nooksniffer lvl 69

Было до боли очевидно, что девочка, которая сейчас усиленно, морща всё лицо, даже в очках щурится перед толстенным монитором школьного компьютера, ему нравится. Иначе Слава без особых сожалений послал бы её нахуй со всеми домашками и групповым проектом тоже. В плане, Таня помогала ему с общагой, выручала на проверочных и всё такое, но Слава не то, чтобы в этом нуждался. Не настолько, чтобы постоянно соглашаться "помочь с инфой" и "подкрутить кое-какую прогу". Для всех, но не для Славы, было до боли очевидно и то, что Тане нравится он. Иначе бы она не просила объяснить ей домашку по информатике настолько часто и не садилась бы на контрольных по обществознанию к нему первая, предлагая списать, а не наоборот. Есть грань между школьным деловым приятельством и школьной не-деловой влюбленностью. И у Паниной с Карповым она стремительно стиралась. Стиралась с каждой совместной посиделкой за работой над проектом, которая затягивалась до того, что в школе они оставались практически в одиночестве. — Че-то вообще фиг знает, как это делать! — без особой досады или раздражения произнесла Таня, отодвинулась от экрана и свободно расселась на стуле. — Ты хоть что-нибудь там видис? — скептически поинтересовался Слава, сощуривая глаза на танин манер. — Неа, — помотала головой Таня, посмеиваясь. — Ай, бля, ладно, — Слава потёр переносицу и, скрипнув стулом, подсел к Тане вместе с ним. — Дай я. Мне же делать нечего, хули, могу себе позволить выполнить вообсе в… фю работу в насем групповом проекте. Слава с особенным старанием выделил слово «групповом», разве что не проговаривая его по буквам. — Хаа, да ладно тебе! Никогда не было проблем с этим и тут появились! — махнула рукой Таня. — Ну слушай, можешь попросить у меня что-нибудь за помощь. Пхехех, я тебе давно задолжала! — Даж не знаю, — кинул Слава, протягивая руку к мыши и ненамеренно касаясь таниного торса. Впрочем, ненамеренность не значила, что ему это касание не нравилось и он бы его «случайно» не повторил. Взгляд Карпова был устремлён на экран монитора, где он без труда проводил операции, которые его коллега не могла даже рассмотреть чуть ранее. У Славы зрение тоже было такое себе, но очки с этим вполне помогали. В этом состояло отличие от Тани, которая спустя несколько лет после травмы уже обвыклась со своими новыми возможностями и приобрела несколько то ли раздражающих, то ли милых привычек (Слава никогда не останавливался на одном мнении). Она прекрасно ориентировалась на вкус и тащила всё в рот, даже иногда утверждая, что может прочитать текст языком. Со шрифтом Брайля это, вроде, выходило?.. А ещё у Тани было острое обоняние. Она буквально могла отличить каждого из их компании по запаху, и Славу она обнюхивала особенно часто. Иногда он слышал или чувствовал, как она наклоняется к нему поближе и ме-едленно втягивает воздух носом. Вспоминая конкретный эпизод, Слава замялся и напутал с форматированием. Он очень надеялся, что у румянца на щеках и у идиотски (по его мнению) сморщенного в неловкости лица нет характерных запахов. А потом приятное смущение сменилось до сжатых зубов неприятным возмущением, и Слава фыркнул, закипая от одних воспоминаний о том, что Таня какого-то хуя занюхивает его, пихает нос куда её не просили, и даже не спрашивает, а насколько дорогому однокласснику будет комфортно играть роль прищученного наркомана, оказавшегося под пристальным нюхом полицейской собаки. — У меня ефть охуенная идея для уфлуги, — начал Слава, не отрываясь от «группового» проекта. — Прекрати меня обнюхивать. Вообсе. Таня захохотала, и в эти пару