7 Космос

1 сентября 2017 год, пятница Опять это чувство, что на мои непостиранные кеды после лагеря смотрит вся школа.Пока на улице сухо, я не беру с собой сменку.В раздевалке я делаю вид, что переодеваю обувь, чтобы охранник на камере не заподозрил неладного.Нагибаясь вниз, и шелестя чьим-то чужим пакетом, я развязываю и вновь завязываю свои шнурки, как кто-то внезапно напрыгивает на меня со спины.Я почти падаю и делаю кувырок, но удерживаюсь на ногах.Уже было хочу накричать на бешеного младшеклассника, как вижу Любимову, и ещё резче, чем она прыгаю на неё. Когда я уезжала в «Феникс», она была в Египте, и потому в сумме мы не видели друг друга около трех недель.Наверное Соне я всегда рада больше, чем другим.Всегда хочу с ней встретиться и рассказать ей обо всем, что происходит в моей жизни.Рассказать о том, о чем мечтаю и фантазирую, и послушать её желания взаимно. Как только я увидела Соню, я забыла о своих грязных кедах и на душе сделалось как-то легче.Я забыла про то, что мои глаза все ещё болят от того, что я плакала вчера переменами в течение дня, и когда засыпала.Вчера мы с ней не встретились, потому что я была без сил, а Соня подумала, что она вовсе заболела.Оттого последний день лета сделался ещё грустнее, чем я ожидала.А ведь все должно было быть наоборот. Мы пробегаем мимо охранника, чтобы он не докопался до того, что Соня вообще в сапогах, поднимаемся на третий этаж, и оказываясь в коридоре у кабинетов, немного посмеиваемся.Я надеюсь, что Любимова не заметит опухлости моих век и не станет расспрашивать о моих делах сейчас. Поправляя свою клетчатую синюю юбку, которая почти касается колен, я рассматриваю людей проходящих мимо и знаю почти каждого.Вот Арсен из параллельного, я у него обычно биологию беру списать.А вон и Даша с Есенией, которые по-раздельности не ходят, и даже, если болеют, то вместе.Вижу на подоконнике около 345 кабинета своих одноклассников мальчишек: Никиту, Назара, и Марка, все трое играют в телефоны, кажется по сети.Назар такой громкий, смеётся так не стесняясь, что если подойти ближе можно рассмотреть анатомию его горла.Перед нами в класс забегает Диана, отмечаю для себя, что она очень загорелая.Видимо очередная поездка с семьей в Эмираты. Первым уроком у нас математика.Минуя вход в кабинет, мы бежим с Любимовой к последним партам и радуемся тому, что Вова и Никита не успели занять одну из них.Располагаясь у окна, я сразу кладу голову на парту, стараясь остановить это головокружение от быстро сменяющихся кадров перед глазами.Слышу свое громкое дыхание, и через пару секунд возвращаю внимание своей подруге. —Никита так повзрослел,—шепчет мне Соня и по-девичьи усмехается. Я смеюсь ей в ответ, и проверяю время на телефоне.До урока остается всего пара минут.Все по-тихоньку подтягиваются в класс и почти все из ребят махают нам ладошками. —Мне столько надо тебе рассказать, Саш.—говорит Любимова, выкладывая на стол учебник с тетрадкой. «Саш»…За последние дни я и забыла, что у меня есть имя.В лагере меня так почти не звали из-за Яшки, который прозвал меня Белкой.И Надя обращалась ко мне так, и даже Ярослава, когда посылала меня в клубе, тоже воспользовалась моим прозвищем.Интересно, услышу ли я ещё хоть раз такое обращение ко мне?И будет ли странно попросить Соню звать меня так? —Я вчера реально думала, что с температурой слягу,—говорит Соня.—Акклиматизация наверное. —Ну щас-то все нормально?—я отгоняю свои размышления и уделяю последнюю минуту перемены Соне. —Лучше. Всю математику нам рассказывают про ОГЭ.Про то, как будет проходить наша подготовка.Спрашивают всех, кто планирует идти до 11 класса, а кто покинет школу после девятого.