1

      Пела серенады, гуляла по утрам,       наряжалась в пышные платьица.       Танцевала, плясала и кружилась подобно цветам,       ступая на зеленые луги голыми пятками.       Заплетала в косы волосы, как черная ночь       и сверкали они под лунным светом.       Отражали яркие звезды пряди, падающие вниз волной.       Что подобно бездонному небу?       Они были ответом…       В ее глазах бескрайние зеленые просторы,       а очи превращались в изумрудные леса.       На ней самой плескались последние лучи заката,       будто танцоры.       Ее кожу без помарок строил Бог лет десять.       С румянцем на щеках задорно смеялась       Когда ей льстили, краснела, как малина.       Курносый нос, гладкий лоб, лукавая улыбка на ее лице игралась.       Губы — рубин, а на вкус как дыня.       Она графиня, уважаемая всеми       Ее чтили и магнаты, и крестьяне,       и гранды, аристократы и благородные семьи.       Она не имеет только одно — изъяне.       Но было у нее одно несчастье,       которое губило ее с каждым днем.       Каждый вечер она ходила к скале.       Море над ней неподвластен.       Она оставалась с вышиной только вдвоём.       Под высоком утёсом плескалось море.       Пахнуло морской солью и легким бризом,       а девушка была печальна. На ее лице застыло тяжкое горе.       Здесь конец ее безызъянности близок.       Она сидела там часами неподвижно       и упивалась печалью в груди.       Не плачет. Сил нет на слезы. Плачь неслышна       в вечном синем бездне, в край земли.       Вот уже два года без родного       человека, бывшей тогда ее мужем.       Он отправился бороздить море один, месяца седьмого.       Ей прислали скорбную весть о нём на ужин.       Тогда она лила слезы, а сердце болело,       а сейчас слёз нет, но сердце кусается.       Девушка уже живет с болью, приняла ее всецело,       но с каждым вечером ее душа на части рассыпается.       Она хранит боль вечно в душе,       лишь бы это не просочилось наружу.       Ей хочется отпустить, но эти чувства не прижечь.       Девушке остается лишь вернуться к прежнему руслу.       Ей невыносимо одиноко, она скучает,       но невозможно вернуть те времена,       когда она на кровати рядом с любимым засыпает,       когда они смотрят на звезды, гуляя допоздна.       Сейчас ей не с кем улыбаться,       не с кем промокнуть под дождем.       Ей некому рассказать, что на душе и некому полагаться.       Ей некому делиться со своим огромным жильем.       Каждый вечер она разглядывает горизонт,       будто ждет любимого своего.       Она знает, что волна его мужа обратно не принесёт       и впредь она не будет ждать кого-то.       (кроме него)       Под каждым совершенством, идеалом       скрывается настоящая сущность,       настоящая печаль, настоящее счастье с болью немалом.       Их никогда не выводят на наружность.