секунд Слава несколько раз метался от любви до ненависти к фирменному панинскому «ХЕХЕХЕ». — Да ты что! А как я тебя узнаю, если не буду нюхать? Предлагаешь облизывать всех в школе? Хехехе! — не переставала «хехехекать» Таня, явно не восприняв его просьбу всерьёз. — И вот только не говори, что тебя это смущает! — Да хоть жопу им облизывай, я тут, бля, причём? — выдохнул Слава, наконец отрываясь от компьютера. Внимания на него больше не хватало. — Лучше тебе. — Да пофла ты нахуй! — повысил голос Слава, уже сгорая от раздражения (да и немного смущения). Таня не понимала, почему, но каким-то образом она знала, что если сейчас повернётся к Славе, положит руки на его плечи, уткнётся носом в шею и начнёт часто-часто дышать носом, на манер ищейки, втягивая знакомый запах, он не оттолкнёт её. И правда. Слава на мгновение застыл и не отмирал даже тогда, когда Таня перестала внюхиваться и просто водила носом по шее, не сопротивляясь соблазну чмокать её время от времени. Но от того, чтобы облизываться, Таня пока держалась. Уж слишком сильно ей хотелось попробовать Славу на вкус, уж слишком просто было бы обслюнявить его прямо сейчас. Слава пока только молча смотрел на Таню, так что она была рада счесть молчание знаком согласия. Она спустилась ниже, уткнулась носом в футболку. Слава носил её достаточно, чтобы она пропиталась его запахом, но недостаточно, чтобы запах стал неприятным — особенно для Тани с её чувствительным носом. Она продвинулась дальше, подключая ещё один орган чувств. Кожа. Таня скользнула рукой под футболку, погладила впалый живот и рёбра, которые прекрасно ощущались даже при лёгком касании. Слава молчал. Да, у него здорово забилось сердце и он нервно, прерывисто дышал, но молчал. К удивлению самой Тани, это подталкивало её к действиям. Подталкивало сделать что-нибудь, от чего Слава выругается, прошипит, может, даже застонет. Теперь Таня задрала его футболку и лизнула в середину груди. Она... метила в сосок, но так тоже вышло неплохо. Слава был мягким и приятным на вкус, к которому примешивалась и солоноватость ещё свежего пота. Сложно было сказать, вспотел он сейчас или это осталось после физкультуры, и ещё сложнее было не подцепить его хоть как-нибудь, чтобы добиться реакции. — Фу, какой ты потный! — ехидно улыбнулась Таня, не прекращая облизывать плоскую грудь Славы, медленно подбираясь к соскам (какой-нибудь из них она должна была найти...). — Нахуя ты это облизываес? — скривил рот Слава. — Пиздец ты ебанутая. Есчё понюхай. В ответ Таня сделала длинный, чуть ли не смакующий вдох носом, и засмеялась, услышав в ответ крайне демонстративный вздох. — Да ладно тебе, не как Эдик же! Мимо него проходишь и... — весело начала Таня, но была прервана. — Бля-ять, можно не говорить про Эдика в такой момент? — затем Слава с сарказмом добавил: — Благодарю. Таня знала Славу достаточно долго, чтобы отметить, что он сказал именно "благодарю" только чтобы избежать "спасибо" с двумя шипящими. Таня не думала ни о чём, кроме того, что это очаровательно. Наконец, уткнувшись губами в уже твёрдый сосок, Таня обхватила его, чтобы тут же начать посасывать. И реакция не заставила себя слишком долго ждать: Слава зашипел. Шепеляво и чуть слышно зашипел, слегка двинувшись на стуле. Тогда Таня начала облизывать и придавливать сосок языком, воодушевившись откликом. И она с упоением слушала это шипение, плохо сдерживаемые стоны, реакцию, реакцию от такого холодного и демонстративно-пофигистичного мальчика. Одноклассника. Напарника по проекту. Неважно. Таня увлеклась, отчего отрывалась от соска медленно и с неохотой. Это