Я не поднимала руку ни на первую группу, ни на вторую, потому что совсем не знаю, чего хочу в будущем.Жанна Моисеевна попросила носить с собой большие тетради, чтобы нам было удобнее делить листы на разные задачки.Для меня весь урок прошел, как белый шум.Поняла лишь то, что нам надо сдать экзамен. Потом история, потом информатика.Дальше длинная перемена, мы идём за булками в столовую.Соня болтает без умолку, а я слушаю с интересом и жду, когда наступит моя очередь. Пока она была в Египте, у неё завязался курортный роман с парнем по имени Илья.Только вот он не из нашего города, и она понятия не имеет встретятся ли они когда-нибудь вновь.Под романом я имею ввиду то, что почти в последний день отдыха Любимова решилась попросить его вк, и написала ему под вечер.Они погуляли один раз вдоль пляжа, и Илья пообещал написать ей, когда вернется домой.Да уж…Прямо кино… Отстояв очередь за булками, и наконец вкусив этот блаженный вкус шоколадной булочки с маком, мы отправляемся в кабинет литературы, где у нас будут следующие два урока.Кто вообще ставит две литературы в один день? Мысленно я решаю, что расскажу про лагерь Соне, когда мы будем у неё в гостях, потому что поведать эту историю нужно в красках, приложив странички каждого из героев истории.Когда мы договариваемся о том, что завтра после уроков я и Соня зайдём в пятерочку, а потом пешком пойдём к ней, ведь её дом находится уж очень близко, у дверного проема в 317 кабинет мы встречаем Могилёва Женю, которого я почему-то не замечала сегодня до этой секунды. —Как лето, как жизнь?—он останавливает нас и получает в ответ пару смешков. Короткостриженный Женька Могилёв, как всегда в светло-голубой рубашке, и хорошо отпаренных брюках, улыбается во все 32 и опирается локтем на дверь кабинета.Только сейчас я обращаю внимание на то, что у Могилёва и правда широкие плечи, что выдает его пристрастие к плаванию. —Жарко и интересно.—протягивает Любимова, и проталкивается вперед него, хлопая ресничками. Соня любила заигрывать с мальчиками, и я могу уверенно сказать, что нравилась она многим.Жене Могилёву таки точно.Я ныркаю за ней, обходя курносого, а он плетется за нами к нашей парте.Мы приземляемся на стулья, шурша целлофановыми пакетами с булочками, пока парень усаживается на парту спереди, только к нам лицом, а к доске спиной.Урок ещё не начался, так что его проделки с тем, что он занял парту Назара могут быть вполне оправданы. —Где жарко?Где интересно?—он спрашивает нас вновь и лыбится. —Жарко в Египте, интересно там же.—Соня делает вид, что Женя ей не интересен, тем самым больше завлекая его. —Привезла мне магнитик с пирамидой?—спрашивает он, незаметно забирая ручку Сони.—Или хотя бы брелок со сфинксом? —Могилёв, отвянь!—тявкает Соня, а я удивляюсь тому, каким самоуверенным он стал за это лето. Раньше беседы Жени были только об уроках, о том, что мы должны ему сто рублей за списанную химию, а теперь он так открыто виляет между фраз в разговоре с девчонкой. —Ну хоть ты, Саш, не прогоняй меня,—он улыбается, обращаясь теперь ко мне. —Да сиди уж, Женя,—я выдыхаю, посмеиваясь и протягивая ему жвачку, которую тот берет не думая. —Ты теперь с Виником дружишь?—спрашивает меня одноклассник. Никто не увидел, но под длинным рукавом моей рубашки пробежали мурашки.Я совсем забыла, что маленькая связь между моей жизнью и той вселенной осталась, и эта связь — Женя Могилёв.Ну конечно, они же ходили в один кружок по плаванию, и наверное иногда списываются.И что мне на это ответить?Я же даже не знаю, кем мне является Коля. —Были в одном отряде, да.—более сдержанно отвечаю я, потому что замешкалась от его вопроса. —Что за Виник?—спрашивает Соня. —Коля, парень с плавания,—отвечает за меня мальчишка. —Да мальчик с Речного.