Эпитафия

      Это морозное утро в чуть теплой кровати ничем не отличалось от предыдущих.       Девушки активно собирались на завтрак.       А Эмбер, первым делом, летела со всех ног будить Анну раньше звона часов с петухами.       Пора бы уже было привыкнуть за столько лет к этому. Каждое утро блондинка издавала недовольные вопли, ибо «еще пять минуточек» были ужасно важны для нее.       Эмбер прекрасно знала, что эти минуты легко могут превратиться в целые часы лежания на кровати, пропуска первых двух уроков и недовольным лицом «Почему не разбудила?» на обеде.       — Всю жизнь проспишь! — Брюнетка ритмично дергала девушку за плечо, — Всю-ю-ю-ю жи-и-и-изнь!       — Я была бы очень рада такому раскладу, — Анна медленно поднялась с кровати и протёртыми глазами осматривала всё вокруг, — Что-то сегодня не так, — задумалась она, увидев как девушки малыми группами обсуждали - что им надеть и какие тени нанести, чтобы они сочетались с нарядом, — Какой-то праздник? Неужели я спала несколько дней?       — Спала ты всего на несколько часов больше, чем все остальные, — Эмбер села на край кровати , улыбаясь подруге, — Ранним утром Джесс принесла новость о том, что Слизерин собирается устроить вечеринку, — она начала улыбаться еще шире, чем до этого, — А самое интересное, что Дамблдор дал согласие!       Анна удивилась, но виду не подала.       — То есть в этот раз это согласованный митинг? На каких условиях?       —Ну, — замялась девушка, — Директор приставит к нам трех учителей, которые согласятся на это.       — Сама себя слышишь? Кто на это согласится?       Блондинка ухмыльнулась, поняв, что не собирается носиться в поисках платья.       Смотреть на пьяных подростков и следить, чтобы никто не решил наблевать за занавеской? Слышать крики и музыку, которая вряд ли им нравится? Нет. Точно нет.       Дамблдор решил знатно пошутить аж над всем факультетом, а они разом повелись.       Анне не терпелось посмотреть на расстроенные лица за завтраком, когда Директор озвучит, что устроил первое апреля… в начале декабря.       — А что за повод?       — Как? Команда Слизерин выигрывает уже два матча подряд за эти два месяца! — Последняя игра была на прошлой неделе против Пуффендуя. А праздновать собираются уже сейчас, будто взяли главный трофей, — Победить сначала Гриффиндорцев, а после с разгромом вынести Пуффендуй! — Второй матч действительно показался Анне намного легче первого. Но она была уверена, что черно-желтые плохо готовились к игре.       — Приятно, как игроку этой команды, узнать последней, — съязвила она, — Вечеринка только для Слизерина?       — Не беспокойся, Фред уже договорился чтобы туда попасть, — Эмбер похотливой улыбкой проедала Анну изнутри, даже не догадываясь - она беспокоится о том, что он там будет, — А с учителями, я думаю, нам удастся договориться.       — Удачи, — напоследок шикнула блондинка, удаляясь из комнаты в сторону ванны, чтобы привести свои потрепанные волосы и грязные зубы в порядок.       Обычный выходной день потихоньку двигался к своему завершению:       Завтрак, на котором она старалась обходить стороной Фреда. Поймала на себе приветливый взгляд его брата, на который она с удовольствием ответила взаимностью.       Вечно веселая Эмбер общалась со всеми подряд, попутно обсуждая сегодняшний вечер на который нет стопроцентной вероятности.       И Анна, тихо поедающая овсянку с малиной.       Перед обедом девушка решила немного предаться учебе и отправилась в библиотеку, где встретила знакомых, которые успешно помогли с домашним заданием по непонятным ей предметам. За что она очень долго их благодарила и пообещала купить сладости в магазинчике Хогсмида.       В обед она, наконец, встретила Эмбер. Даже не интересуясь тем, куда та пропала сразу после завтрака. В этот раз им удалось пообщаться намного больше, чем утром.       