1.

- Что ж, если все записали домашнее задание, то я ухожу. До завтра, - с этими словами Елена Евгеньевна вышла из класса, скрипнув при этом тяжелой деревянной дверью. В ответ послышались голоса детей, говорящих ей до свидания. Но ей уже не было до этого дела. Попутно заскочив в учительскую, женщина оставила там все свои вещи. Уходя, она задела чашку со сладким чаем, стоящую прямо на краю стола. Чай брызнул на чёрную юбку-карандаш, а пара капель попали на прозрачную голубую рубашку. «И кто ставит так чай?» Женщина направилась в туалет, шаркая подошвой обуви. Она ненавидела туфли на каблуках, предпочитая неудобству собственный комфорт - женщина надевала балетки или любую другую обувь без подъема. Учительница русского зашла в туалет. На белых стенах виднелась осыпавшаяся побелка, а по полу бегали солнечные лучи, ослепляя глаза, если поднять их к окну. Елена Евгеньевна подошла к зеркалу, осматривая свой внешний вид и заново собирая каштановые волосы в хвост. Затем она начала расстёгивать рубашку, чтобы наконец застирать ее. Школьный день закончился и можно было не беспокоиться на счёт одежды, в которой ей предстоит идти на урок. Оставшись в бежевом лифчике, женщина включила кран, принимаясь за стирку рубашки. - Елена Евгенье… оу, - учитель физкультуры забежал в женский туалет, но тут же остановился, увидев вид, в котором учительница русского предстала перед ним. Он не спешил отворачивается, изучая каждый изгиб ее тела, останавливаясь на груди, которая притягивала взгляд. - Немедленно выйдите! Что вы уставились? - ее лицо покрылось румянцем, она опустила глаза на рубашку, которую сжала до такое степени, что болели костяшки пальцев. В жизни Елены Евгеньевны очень давно не было мужчин. Она отдавала все своё время работе, совсем не замечая, что все дни становятся однообразными. Ей уже 36 лет, а ни семьи, ни детей нет до сих пор, что уж здесь говорить о сексе. В глазах учителя физкультуры лишь на секунду мелькнуло смятение, но он тут же скрыл его, одаривая женщину широкой улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего. Он медленно приблизился к ней, медленно проводя пальцем по лямке лифчика. - Ч-что вы делаете…прекратите! - учительница русского совершенно не ожидала подобного и правильным было бы убрать руку мужчины, выгоняя его прочь, но все ее тело моментально отреагировало на прикосновение. По коже пробежали мурашки, которые не скрылись от пристрельного взгляда Романа Дмитриевича. - Вы уверены, что хотите, чтобы я прекратил? - его пальцы медленно опустились к груди, залезая под чашку лифчика, медленно проходят подушечкой пальца по соску. Елена Евгеньевна инстинктивно прикрыла в глаза, а с приоткрытых розовых губ сошёл тихий вдох. - Да…то есть нет, не прекращайте. - Так да или нет? - он все ещё продолжал играть с ее телом, смотря на реакцию от каждого его прикосновения. - Пожалуйста…продолжай, - после этих слов он моментально повернул ее к спиной, от чего она издала удивлённый выдох. Губы учителя физкультуры примкнули к ее шее, всасывая кожу и приходясь по только появившейся красной отметине язычком. Рука его направилась под юбку, подыскивая линию трусов и отодвигаясь их, чтобы пройтись по влажным складкам кончиком пальца. - Я смотрю, долгие прелюдия не для тебя, да? - хриплым голосом произнёс мужчина, массируя комочек нервов, другим пальцем аккуратно растирая естественную смазку по половым губам. Вот ответ она лишь тихо простонала, выгибая спину вверх, поддаваясь навстречу искушению и сладостным прикосновениям физкультурника. Он дразнил ее, дразнил и улыбался, будто Чеширский кот. Внезапно, она двинулась назад, задевая пах Романа Дмитриевича. С его губ слетел короткий стон, больше похожий на хрип. Он моментально прикрыло глаза, дергаясь всем телом. В штанах было