—отвечаю. —Покажешь потом. Я случайно вспоминаю о том, что упомянутый и Яша планировали заплыв на речке Гладкой.Я и так была не приглашена, а теперь тем более буду там нежеланным гостем.Но я и без того не узнаю, когда это произойдет, ведь не имею связи ни с тем, ни с другим. Звенит звонок, Могилёв убегает за свою парту, Соня мне шепчет с просьбой показать страницу Коли, а я говорю «потом».Через пару минут наблюдаю картину, как Любимова отбирает свою ручку у одноклассника в светло-голубой рубашке. Когда я кидаю на пол прихожей сумку и захлопываю за собой входную дверь, я прислушиваюсь к звукам, исходящим из квартиры.Слышу звуки телевизора, чувствую аромат котлет с кухни, кажется где-то там же и голос моей мамы.Я аккуратно ставлю кеды под полочку, чтобы никто не заметил степень их огрязнения, забираю сумку и прежде, чем зайти в свою комнату, заглядываю на кухню. —Как первый день?—сразу слышу вопрос мамы, которая замешивает пюре. —Нормально,—смотрю на папу, который щурится, уставившись в планшет.—Я устала. —Скоро ужин. Они даже не спросили почему я так поздно вернулась.На часах почти семь вечера, хотя уроки закончились ещё в два.Чтобы прийти в себя и вспомнить школьную пору и город, в котором я не была аж десять дней, я пошла до дома пешком и случайно заглянула во все знакомые дворы.По пути я даже встретила Машу Рыкину, которая раньше тоже училась в нашей школе, но перевелась в математический лицей.Мы с ней поболтали, а потом я почти дошла до своего дома, но осталась качаться на качеле во дворе ещё на полтора часа. Если бы я пропала, мои родители наверное даже бы не заметили.Папа и то, когда я перед его носом, не может отлипнуть от планшета.Он там то читает, то игры футбольные смотрит.Даже я столько времени в телефоне не провожу.Оно и лучше, что они не спросят, где я была.Не придется объяснять свою загруженность и настроение. В школьной одежде я падаю на кровать.Внутри что-то сжимается от того, что она не скрипит.Мне хочется свернуться калачиком и уснуть до завтрашнего дня, пропустить ужин с котлетами, не делать домашку по математике.Но я вынуждена переодеться, помыть руки, начать делать домашнюю работу, а потом идти за стол. Я проделываю все нужные действия, стараюсь не брать в руки мобильный, вижу, что мне строчит Любимова про сегодняшнее поведение Жени, но я не могу зайти в вк, ведь со вчерашнего вечера игнорирую Надю Щербакову. Я не хочу читать, что она написала и отвечать ей, видеться с ней на следующей неделе не потому что я этого не хочу, а потому что мне кажется, что легче забыть все как страшный сон.Уже второй день я слышу голос Яши, который посылает меня, а потом просто исчезает.Я вспоминаю довольное лицо Стрелкиной, которая уже наверняка забыла обо всем и сейчас делает уроки по английскому, или как она выражалась, по инглишу.Щербакова так далеко, в Крошкино, и мне кажется, что даже если она захочет, она меня не достанет.Хотя ей может помочь Коля. Я ем, прорешиваю пробник по математике ОГЭ, прорешиваю его неудачно, расстраиваюсь ещё сильнее и начинаю беситься с того, что Соня присылает мне мемы, вместо того, чтобы заниматься тем же, чем и я.Психую и наконец беру телефон в руки.Плюю на всё и захожу в вк.Теперь я в сети, а ведь я так долго держалась со вчерашнего вечера с 21:23. —У тебя всё норм?—пишет Любимова, потому что я не отвечаю слишком долго. —Да, уроки делаю.—мне нельзя подавать виду, что что-то не так до рассказа. Я выхожу из диалога и вижу висящие сообщения от Нади Щербаковой.Начинаю грызть ноготь на большом пальце и заранее думать, что можно ответить девчонке.Наконец нажимаю на диалог. —Привет ты норм доехала? —Мы вроде хотели встретиться в силе? Бля…Уже не знаю, Надь, что в силе, а что нет.