Давление

Сколько времени Ноэль просидел в темноте, он не знал. В темноте и тишине время текло непривычно и может быть прошел час, может быть часов пять. Вообще было непонятно. Ноэль сидел и слушал, как быстро колотится его сердце, не желая успокаиваться. Он думал и гадал, как там Лео. Он верил Лео. Не банально “доверял”, нет. Он верил, что Лео поступит умно и правильно. Но неизвестность всё равно сводила с ума. Удалось ли ему уже найти целителя? Спасена ли Мариша? Приедет ли Феликс к ресторану? Узнает ли вообще Феликс, что Ноэль здесь, что попался, как идиот. И, что главное, захочет ли помочь? Ещё, невольно, Ноэль думал о том, будут ли его пытать… И об этом думать было очень страшно, потому что Ноэль точно понимал, что есть вещи, о которых он рассказывать не будет ни при каких обстоятельствах. Он попробовал вызвать аркан, но арканы молчали. Как будто пропали. Ноэль не ощущал их в правой руке. Он вспомнил о холодном металлическом браслете на своём правом запястье и понял, что дело в нём. Ну, разумеется, если Принц сам создавал арканы, он все знает о том, как с ними бороться. Пробовать что-то из сил, полученных от Тех Ноэль побоялся. Опала то с собой не было теперь. Ноэль задумался, что, имей они побольше опалов, то было бы правильно изготовить из них украшения. Браслеты, кулоны. Чтобы соприкасались с телом и чтобы можно было в любой момент использовать силу, не хватаясь за камень. Наконец, заставив Ноэля вздрогнуть, в двери повернулся ключ. Он ощутил и облегчение и страх одновременно. Наконец что-то сдвинулось, что-то происходит. Только обрадуется ли он этому, вот вопрос. В камеру, освещенную только тусклым светом из коридора, кто-то зашел. Ноэль увидел только силуэт. Этот кто-то подошел к столу, сел в кресло и включил настольную лампу. Её свет ударил Ноэлю прямо в лицо и он зажмурил свой единственный глаз. Дверь за его спиной захлопнулась и он остался наедине с человеком за столом. — Как зовут? — спросил незнакомый голос, холодный и уверенный. — Ноэль Хармс, — ответил Ноэль. — Как получил арканы? Ноэль вздохнул. Он приоткрыл глаз, но кроме света ничего не было видно. — Я заключил договор с Протектором и получил от него арканы. — Все тридцать три? — насмешливо спросил собеседник. Ноэль прикусил губу, не зная, что ответить. — Да, — произнёс он, помедлив. — Это откуда такая щедрость? — голос у дознавателя был насмешливый, неприятный. — Когда стало понятно, что нам придётся навсегда уйти в глубину, — сказал Ноэль, — я попросил арканы у Протектора. И он дал. — Сколько вас ушло? Ноэль понимал, что скрывать ему нужно две вещи, причем скрывать любой ценой. Суть своей способности, данной стариком, и всё, что может помочь людям Принца найти его друзей. — Все кто был, — соврал он. — Двенадцать. — Где они? — сухо спросил собеседник. — Не знаю, — ответил Ноэль. — Я — сам по себе. — А с кем ты тогда разговаривал у ресторана? — с усмешкой спросил дознаватель. — Не знаю, — ответил Ноэль. — Просто прохожий. Он стрельнул сигарету и мы разговорились. — Как ты попал в Небесный город? Ноэль не нашел, что ответить и долго молчал. — Как ты попал в Небесный город! — с нажимом спросил дознаватель. — В Бремме есть человек один, у которого есть проход. Я ему заплатил и он меня провёл, — сказал Ноэль. — Остальные Перепёлки тоже в Бремме? — Я не знаю, — ответил Ноэль. — Я с ними расстался ещё в тумане по дороге в Глубину. Дознаватель какое-то время молчал. — Протектор был с вами? — Протектор застрелился, — сказал Ноэль. — За минуту до полуночи. Собеседник присвистнул. — Интересно. Так где остальные Перепёлки? — Я не знаю, — ответил Ноэль. — Я их потерял в тумане. — Я могу спрашивать менее вежливо, — произнес собеседник вкрадчиво и Ноэлю стало ещё страшнее. — Я не смогу ответить ничего другого, — ответил