¹.

*** пребывая в нескончаемом унынии, обитая в писательском неумении, в привычном русле для всех нас протекала медленно жизнь без "глаз". те же наши "глаза" нагло забрали, желая одно — лишить видения дали. волшебные, прекрасные дали, сладкие. чудо. на медовое блаженство падкие. отличные "глаза" любого вылечивали, но запреты их вечно преследовали. в жестоком мире строго возбранялось все, что с счастьем лучшим связалось, умением жить простой чистотой души: "а ты жить по-другому предложи". травят воду в колодце, что пьют, человека любящего, доброго бьют, "несправедливость торжествует" — такая цель лишь всех очарует. любовь свою повседневно шифруя, свою персону никогда не балуя, в жизни с самым тяжким состоянием, зло радуясь различным деяниям, мир постепенно лишь рушился, о жизни и думать не удосужился. устали. мы все только уморились, с неприятной участью не смирились. выхода будто бы и не существует, однако решение кто-то формирует, неважно, кем этот человек окажется, все ему однозначно возрадуются, но не такому бестолковому, как я. ещё при жизни переоценил себя. будучи тщеславным, презирал других, танцевал на могилах трупах жарких. внутри каждого из нас живет демон, и тот ангел несёт на себе наше бремя. прослыв ужасным кошмаром каждого, уже лишился я всего самого важного. от своего дурной славы не убежать, и я вправе решать — жить или умирать. жить или умирать моей персоне, терпеть ли ещё долго все эти боли, сдаваться или продолжать идти, быть любимым или отдаваться любви. ко всему все сводится, что себе желаю ощутить, как уже из мира выпадаю. крепко лишь связана моя худая шея, не спасёт меня уже никакая панацея, воздух будто выпаривается из легких и я задыхаюсь от жизней одиноких, всех жизней, что я когда-то пережил, что я убил, растратил, сократил, в конвульсиях биться уже не стоит, никто мой жизненный урок не усвоит. *** давно я заметила, честно говоря, что все люди не полны — даже пусты. выдумали всякое: уходить, не моля, спустя миг не переходить на ты, за некие поступки как-то отвечать, и некоторых ведь надо стыдиться и из-за этого некоторое время унывать. за непонятную любовь нужно биться, чувства, мол, нельзя никак скрывать — и только положительные из них всех! а вот о замыслах ваших — молчать! адресатам писем слать горячий привет и нежно обнимать сквозь прощание, когда на деле чувства и вовсе не те, когда ощущается над ними поднятие и нет нужды пребывания в этой беде. экой смерти все так боятся сильно, однако жизни себе и врагам не желают и, поливая все вокруг грязью обильно, с самоубийством в друзьях убегают. упал в яму в подвохом — ну-ка, вставай, да, тебе помогут, ты все достанешь, а упал в грязь — лежать там продолжай, иначе снова посмешищем станешь. через слёзы уверяют, что счастливые — сквозь слёзы горя, несчастья и ужаса. и этому всему поверите наивные вы, вынеся из головы кучи разного мусора, что свидетельствовал о всей правде. нет денег — не будет и хорошей жизни, работай, говори, что взять их негде, и пускай цели теперь не бескорыстны. "заботься о себе, но не будь эгоистом, думай о здоровье физическом своём, и не будь тут, у нас, странным психом, который пытается спрыгнуть в водоём вместе со своим нелепым товарищем. кстати, насчёт него — скверен, как черт, того и гляди — сворует все твои вещи! я тебе не лгу — не хочешь же ты в морг!" на этом рассказ пытается закончиться, причём безуспешно. однако не будет здесь никакого конца — мы раскроемся и будем ждать, пока враг не прибудет, и не попытается нас за это попрекать, навязывая хотение того, чего не надо — свою жизнь на куски разные отсекать, делить их на "размазанную помаду" и "удачный выход в свет". точка пусть в этот же момент и будет поставлена, но все пнуть я попытаюсь — даже грусть от несправедливости. я не подавлена! но я плачу сейчас от горя нескромного, заключающегося в боязни смерти, и одновременно жизни. я премного буду вам благодарна, избавите если от этих посещающих часто мыслей. я не идеальна, порой так некрасива, что не хватит глаз всех ваших друзей, чтоб наглядеться мною, милой дивой. людское житьё мою персону удручает! ах, слишком скучно — быть простым. никакие методы меня уже не спасают. но несмотря на это, имею я к другим огромный интерес и хочется состоять в какой-нибудь удивительной компании среди людей, что будут меня желать, и мое присутствие спасёт переживания данных персон! окрашу их жизнь ярко, что не модность среди них пройдёт, не оставив и следа — не как помарка, которая отравляет и никак не уйдёт! ах, иногда я чрезмерно эксцентрична, говорю много о себе и только, а также! эгоистична и некоторым не привычна. много кто сказал бы, что не важно — плоха я или хороша, ведь все равно, рано или поздно, утром или вечером за мною придет прелестное дерьмо, именуемое смертью с острым колом. на меня его посадят и отправят туда, где нет ничего, ведь не нашла я места, хоть одинокого, в этом мире для себя, и проявляла нейтралитет я тут всегда. бесполезных подвергают страданиям, дабы их желая изменить, улучшить - меня отдадут на это перевоспитание? или отведут к тем, кто не смог рушить? "вот после смерти, что никто не хочет, вот после неё мы станем все равны!" — это то, что конечно, никто не озвучит — об этой лжи так громко говорили они. *** безостановочно слезы катятся, хочется существование прекратить. устала думать, что со мной станется и как после этого мне дальше жить. вопрос заключался в факте того, что ты ушла, а вскоре и покинула: чувство, будто лишилась вмиг всего и меня пронзила холодная стрела. рассказывая вкратце о проблеме, я скажу: "почему я тебе не важна? удивишься, но мне нужны ответы". отпила из кружки горя я сполна. копаюсь в старых вещах общих, чтобы вспомнить запах твой родной, и после, рыдаю я денно и нощно, что нет тебя больше тут, со мной. но есть ли в этом смысла хоть капля? нет ничего интересного во мне. из-за ухода окончательно ослепла я. прошу тебя! уйди и не будь во сне. *** эта новость помотала меня сильно, долго принять ее я не могла. неужели пред смертью я бессильна, неужели ты покинула меня? навсегда возлюбленная ушла, оставив лишь воспоминания за собой. помню я ее милые сонные глаза и ее фразу: "я буду всегда с тобой". было ли это обещанием мне? и почему твоя жизнь так оборвалась? залежи жалости обитают на дне, где гордость от моих грёз оторвалась. их поднимать уж нет смысла — слёзы покатятся сильнее и быстрее, наполняя грусти и печали коромысла и разрушая жизненную батарею. бессвязными фразами утихала и долго покончить жизнь пыталась. верёвку я усердно разрезала, но моя персона тут поздно оказалась. *** что людей толкает к сочинительству? то, что больно делает и терзает. что нельзя говорить мстительному? критику — на неё он гневно отвечает. переживания взаправду или просто? что внутри, в душе у людей бывает и ломает, бьет, царапает жестко, к сожаленью, никто уже не угадает. я скажу: "все просто, даже совсем, однако об этом предпочтут молчать — когда человек не справляется со всем, то должен он улыбкой отвечать: отвечать на все вопросы изнуряющие, где знающие люди без толка говорят жалкие слова, фразы, повторяющие обиду и печаль, что так скрыть норовят. жить надоедает достаточно шибко, ведь прекрасного тут вовсе нет, а казненный за радость, за ошибку, скажет, что у меня - правильный ответ"