Кручусь на своем стуле, отталкиваясь ногой от ножки стола, и смотрю на свою голую стенку.Мама не разрешает клеить что-то на обои, хотя я бы хотела расклеить там постеры и фотографии, как у американских подростков в фильмах. У меня небольшая комната.Односпальная кровать в углу из светлого дерева.Слева от неё маленькая тумбочка, на которой лежит всякая хрень, например большой голубой будильник, которым я не пользуюсь уже лет 6.Прямо за тумбой подоконник с окошком, на котором валяются старые тетрадки, парочка книжек, и аккуратно сложенный плед.Единственное, что украшает мою комнату это приклеенный на стекло окна новогодний детский витраж в виде змеи с дед морозовской шапкой, который я делала в 10 или 11 лет.Надо бы его уже снять.Около входной двери расположился письменный стол, тоже заставленный учебниками и листиками с распечатками.Над столом полки со всякой дребеденью, опять пара книжонок и, кажется, старые SD-диски.Там, где кончается моя кровать, валяется небольшой зеленый мягкий пуфик, купленный изначально в гостиную комнату.А дальше и шкаф, из такого же светлого дерева, как и моя кровать. Что же ответить Наде?Мне не по себе, потому что я прочитала её сообщения две минуты назад, и наверняка ей показывает, что я «печатаю», а я нихрена не печатаю.Она ещё и онлайн. —Привет.—отправляю, так и не придумав, что написать дальше. —Ебать ты в сеть не заходила хахахаха.—отвечает сразу же. Это плохо.Очень, очень плохо…Надо скорее думать. —Доехала, всё ок. —Слава богу. —В школе так загрузили с этим ОГЭ, что пока не знаю, когда встретимся:(—вру я, потому что пока не знаю, как переживу нашу встречу. —Сливаешься чтоли белка?—Щербакова не использует пунктуацию в своих смсках. —Нет.—быстро печатаю я, и выхожу из диалога. Ой, как же все это плохо.Мне так стыдно перед Надькой, ведь она ни в чем не виновата.Просто, когда оказываешься за пределами лагеря, смотришь на вещи под другим углом.Может я и надумала себе эту дружбу с Колей и с Надей, и вообще она пишет ради приличия.Может этап под названием «Яша» в моей жизни забудется уже завтра, и я и не вспомню, что где-то обидела этого парня.Может Евгений Викторович удалит меня из друзей через неделю, и делал это только из жалости.Сейчас я в реальности, и моя реальность это Соня Любимова, внезапно повзрослевший Женя Могилёв и задачки по математике в ОГЭ. —Ну надумаешь пиши. —Я на неделе к коле в город поеду. —Там мб пересечемся. Мне плохо от того, что я боюсь с ней увидеться.Тогда она попросит рассказать все в красках, почему я тогда плакала, почему так захлебывалась в слезах, а я и не найду для неё слов.Она передаст это своему другу Саше Яковлеву, и он возненавидит меня только больше, или что хуже, даже не поймёт о ком идет речь. Я отвечаю ей односложным «окей», и захожу на её страницу.Надя обновила свою аватарку, теперь там стоит селфи с её лицом, которое она сделала, вероятно, когда говорила по телефону, сидя в лесу на своей любимой лавке около кострища.В закрепленном песня «Романс-PIZZA», и только пара человек поймёт почему она выложила этот трек и аж поставила в закреп.Наверное сейчас у Щербаковой меняются важные в вк, и Коля Виник двигается все выше, почти занимая первое место.Интересно, о чем они переписываются? Я пролистываю чуть вниз, и замечаю, что закреп Надьки уже лайкнуло четыре человека.Интерес берет верх, и чтобы не спалиться, что я лазаю по её странице, очень аккуратно я нажимаю все кнопки.В списке «понравилось» числятся: Коля Виник, Mary Lera, Дуня Эпифанцева, и Яша Яковлев.Блять, ну конечно, он тоже здесь.Лучше бы я не рылась в этих кнопках. Я опять начинаю грызть ноготь на большом пальце, и не сдерживаюсь от интереса, и все таки захожу на страничку к парню.Ничего не поменялось.