Ноэль. — Я потерялся в тумане, я не знаю, где они вышли. — Где вышел ты? — спросил дознаватель. — В Бремме, — сказал Ноэль. Он понятия не имел, возможно ли было выйти из тумана там, но что-то отвечать было нужно. Больше всего он опасался навести людей Принца на дом. — Какая статуя стоит на главной площади Бремме? — спросил дознаватель. Ноэль, понятное дело, не имел ни малейшего понятия. Но, с другой стороны, он не был уверен, что и дознаватель об этом знает. — Там нет статуи, — сказал он. — Значит твои соратники в Бремме? — спросил собеседник. Ноэль отрицательно покачал головой. — Я не знаю, где они. — Хорошо. Допустим. Ты дважды выиграл у старика, я вижу. Что? Ноэль усмехнулся. — Один раз я у него выиграл. — Почему тогда один глаз на месте? — с нажимом спросил дознаватель. — Я загадал вернуть мне глаз за победу в третьей игре, — сказал Ноэль. — А если бы трижды выиграл? — спросил собеседник. — Значит получил бы только две плюшки, а не три, — сказал Ноэль. — Зато вот остался зрячим. — Что хотел от старика за победу в первых двух играх? Ноэль выпалил первое, что пришло в голову. — Возможность сбегать из боя и умение видеть арканы противника. Ну, само собой, ничего из этого не получил. Сперва проиграл один глаз, потом — второй, ну а в третий раз повезло. Сам виноват, не нужно было играть. — Как ты не сдох от такого количества арканов? — спросил дознаватель. — Так я чуть не сдох, — ответил Ноэль. — меня Протектор исцелял, чтобы я хотя бы идти мог. — При тебе нашли эликсир и опал. Откуда эликсир? — Нарвался на дезертира, тот хотел меня ограбить. В итоге я его убил и нашел у него эликсир, — соврал Ноэль. — А опал откуда и зачем? — Опал тоже у него был. Я думал, что удастся его продать. — Складно врёшь, — дознаватель хмыкнул. Щелкнула зажигалка и Ноэль почувствовал запах табачного дыма. — Готовился? — Нет, — ответил Ноэль со вздохом. — Я не вру. У меня в гвардии брат. Феликс Хармс. Я к нему шел. Я от таксиста узнал, что гвардейцы обедают в “Сердце дуэлянта”. Я хотел на службу к Принцу попроситься. Война же между нами закончилась. На Землю мне не вернуться никогда… — А про брата как узнал? — спросил дознаватель. — От дезертира, — ляпнул Ноэль. — До того, как ты его убил или после? Ноэль хмыкнул. — Само собой до. Я его искал и подумал, что дезертир может о нём знать. — С Теми встречался? — внезапно спросил дознаватель. Ноэль, не найдя, что ответить, отрицательно покачал головой. — Нет. — Какому дому симпатизируешь? — Понятия не имею, — ответил Ноэль. — Я в них не разбираюсь совсем. — Где одежду покупал? — спросил дознаватель внезапно. — В Бремме, — ответил Ноэль. — На какие деньги? — У дезертира были. С цветком и профилем, золотые монеты, восемь. И три с профилем в короне. — Почему ты искал брата здесь? — Он сражался на стороне Принца в Вогельвальде, — ответил Ноэль. — Тогда почему ты решил, что он гвардеец? — усмехнулся собеседник. — Не знаю… Мне дезертир так сказал, что он Феликса знает и что тот — младший адъютант Принца. — Ну да, — с усмешкой в голосе ответил дознаватель. — Всё с тобой ясно. Будут с тобой в Башне разбираться. — Да не вру я! — воскликнул Ноэль. — Вот в Башне и проверят. Зашуршали какие-то бумаги на столе и дознаватель встал. Лампу, слепящую глаза, он выключать не стал и вышел из камеры. Захлопнулась со стуком дверь и в замке щелкнул ключ. — Сука… — прошептал Ноэль и принялся судорожно вспоминать, что он только что наговорил, чтобы в будущем хотя бы не противоречить себе. Некая таинственная “Башня” его конкретно так напугала. Снова потянулось время. В камере было тихо и никакие звуки из-за двери в неё не проникали. Ноэлю было страшно и это было мучительное чувство. Он пытался понять, сколько сейчас времени и гадал, сумел ли Лео найти Феликса и получилось ли привезти Марише