Подруга осмелилась заговорить с Анной, чей рот был активно занят пережевыванием пищи. Они еще раз обсудили абсолютно абсурдную идею этой вечеринки. Но в этот раз улыбка с лица Эмб не сползала весь дико, а блондинке напротив непонятна столь счастливая физиономия и не могла ни поинтересоваться:       Оказалось, что Профессор Снейп сам вызвался приглядеть за пьющими мордами сегодня поздним вечером, жертвуя своим спокойным сном.       У Анны это вызвало лишь удивление, ведь один учитель никак не равен числу три. Поэтому шанс сорваться всему и вся был как никогда велик.       Через пару часов после обеда начало темнеть. Зима славилась этим неприятным явлением, когда в четыре часа ты сидишь с открытыми шторами, разглядывая светлое небо. А уже в шесть часов прикрываешь эти самые шторы, чтобы за тобой никто не наблюдал из окна напротив, и судорожно идешь включать свет.       Но Анна не желала оставаться в стенах школы.       На улице шел легкий снег и ей захотелось выйти. Подышать свежим воздухом. Посидеть у любимого озёра, окунувшись в личные переживания, которые, после возвращения в Хогвартс, почему-то резко исчезают.       Девушка сидела на большом бревне, предварительно очистив его от небольшого слоя снега. Но задним местом все равно ощущала, будто только что осквернила свои штаны.       Сейчас она старалась прекратить думать о сегодняшней вечеринке. Но в голову, и без этого, лез Фред.       Анна винила себя за то, что полтора месяца назад позволила этому случиться. Что долгое время молчит о реальном отношении к нему. Что на протяжении многих лет позволяла себе флиртовать с ним только для того, чтобы почувствовать себя желанной в его глазах.       Может настало время сегодня все исправить? Не терзать себя мыслями о том, что не люблю его? А что тогда будет с ним? Как он на это отреагирует? Что сделает? Скажет?       Нехило ты все запустила, подруга. Теперь расхлебывай.       Но разве я виновата в том, что ничего к нему не чувствую? Он взрослый мальчик, будет больно, должен понять , простить и отстать.       А что будет, если компания развалиться из-за моего решения? Ну и что? Это моя жизнь, мои правила и …И каждое действие имеет последствия…       Возможно мне действительно нужно поменьше думать о других и , наконец-то задуматься о себе?       Нужно было посоветоваться с кем-то, прежде чем идти на встречу, прежде чем целоваться с ним.       Она просидела так почти двадцать минут, уйдя в себя настолько, что все это время смотрела в одну точку. Глаза сильно высохли. Пришлось изрядно проморгаться, чтобы исправить ситуацию.       После возвращения к жизни - Анна достала из левого кармана своей мантии пачку сигарет, а из правого зажигалку.       Курить сигарету, сидя на месте, в декабре - не самое теплое решение.       Но она чувствовала, что сейчас ей это жизненно необходимо.       Девушка не курила очень давно. Эмбер пару раз прятала ее сигареты. Анна очень злилась, когда в ее карманы лезли чужие руки и трогали личные вещи.       Но подруга была не из самых вежливых людей и также в самой невежливой форме напоминала о вреде курения.       Анна вышла из своих мыслей окончательно только после первого вдоха.       Поняла, что помимо пачки сигарет нащупала что-то бумажное в кармане мантии. Она не была любительницей оставлять мусор. Первая мысль - девушка изменила своим принципам и все же забыла там старую лекцию. По ощущениям, лист не тетрадный.       Анна потянулась вновь, чтобы достать неизвестное и поняла - записка, хорошо спрятанная в ее кармане.       Она медленно развернула бумажку:       Я бы очень хотел с вами поговорить. Завтра, в моем кабинете, после всех занятий. Буду благодарен, если вы появитесь. 24.11