Абсолютно ничего.Закреп все тот же, количество друзей неизменно, лайков на аватарке не прибавилось.Он тоже онлайн.Может он сейчас спрашивает домашку у одноклассников?Или общается с профилем Mary Lera?Я вспоминаю, как за секунду до того, как в лагере заорала пожарная сигнализация, и начался ночной дозор, он хотел найти мою страницу и кинуть мне заявку в друзья.Но этого не случилось.А если бы случилось, он бы убрал её сразу после того, как случилось то, что случилось?Или я могла бы сейчас ответить на неё взаимностью, он бы написал мне в недоумении и мы бы обсудили произошедшее?Я не стану ему писать, это будет глупо.Я не буду за ним бегать, хоть и виновата.Но он сам не стал меня слушать.Почему в груди опять сжало?Мы с ним из разных миров, которые по всей видимости не должны были пересекаться. Выхожу со страницы темноволосого, и откидываю телефон подальше на кровать.Еще раз стараясь решить вариант по математике, чтобы в задании в итоге получилось «-5», я не могу отпустить мысли о том, что на следующей неделе Надя будет совсем рядом.А потом я ложусь спать, забывая поставить будильник на 9:20 утра. ~~~ 6 сентября 2017 год, среда Дни начали лететь незаметно.Я просыпаюсь, завтракаю, иду в школу, возвращаюсь домой, делаю уроки, отдыхаю, делаю уроки, ем и ложусь спать.И так по кругу, и так почти у всех.Единственный отличительный день, который случился за последнее время, это четвертое сентября, в понедельник, когда закончились уроки, мы с Соней наконец зашли в пятерочку, а потом пошли к ней домой.Второго сентября в субботу Соня все таки заболела и наши планы сорвались.А ещё я проспала физкультуру, потому что забыла поставить будильник, и мама чуть не влепила мне наказание, но слава богу обошлось. С Любимовой мы обсудили все от и до, она посмотрела странички всех ребят из моего отряда, и даже тех, с кем я от силы говорила пару раз, облила говном с головы до ног Ясю Стрелкину, сделала вывод, что у неё звезда во лбу горит, и не понятно из-за чего и посоветовала её заблокировать от греха подальше.Как и полагалось, увидев страницу Нади она покорчилась, а когда я показала ей Колю, то вовсе посмотрела на меня, как на дуру.Просто эти люди слегка отличались от нас в силу того, что жили не в центре, и если смотреть на Виника, то сначала можно подумать, что это страница какого-то оффника, хоть это и не так.Послушав мои объяснения, и почти оправдания, Любимова смирилась с тем, что у меня новые необычные друзья, но тут я её тормознула.Я не называла их своими друзьями, потому что до сих пор сомневалась в правдивости этих слов.И я до сих пор не списалась с Надей, а ведь со дня на день она должна была появиться в городе.Про Яшу Яковлева я начала рассказывать в самом конце, также показала его страницу, моя подруга возмутилась тому, что у парня нет фотографий с лицом, и я попробовала описать его внешность на словах.Любимова надо мной посмеялась. —Да и пошел он,—сказала мне Соня в конце моего рассказа.—Не захотел тебя слушать, ну и нахер он тогда нужен? Я не стала ей отвечать, а просто смиренно кивнула, хотя меня не устроил её ответ. Сегодня утром, шестого сентября, я получила весточку от Нади о том, что к вечеру она приедет в город и Коля обещал показать ей центр города.Сказала, чтобы я тоже подтягивалась, а я думала, какие планы у меня могут резко появиться вечером.Ведь у меня даже собаки не было, чтобы её выгуливать, да и на четверг особо домашки не задают.А мне не хотелось врать Щербаковой.Договорились встретиться у Лейтенантов. Лейтенантов — это площадь в центре, там стоит статуя двух мужчин в военной форме.В небольшом парке около этого места, где совсем недавно облагородили местность, добавили лавочек и поставили новых клумб, очень часто ошевались многие подростки, и я редко забредала в эту местность.