Особенное новогоднее сохранение №1

      Сайленс стоял у елки и смотрел в елочный шарик. В нем он видел свое отражение. Он улыбнулся и помахал в него рукой. Искривленный желтенький Санс ответил ему тем же. Это определенно забавляло скелета, он весело рассмеялся.       Мимо проходили монстры и сочувствующе смотрели на ребенка. Каждому жителя Снежнеграда было жаль малыша, родившегося совсем без магии. Его глазницы не горели ярким огнем, как у других скелетов, они были белыми, всегда спокойными. В темноте не найдешь Санса по горящим глазам.       "Кем же станет этот ребенок в будущем?" - именно так размышляли все. Монстр без магии казался им инвалидом, немощным. Все понимали, что он не сможет повторить путь отца и стать ученым, как полагается старшему ребенку. Многие жалели о том, что это дитя не убили при рождении. Одни говорили о том, что Гастер просто мягкотелый дурак, не способный облегчить жизнь своей семье и самому малышу. Другие завидовали безбожно, потому что Королевский Ученый мог позволить своему сыну, пусть и неполноценному продолжить жить. Пусть и не часто, но регулярно рождались дети без магии. Они убивались сразу же, у них не было и малейшего шанса на жизнь. А вот влияния Гастера хватило, чтобы сохранить желанному сыну жизнь.       Дитя, которое все недолюбливали, боялись, считали лишним. Он никогда не говорил лишнего, предпочитал молчать. А если приходилось, то его шепот был едва различим. Его вынудили быть таким, тихим, незаметным. Санс всегда был таким, чтобы не получить в череп от хулиганов. За это его прозвали Сайленс, что означает "тишина". Он настолько сросся со своим прозвищем, что стал иногда им и представляться.       Сайленс снял этот желтый шарик с елки. Пусть это и было немного некрасиво, но он хотел подарить его своему лучшему другу. Кин живет в Водопадье, а там с новогодним настроением как-то туго. Да и трагедия, которую пережил его друг тоже не красит его общее состояние.       Санс сунул шарик под серенький плащик, а после оглянулся. Он совсем не заметил брата. Папайрус подошел к нему со спины и положил руку на плечо. Сайленс вздрогнул.       - Воруешь?       - Ничего подобного, - тихо заявил Сайленс и опустил руки вниз. Из под плаща выпал шарик. Папайрус огляделся вокруг. Никого не было около елки, только вдалеке где-то пара псов-охранников стояли у ели и увлеченно обнюхивали ее. Высокий скелет наклонился и поднял для своего брата шар.       - Ты же старший, я не могу тебе указывать, иди, куда хотел. Папа сказал, что к ужину будет, не опаздывай.       - Спасибо. Не буду, - как обычно прошептал Санс. Он забрал шарик, спрятал его, запахнул полы плаща и побежал в сторону Водопадья. Его уже привычно все провожали сочувствующими взглядами.       Дома Кина не оказалось. Санс поднял коврик и увидел короткую записку.       Сайленс, если ты это читаешь, то ты пришел в гости, а меня нет. Я у тетушки Альфис, жду тебя!