было скорее вынужденно: судя по реакции Славы, ей было давно пора оторваться и переместиться ниже, и мучить его слишком сильно пока не хотелось. Так что Таня начала спускаться, ведя носом вниз, по груди, по животу, по дорожке жёстких волос ниже пупка, которая как раз вела к промежности. И тому, чтобы в самом низу Таня упёрлась подбородком в стояк. Слава ахнул, но скорее от неожиданности, чем от острых ощущений через два слоя ткани. А потом Таня расстегнула его брюки и ткнулась носом в трусы, уже вполне соприкасаясь с твёрдым членом, отчего Слава, несмотря на преграду одежды, не смог сдержать пары горячих вздохов. Таня не без удовольствия ощутила влажное пятно на ткани. Она не знала, потёк Слава от обнюхивания, ласок или всего сразу, но знать было и не надо: все мысли были одинаково приятны и одинаково заводили. Когда Таня начала снимать и трусы, Слава напрягся. Сделает или не сд... Но не успел Слава закончить мысль, как Таня, прижавшаяся к его члену носом и губами, сделала очередную до-олгую затяжку. — Пиздец. — Уже нельзя узнать, как ты там пахнешь! — ехидно отозвалась Таня снизу. — Можно. Я не знаю. Мне похуй, вот чефтно, — сбивчиво и якобы безразлично пробормотал Слава, только и пытаясь скрыть смущение. Усмехнувшись, Таня обвела мокрую головку языком. Солёная. Тане всегда был интересен вкус, и она была немного удивлена схожестью этой смазки со своей собственной. Но это не было плохо или странно, скорее... просто значило, что теперь самым интересным в кабинете информатики была реакция Славы. И Таня, недолго медля, обхватила головку члена губами, опять провела языком, уже с намерением вызвать самую положительную реакцию. Язык и губы двигались хаотично, Таня пробовала, пробовала брать немного глубже, пробовала распылять внимание... — Аахх... Еба-ать... — процедил Слава, до боли в костяшках вцепляясь в ткань брюк. — Сссс... Т-Таня бляяяать... Он сидел на стуле, напряжённый всем телом, сжав зубы и зажмурив глаза, застыв и будто опасаясь даже двигать бёдрами, когда Таня начала вбирать его член насколько хватало рта, просто ритмично двигая головой. Для удобства она положила руки на бёдра Славы, встречаясь с его ладонями и накрывая их своими. Слава был не в состоянии сопротивляться или ворчать. Не в состоянии, особенно, когда Таня ускорилась, позволяя его члену скользить по языку, который она иногда пускала в ход, немного выпуская Славу из тёплого плена собственного рта. Она всё ещё понятия не имела, что делает, но реакция Славы служила неплохим ориентиром. В один момент он начал сдавленно стонать, срываясь на вздохи, и Таня сочла это сигналом ускориться. Она не ошиблась. Спустя несколько резких толчков ртом Таня услышала не шипение, не горячее и отрывистое "блять", а именно стоны. Слава всё ещё больше тяжело дышал, но отрывки его стонов все равно звучали до ужаса сладко, пока он кончал Тане в рот. Она наслаждалась его голосом, дрожью в нём и в худом теле перед собой, не переставая двигаться, пока Слава не затих совсем. Теперь можно было сглотнуть. К... разочарованию Тани, чёткого вкуса у семени не было. Солоноватость от смазки, но это всё. Тем не менее, угощение ей всё равно понравилось, и она отстранилась, облизывая губы. — Какого хуя, Тань? — вздохнул Слава после небольшой паузы, уже поспешно застегнувшись. — Какого хуя ты не противился отсосу в кабинете инфы? — передразнила его Таня, усаживаясь на свой стул обратно, будто сейчас ничего не произошло. — Сходи нахуй уже, — в очередной раз повторил Слава. — На твой. — Ахуеть, как фмесно, ты зае... Хотя может. Только не в сколе. Это какой-то пиздец.