Там и абушки могли докопаться, и бомжа с розочкой можно было встретить, да и скейтеры там не редко ездили, не смотря по сторонам.Их за это потом абушки и били. Сообщив Любимовой о моем сильном волнении перед встречей, она сказала, если что написать ей, и она бы устроила мне звонок.Притворилась бы моей мамой, которая зазывает меня домой.От этого мне стало спокойнее. Уже похолодало и пришлось достать мою черную стеганую ветровку в ромбик.Она хоть и не была длинной, но слегка согревала.После школы я забежала домой на обед, переоделась в джинсы, и оставив дома тяжелую сумку, отправилась на место встречи. Наверное сейчас я выгляжу более уставшей, чем в лагере, и не факт, что Колька с Надькой меня узнают.Я топчусь на месте около статуи, где мы договорились встретиться, смотрю по сторонам и под ноги, куда летят уже пожелтевшие листья, и думаю, а не стоит ли мне сбежать.Но как только эта мысль врезается в мой разум, я вижу парочку, идущую за ручку. Они почти одного роста, ведь Виник не выдался высоким парнем.Вижу, как Надя широченно улыбается, а в руке у неё рожок с пломбиром.Заметив меня, они ускоряют шаг, а я понимаю, что деваться некуда и начинаю неловко улыбаться в ответ. —Белка!—звонко радуется Щербакова, что меня удивляет. Я опять слышу это мое новое имя, и внутри внезапно становится тепло.Я начинаю улыбаться по-настоящему. —Будешь пломбир?—она тянет мне наполовину съеденное мороженое. Все та же щедрая Надя.Я бы с радостью съела ещё пирожков её бабушки. —Откажусь, пожалуй.—я удивлённо, но искренне и с неожиданной мне самой радостью поднимаю брови. Здороваюсь с Колей, который не отпускает руку своей, наверное, уже девушки.Обмениваюсь парой фраз с Надей.А потом Виник сообщает о том, что отлучится на час, а потом вернется за Надькой. —Последняя электричка в 22:04,—говорит он Наде, и махая мне рукой, уносится куда-то вдаль. Видимо все-таки я утону в расспросах Щербаковой о случившемся в последний день «Феникса».Вероятно Коля был нарочно отправлен куда-то по делам, чтобы я не смущалась. Мы садимся в маленькой кофейне, где один стаканчик кофе не превышает цену в 150 рублей.Я прошу добавить мне мятный сироп, а Щербакова выбирает обычное латте с сахаром.В помещении два на два, мы ютимся за маленьким столиком и я не знаю с чего начать разговор, потому что пока мы шли, Щербакова рассказывала про то, как её изрядно заебалаодноклассника Рита. —Че у вас там с ОГЭ?—спрашивает Надька, отпивая свой горячащий латте, а я вспоминаю свое сообщение, отправленное ей неделю назад. —Да с математикой,—надо подобрать слова.—Жанна Моисеевна очень требует. —Моисеевна…Нихуя себе.—иногда мне не по себе, как 15-летняя Надя громко матерится на маленькую кофейню, но через пару минут я закрываю на это глаза. —Просто устаю, потому что забыла, каково это ходить в школу,—хочу поскорее закончить эту тему, ведь она надоедает мне и в обычной жизни. —Да бля, мы тоже уже всё, и Яшка уже на физру не пришел, да и я историю вчера прогуляла…—она упомянула его специально или просто для контекста? —Понятно…—я теряюсь от его имени, ведь меня до сих пор жрет вина и незаконченный диалог. —Что с Яшкой то, кстати?—значит она специально.Сейчас Надька отпивает свое кофе и сверлит меня взглядом, выглядывая из-за стаканчика. —А что с ним?—нужно правильно вопросы задавать, Надь… —Ты так плакала тогда, а я так и не поняла, что у вас случилось,—ставит стаканчик на стол и из кармана достает конфету «космос».—А он молчит. —Ты у него спрашивала?—я пугаюсь, будто совсем не хочу упоминания моего имени в его присутствии. —Нет, просто он не говорит о тебе. —А почему должен?