Твой Кин

      Эта записка заставила Санса недовольно стукнуть зубами. Теперь идти еще и до Жаркоземья! Хотя, можно и проверить, работает ли Лодочник. Он может помочь. Сайленс по старой привычке спрятал записку в карман. В его бездонных карманах, извечной поясной сумке и крепежах на ремне было столько вещей! Кин даже шутил, что если он потеряет что-то, то эту вещь нужно искать у Сайленса.       Сайленс спустился ниже и увидел Лодочника, который сидел на своем плоту, который он величаво называл лодкой, а порой даже и яхтой. Веслом он оттолкнулся от берега.       - Подождите! - попытался крикнуть Сайленс, но голос его был слишком тихим. Он подбежал к берегу, Лодочник услышал уже шуршание гальки под ботинками скелета.       - О-о-о, Санс, ты ли это? Добро пожаловать!       Лодочник коснулся веслом дна и приостановил плот. Сайленс тут же запрыгнул к нему, лодка качнулась и в нее едва на попала вода. Санс чуть не упал, но владелец лодки схватил его за рукав.       Санс сел, и они поплыли. Вода билась о борт, стены в некоторых местах сияли, с потолка свисали лианы. В туннеле было прохладно, особенно монстру без магии. Санс сильнее закутался в плащ, но влажный и холодный воздух все равно касался его открытых костей и заставлял вздрагивать.       - Тра-ля-ля... Лодочка, лодочка, куда плывем мы?       - В Жаркоземье, - прошелестел голос Санса. Он казался ему невероятно громким, эхо отскакивало от стен и возвращалось к нему. Было жутковато.       - Тра-ля-ля, ты едешь к другу своему?       - Да...       - Хорошо иметь друга, да только вот горе его настигло. Друг не тот кто с тобой в радости, но и тот, кто с тобой в печали.       - Знаю. Хочу его поддержать, - немножко громче сказал скелет. Он нащупал во внутреннем кармане шарик и едва видно улыбнулся.       - Рождество скоро, сейчас всем нам нужна поддержка. А ты не трясись так. Ты живешь в Снежнеграде, а в Водопадье трясешься!       - Мне везде холодно...       Через какое-то время (достаточно больше, стоит отметить) они приплыли. Санс подал Лодочнику монетку, а тот ее принял, подкинул в воздух, а поймав, спрятал ее в карман. Сайленс кивнул ему, поблагодарил и шагнул на берег. Здесь, наконец-то, было тепло. Иногда он мечтал о том, что будет жить в теплом уголке. Будет каждый день гулять среди красочных магазинов, смотреть на всплески лавы и можно будет каждый обед ходить к отцу на работу и приносить ему покушать. И, самое главное, не мерзнуть!       Сайленс прекрасно знал, где живет Альфис. Она главная помощница его отца, а еще лучшая подруга матери Кина. Он подошел к ее домишку. Маленький, непримечательный, кое-где краска осыпалась, некоторые стекла слегка треснули, крыша промялась. А, впрочем, зачем заботиться о доме, где бываешь реже, чем в лаборатории?       Санс легонько постучал, внутри дома послышался топот. Дверь открыл его лучший друг.       - Сайленс! Вот и ты!       Кин всегда был выше и мускулистее Санса. В сравнении со скелетом, Рыба был просто качком, но на самом деле просто крепким парнем, занимающимся тренировками. Красные волосы лезли в глаза, казались, они не знали никогда ножниц. Сайленс всегда считал Кина классным парнем с очень приятной внешностью. Иногда даже завидовал, он представлял, как все девчонки падают к его ногам, стоит только ему окинуть их взглядом желтых глаз. Но это все будет потом, совсем потом. Сейчас они просто пацаны десяти и двенадцати лет, на уме у которых только побегать, поноситься, побеситься. Было на уме, до трагедии.       Королю Азгору была неугодна мать Кина. Ее казнили всего месяц назад.       Кин дружелюбный парень, оптимист до мозга костей. Ему больно, но он улыбается, старается отвлечься, не отталкивает друга. Но Сайленс замечал малейшие признаки его горя. Под его глазами залегли тени от бессонных ночей, губы искусаны, а в руках он вечно что-то крутит. Сайленс старался помочь тому, кто всегда поддерживал его в трудные минуты.       Его поприветствовала Альфис, налила ребятам чаю и оставила их одних, поболтать.       - Это тебе, - Сайленс протянул Кину шарик, - чтобы настроение было.       - О-па, спасибо! Только у нас елки тут нет, - Кин взял шар в руки, оглянулся и с довольным лицом повесил свой подарок на домашний цветок, - по моему, очень даже празднично! Ничем не хуже, чем на елке!       Парни засмеялись и начали вместе пить чай. Даже со всеми их трудностями, это была идиллия.