целителя. Ведь, как они договорились с Лео, именно это было сейчас самым главным. Спустя какое-то время замок снова щелкнул и дверь отворилась. Кто-то вошел, притворив за собой дверь и, подойдя к столу, направил свет лампы в потолок. Моргая, Ноэль попытался прогнать белые круги перед глазами и хоть что-нибудь увидеть. Вошедший в комнату человек подошел к Ноэлю, сел перед ним на корточки и положил локти ему на колени. Ноэль, моргая, смотрел на человека и постепенно через светлые пятна начало проступать лицо Феликса. Сердце забилось очень быстро. Ноэль замер, глядя на брата. — Ты… — сказал он. — Ты всё помнишь? О доме, о нас… — Я всё помню, — сказал Феликс и от его голоса у Ноэля заслезились глаза. — Эль, братишка, — Феликс смотрел серьезно и встревоженно, — всё серьёзно. Нужно, чтобы ты рассказал им всё, что они хотят знать. Ничего плохого не случится. Принц ни тебе, ни другим Перепёлкам не враг. Вас не отправят служить в жопу мира и не посадят в тюрьму. Все получат хорошую службу в столице и смогут, наконец, жить нормальной жизнью, заводить друзей, обставлять квартиры, ходить по барам и ездить в отпуск. — Ты, — Ноэль сглотнул и облизнул пересохшие губы, — пропал из-за Протектора? — спросил он. — Да, — Феликс вздохнул. Он смотрел в лицо Ноэля тепло и взволнованно. — Я заключил контракт, чтобы вернуть родителей. Откуда же мне было знать, что Протектор не может оживлять мёртвых и нагло пиздит. Прости меня. Прости, что оставил тебя одного. Я тогда понятия не имел, что и тебя этим ставлю под удар. — Почему меня-то ставишь под удар? — спросил Ноэль удивлённо. — Я сам согласился… Феликс усмехнулся. — Протектор к тебе пришел именно потому, что ты мой брат, — ответил Феликс. — Не все способны пользоваться арканами. Вернее — мало кто способен. И, как правило, это передается по наследству. Если бы я это понимал, то знал бы наперёд, что он придёт и к тебе. — Мне так тебя не хватало! — сказал Ноэль. — И мне тебя не хватало. Я проклял всё, когда понял, что Протектор не оживит родителей, а у меня мало шансов дожить до конца трёх лет контракта. Но я собирался во что бы то ни стало дожить и вернуться. Поэтому и пошёл к старику. Болван. Но ты, я вижу, тоже ходил. Ноэль усмехнулся и вздохнул, думая о том, что со стариком он играл тоже, чтобы дожить. Потому что Маска и Картёжник вернулись и были непобедимы, потому что все в Доме были в панике и всем не хватало арканов, чтобы Маске и Картёжнику противостоять. Феликс погладил Ноэля по плечам, глядя в его лицо. — Расскажи им всё, что они хотят знать и они тебя отпустят. И я тебя наконец обниму. Я так много хочу узнать о тебе! — И я… — сказал Ноэль. — Но ты необъективен насчёт Принца. Ты — эманация глубины. Я знаю об этом, потому что настоящего Феликса там, в Вогельвальде… я убил… Феликс приподнял брови, изумлённо глядя на Ноэля. У него был такой потерянный в этот момент и даже испуганный взгляд, что у Ноэля сжалось сердце. — Он творил полную жесть! — сказал Ноэль, невольно оправдываясь. — Он и Картёжник. Они были двойкой — Маска и Картёжник. Он пригрозил мне, что уничтожит всех моих друзей и уничтожал. Он уже не был тобой… Мне плевать, что ты эманация, честно. Я по твоему голосу, по взгляду вижу — что ты настоящий Феликс. — С Картёжником? — ошарашенно переспросил Феликс. — С этим отморозком? Я? — Не помнящий ничего ты, — сказал Ноэль. — Потерявший личность. — Я не знал… — сказал Феликс мрачно. — Вообще не знал. Вогельвальд был тем ещё адом. Хорошо, что он закончился. И плохо, что ты не вернулся домой. — А что мне там делать? — спросил Ноэль. — Там нет родителей, там нет тебя. Я там никому не нужен. — Экзамены завалил? — спросил Феликс. Ноэль хмыкнул. — Ага. Мне было, поверь, не до учёбы. Всё потеряло смысл. — Прости Эль, — сказал Феликс и лбом дотронулся