобное в адрес Дженнифер. Воочию наблюдать, как подобные тебе неудачники в муках загибаются от экспериментов, а звездное дитя выживает раз за разом; слышать, что вы – лишь материал для отработки технологии, а она – венец всего проекта… О чем это я? Точно, я хотел сказать, что ко мне детишки испытывают схожие эмоции. – Встречи с семьей ждешь? – девушка отворачивается, не торопясь отвечать на вопрос. – Боишься, что они не ждут? – Ещё не известно, что с нами сделает Альянс. Второго Телтина я не выдержу. – Не волнуйся, второй раз нас надолго не запрячут – это точно. Разве что на первое время: восстановление личности, поиск законных представителей, медицинские осмотры. Хочешь, полечу на Иден Прайм вместе с тобой? – Если тебя пустят, Тринадцатый, – девушка криво улыбается. – Тебе-то восстанавливать нечего. Тяжело вздыхаю. Если инфы обо мне не было у Цербера, сомневаюсь, что Альянс что-то найдёт. Не исключаю небрежность со стороны поставщиков человеческого материала Телтина, но даже если что-то где-то существует, то информация точно не найдется быстро. Я ещё и несовершеннолетний. Что дальше, детский приют? На сраных три года, пока я медленно умираю? А ведь я всё ещё даже не гражданин. Джек наконец привела меня к земле обетованной. Небольшая столовая, откуда при нашем появлении быстро исчезли батары. Зато осталась азари-рабыня. Сидит и залипает в пустоту.   Тыкаю Джек локтем в бок и киваю на женщину. Она бьет меня кулаком в ребро, морщусь. К дружеским жестам не привыкла, стоило догадаться. Располагаемся за столом азари и начинаем открывать пайки. Батарианские, отвратительные на вкус. Но всё равно лучше той кашки, которой меня пичкали в Телтине. Азари на еду не реагирует. – Эй, синяя, – щелкаю у неё перед лицом пальцами. – Тебя как зовут? Сколько лет? – Шара Зариус, – с небольшим промедлением отвечает азари. – Мне сорок восемь лет. Присвистываю, осматривая деву новым взглядом. Когда там у азари совершеннолетие? Понятие не имею, если честно. Активирую омни-тул и гуглю.   – Почему она выглядит так молодо? – Потому что азари живут до тысячи лет, – перевожу взгляд на Джек. – Шара, если переводить на человеческие мерки, совсем ребенок. – Это не так, – равнодушным тоном говорит азари. – Ну, да, не совсем так, – демонстрирую Джек найденную мной статью. – Типа до трёхсот пятидесяти дева. А как такового совершеннолетия у них не существует. Девушка кивает, удерживая мою руку: читает статью. – Ты, Шара, не волнуйся слишком сильно, – тем временем обращаюсь к азари. – Хотя ты, похоже, вообще не волнуешься. Альянс летит сюда на всех парах. Передадут тебя Республике как спасенную в ходе операции по борьбе с работорговлей, вернешься на Тессию. Или откуда ты там.                       А Шара возвращается к тому, чтобы продолжать изображать кирпич. Ну, в ксенопсихологии я не разбираюсь. Был бы это человек – сказал бы, что у него страшная травма и лютый стресс. Что стоит наступить нормальным условиям – всю эту наносную стойкость прорвёт волной эмоций. Будет истерика, крики. Но она не человек, а что самое главное – не моя проблема. Завершив приём пищи, направился в капитанскую каюту снова. Буду, значит, удобствами пользоваться, честно заслуженными. Джек, что характерно, идёт за мной. Не хватает ей в окружении якорей, как есть, не хватает. Слишком большие перемены в жизни, катастрофическая нехватка опыта. Какого дьявола я который уже раз упоминаю её состояние? Что, мне больше думать не о чем, когда я Джек вижу? Устраиваюсь на слегка шикарной кровати со слегка подпаленными подушками и зарываюсь в омни-тул. Самое время покопаться в новостях галактики, глянуть на местную фондовую биржу и попытаться заработать денег. Ещё бы вспомнить, как звали ту азари-СПЕКТРа, что на благо серого посредника трудилась, а то у меня в руках горит информация, которая нуждается в срочной продаже. Рана Таноптис? Жаль, Совет не публикует список своих агентов. Поиск по новостям ничего об этой азари не выдал. Вероятно, промахнулся. С Сареном на контакт выходить откровенно стрёмно, не говоря об идиотизме такой деятельности. Точно, Барла Вон! Волус, банкир. Работает на цитадели. На момент событий первой части, правда. Но работает же! Если его не найду, нужно искать владельца Логова Корры. Там ещё имя у него было, как у злодея в Марвеле. Фиск, что ли? Но он неблагонадежный. В результате поисков выйти на Барлу Вона получилось. Пишу на его публичную почту письмо, мол, нуждаюсь в финансовой консультации. Всё должно быть анонимно, встретиться лично возможности нет. Анонимный мессенджер уже найден. Попытался ломануть, не получилось. Впрочем, с моей адаптацией к коду этой галактики определенно нужно что-то делать.