—я хмурюсь. —Ну, когда у Яши какая-то хуйня в жизни, он мне все уши прожужжать может,—она активно жестикулирует руками и усмехается.—Я уж думала, что вы помирились. —Да мы не то, что бы ссорились…—в голове картинки его разочарованных глаз. Если он ничего не говорит Наде, значит ему точно насрать.Я делаю такой вывод из-за её слов.Он не вспоминает и его это не волнует.Тогда чего я себе голову ломаю? —Ты можешь нормально сказать че было?—я вижу, что Щербакова устала ходить вокруг да около. —Ну, я его подставила,—мне кажется, что я опять краснею.—Неспециально.И Яся ещё насолила, приврала, а он поверил. —То что Тёмовна мобилу и побег спалила? —Ну да. —Сам дурак, тоже мне,—она усмехается.—Во-первых, я ему говорила, что не надо тебя об этом просить.И это не в обиду тебе, Белка, мы тогда ещё и не общались и были друг другу никем.А он видимо выгоду увидел в том, что ты растерялась перед ним на тихом часу… Значит, он все таки и правда меня использовал, как сказала Ярослава?Не могла же я быть настолько опьянена летним дурманом, что не увидела этого всего сама? —Во-вторых, это ему надо было, а не тебе,—она чуть ударяет ладонью по столику.—Ты обещала ему молчать? —Я не помню, да, наверное…—я морщусь, пытаясь восполнить воспоминания.—Да бля, я про побег никому и ничего не говорила, а про телефон, мы тогда толком то и не были приятелями… —Ну вот, он обещаний с тебя не брал,—она закидывает конфету себе в рот и продолжает говорить, жуя.—Конечно, Ясе не стоило говорить, но и тебя понять можно.Привязался к тебе со своими делами, и хуй отвяжешь. —Ага… —Забудь вообще, ты под присягой не стояла, и отчитываться перед ним не должна. Не знаю, стало ли мне легче после этого разговора.Стало понятно лишь то, что Надя меня поддерживает, и что Яковлеву до меня дела особо нет в своем Крошкино. —Конфету будешь?—Щербакова достает ещё один «космос» и тянет его мне. —Буду.—она меня рассмешила. Прогуливаясь обратно до Площади Лейтенантов, я осознаю, что тут все также.Мне довольно легко с Надькой, мы смеемся, и у неё с собой конфеты.Договариваясь встретиться в скором времени, видим, как навстречу нам бежит Коля.Он с красным носом и щеками, видимо был на улице, а не как мы, сидел в кофейне.Парень поскорее хочет забрать мою подругу, чтобы успеть на электричку.Быстро прощаясь, они почти убегают, махая мне вслед, ведь мы и правда не уследили за временем. 10 сентября 2017 год, воскресенье Утром я просыпаюсь от того, что на мой телефон сыпется куча сообщений, и я даже не могу сообразить, кому могу понадобится в выходные в такой час.Открывая мобильный и корча лицо от светящегося экрана, я вижу, что меня добавили в беседу «Днюха нахуй». Протираю глаза, перехожу в сидячее положение, и детально изучаю появившуюся в моем вк беседу с таким необычным замысловатым названием.Нажимаю на информацию, и на аватарке вижу лицо Коли Виника.Там он растопырил глаза, вытянул лицо в странную эмоцию, а губами держит тлеющую сигарету.Догадываюсь, что беседу создал он, благодаря иконке «админ».Читаю закрепленное сообщение, которое как раз и прислал он, как только создал беседу: —Днюха 30 сентября, надо чета нормальное придумать. —Вы главное приходите все, ближе к дате разберемся. Дальше идут восторженные сообщения его друзей, обсуждения каких-то локальных мемов, и предложения по проведению праздника.Я пугаюсь, понимая, кто зовёт меня на день рождения, и почти с трясущимися руками захожу в список людей беседы.Конечно, вижу Надю, удивляюсь присутствию Жени Могилёва, но не сильно, а потом замечаю страницу с единственной закрепленной надписью «Бляяяяяяяяяяя».Мне плохеет.Меня ещё и почти последнюю добавили.Наверное Щербакова попросила. —О Саша)—пишет Могилёв, обращая на меня внимание, наверное, всей беседы.