до колена Ноэля. Затем, подняв голову, он посмотрел брату в глаза. — Расскажи им то, что они хотят услышать, пока тебя никуда не увезли. И всё будет хорошо, как раньше. И тебе снова придется учиться, потому что я тебя засуну в универститет. Ноэль рассмеялся. — Ты необъективен, Феликс, — со вздохом сказал он. — Потому что ты — создание Принца. Ты не можешь в отношении него критично мыслить. А я — могу. — Даже если так, а это не так, то сам посуди, зачем ему тебе или твоим друзьям вредить? — Мы отказали ему в последний день в Вогельвальде и он проиграл войну, — сказал Ноэль. — Мне кажется, что для него это может стать достаточной причиной. Феликс фыркнул. — Он не мелочен, поверь. Он уважает тех, кто не предаёт своих. Да и не важна ему была победа в Вогельвальде. — Как это? — изумлённо спросил Ноэль. — Я потом тебе расскажу, — сказал Феликс. — В более уютной атмосфере. Ну, пират, договорились? — Я не могу… — сказал Ноэль и шмыгнул носом. — Я не предам ребят. Принц не будет с ними так добр, как ты говоришь. Я хотел бы в это верить, но нет. Ноэль еле удерживался от того, чтобы не заплакать, потому что где-то там загибалась Мариша и ей необходима была помощь, а попросить о помощи он не мог, потому что на сто процентов был уверен, что кто-то сейчас прослушивает их с Феликсом разговор. — Я тебя у ресторана сегодня ждал, — сказал Ноэль. — А я именно сегодня не поехал, — ответил Феликс с досадой. — Дел много было. “Значит Лео не встретился с Феликсом” — понял Ноэль. Он ощутил что-то вроде накатывающей панической атаки от этой мысли, но, вздохнув пару раз глубоко смог более менее прийти в себя. Дверь отворилась и Феликс встал. Кто-то остановился за спиной Ноэля и положил руки ему на плечи. — Ну что, Ноэль Хармс, — прозвучал уже знакомый голос его дознавателя. — Ты готов рассказать правду? — Мне нечего добавить, — сказал Ноэль. — Выводите его, — скомандовал дознаватель. — Эль, одумайся! Это бессмысленные жертвы! — воскликнул Феликс. К Ноэлю подошли двое в черной с желтым форме и отстегнули его от стула. Феликс, бросив на Ноэля полный решимости взгляд, вышел быстрым шагом из камеры. Взяв Ноэля под обе руки, осы повели его по коридору обратно на лестницу, а оттуда по ещё одному длинному коридору во внутренний двор этого огромного здания. Там стояли рядком черные большие автомобили. Ноэля завели в закрытый, зарешеченный фургон одного из них и приковали руками к кольцу над низенькой скамейкой. Двери захлопнулись и Ноэль услышал, как зарычал мотор автомобиля. Шмыгнув носом, Ноэль понял, что по щекам текут слёзы. Как же ему хотелось, чтобы Феликс был прав и всё действительно могло закончится так хорошо, как он обещал. Но Ноэль был на все сто двадцать процентов уверен, что доставшаяся ему от старика способность заинтересует Принца и тот будет использовать её, а значит Ноэля, в своих целях. Ноэль был уверен, что Принцу до одури не понравится то, что Ноэль и его друзья противостоят Тем и пытались убить Прекраснейшего, пажа Осеннего дома — дома Принца. Он на сто двадцать процентов был уверен, что его друзья попадут в неволю, оказавшись во власти Принца. А ведь ещё где-то был человек в зелёной шляпе со своими сомнительными планами на Ноэля и его друзей… Всё слишком запуталось, слишком было непонятным, но Ноэль твёрдо знал только одно — нужно молчать. Окон в фургоне не было. Автомобиль вёз Ноэля куда-то, периодически останавливаясь, видимо, на перекрестках. Ноэль вытер слёзы о плечо. Он не верил уже, что что-то способно вытащить его из этой передряги и от мысли о том, что он, возможно, никогда больше не увидит Бритву, Лео… друзей, ему снова захотелось реветь. Строго-настрого запретив себе жалеть себя, он закрыл глаза и снова принялся вспоминать своё вранье в камере, чтобы и дальше врать то же самое.