Маяк

Я смотрю на Пита и забываю свою красивую подготовленную речь. Я смотрю на Пита: человека, который заживо горел в огне Революции, как и я. Он нашел в себе силы излечить меня от ожогов, пока сам изнывал от боли. Он всегда это делал. Он лелеял меня с того самого дня, когда мы ступили на одну сцену на Жатве.