тесно. Немалых размеров выпуклость была слишком заметна. Медленно, он ввёл в неё сразу три пальца, растягивая. Женщина моментально выгнулась, приоткрывая рот, к котором тут же примкнул мужчина, заглушая громкий стон, появившийся сразу после того, как он начал быстро двигать пальцами. Роман Дмитриевич переместил другой палец ей на клитор, массируя, не прекращая движения внутри. Он неспешно начал опускаться перед ней, смотря прямо в глаза, коварно улыбаясь. Резко стянув юбку вместе с трусиками, физкультурник припал губами к паху женщины, от чего та дёрнулась, пронзая помещение негромким возгласом. - Какая ты сладкая… - мужчина прошёлся языком по комочку нервов, слизывая природный сок. Ввёл два пальца во влагалище, не прекращая работу ртом. Внутри женщины все перевернулось вверх дном, она положила руку на голову учителя физкультуры, впиваясь ногтями в кожу головы. Она так долго этого не ощущала, так сладко мечтала об этом в своих снах и желание никогда не утихало, даже на уроках. Женщиной никто не интересовался и даже не смотрел в ее сторону, несмотря на то, что она старалась выглядеть сексуально и женственно. Однако сегодня все переменилось, воплощая все ее самые грязные фантазии в действительность. Внезапно все закрутилось, Елена Евгеньевна почувствовала, как немеют ноги, а внизу живота, словно огромная волна, так и норовит накрыть ее а головой, однако мужчина оторвался от неё, как раз в тот момент, когда она была готова закончить. - Ах, нет… - печально прошептала учительница русского, с непониманием смотря на физрука. Вместо ответа он хищно улыбнулся, обхватив одной рукой ее талию, резко развернул к себе спиной, облокачивая на раковину, над которой висело зеркало, отражая их страсть. - Смотри, - Роман Дмитриевич указал на зеркало, а затем резко вошёл во всю длину, вызывая громкий вскрик женщины. - смотри на то, как я трахаю тебя, - горячо прошептал учитель физкультуры на ухо Елены Евгеньевны, отчего та покрылась мурашками, издавая тихий стон, - смотри. Он вколачивал ее в холодную раковину, оставлял засосы на шее, оттягивая ее за волосы с такой силой, что у женщины появлялись белые пятна в глазах. Он шлепал ее по попе, отчего кожа становилась багровая, кусал на мочку уха, нашептывая грязные слова. Она принимала все это, громко хныча от наслаждения, держалась за влажную то ли от пота, то ли он воды раковину. Касалась его шеи, посасывала его пальцы, гласно чавкая. В зеркале их было двое, а в реальности - единое целое. Они слились воедино, потерялись в собственных ощущениях. Похоть овладела ими, овладела без остатка. Стоны Романа Дмитриевича и Елены Евгеньевны смешались, позволяя удовольствию растекаться по венам. Он вдалбливал женщину со всей силы, при это лаская груди, клитор и все тело, нежно посасывая кожу лица, шеи. Ее дыхание участилось, возгласы стали ещё более звучными. Мужчина начал порывисто дышать, и в последний миг тихо простонал: «Сучка», кончая внутрь учительницы русского как раз в тот момент, когда она пронзительно закричала, и ее ноги задрожали. * * * Спустя два дня, Елена Евгеньевна снова возвращалась домой. Она открыла дверь, запирая ее, звякнув ключами, бросила их на тумбочку. Последние события слегка выбили ее из колеи, однако улыбка на лице стала частым явлением. Но она не знала, чего конкретно в тот день хотел от неё Роман Дмитриевич, вероятно, секса. И эта мысль расстраивала ее с каждым разом все больше и больше, потому что учительница русского не хотела близости на одну ночь. Она желала отношений, любви и заботы. Проходя в гостиную, женщина сбросила с себя пальто, повернулась в сторону дивана и удивлённо застыла: перед ней сидел Роман Дмитриевич, а в вазе стояли любимые тюльпаны Елены Евгеньевны. - Как насчёт того, чтобы осмотреть твои раковину и зеркало?