Профессор Р.Дж.Люпин

      — О боже, — от неожиданности слова вырвались сами, — Но... Когда он ее положил? — Анна сделала последний вдох не до конца выкуренной сигареты и выбросила окурок недалеко об бревна, — Прошло меньше двух недель…       После окончания отработки у Профессора они почти прекратили общаться как раньше.       Она не заходила к нему в кабинет, не рассматривала его силуэт на обеде, не интересовалась самочувствием.       А в один момент ей показалось, что он и вовсе избегает девушку.        Как - то раз Анна столкнулась в коридоре с Флитвиком. Он обсуждал с Римусом, что, по его мнению, под его кроватью кто-то поселился.       Девушка заметила, что второй даже не повернулся , чтобы поздороваться.       В то время как маленький учитель добродушно кивнул. А когда увидел, что звук исходил именно от неё, попытался остановить, чтобы поговорить.       Я думала он просто испугался произошедшего в вечер после похода в бар, поэтому начал держать дистанцию.       Анна не забывала о нем, нет.       Просто размышляла о том, что если случится что-то подобное еще раз, то его уволят - а ее отчитают за неподобающее поведение в стенах школы.       Она думала о нём.       Ни на уроках, ни за завтраком или ужином.       Она думала о нем, когда Профессора не было рядом - ночью, наедине с собой, перед сном. То, что случилось тогда не было спонтанным пьяным решением, а вполне здравым и трезвым поступком.       Ей нужно было окончательно разобраться в своих чувствах, чтобы понять, чего ей сейчас не хватает. Почему она в тот вечер так поступила? И почему позволила своему сердцу проснуться именно тогда?       У меня есть всё: Верные друзья, которые любят меня и поддерживают, чтобы не случилось. Мне достаточно внимания от сверстников и мальчиков помладше. В меня влюблен парень, проходя мимо которого девушки оставляют лужи. Я не отстаю от других в умственных способностях. Я на долгое время перестала курить, что сделало меня живее. Почему я думаю о нем? Чего мне не хватает?       Через некоторое время Анна вернулась в стены школы, чтобы поужинать.       Эмбер сегодня весь день странным образом пропадает у нее из виду. Но девушка даже не догадывалась, что узнает причину сразу же как сядет за стол своего факультета.       — Где ты весь день пропадаешь? — немного злобно прикрикнула Эмбер, что заставило Анну удивиться.       Она читает мои мысли?       — У меня к тебе тот же вопрос.       — Фред ищет тебя!       А, не личный интерес       — Я решила прогуляться в одиночестве, — Есть совсем не хотелось, посему девушка положила в свою тарелку немного жареной картошки и одну сосиску на гриле.       — Хоть бы предупредила его! — Эмбер выпила немного бананового чая, — Ну, что? Собирайся! После ужина, пойдем веселиться! — Девушка в прямом смысле светилась от счастья. Такой широкой улыбки Анна давно не видела. Но…       — Но? Что? Кто на это согласился?!       — Мадам Трюк! — неудивительно. Эту женщину спокойно можно назвать главной тусовщицей кому за тридцать, — … и Профессор Люпин, — следующие слова подруги она уже не слышала. В ушах, как вилкой по стеклу, со скрежетом, пронеслось это имя и сердце вновь забилось чуть быстрее, — Опять затуп?       — А? Нет, думала что нацепить на себя сегодня…       — У тебя прекрасное черное платье, которое я бы с удовольствием увидела на тебе! Помнишь, ты сказала, что случая не подворачивалось его надеть? Ну, Вот! Чем не повод?       — Как вы уговорили Люпина? — не слушая подругу, сухо спросила Анна.       — Его попросил Дамблдор. Джесс сказала - единственное, что он спросил, будет ли там бурбон, — Эмбер неловко посмеялась и откусила бутерброд с маслом.       — И что? Он действительно там будет?       — Бурбон? Да, многие парни…       — Я про Люпина.       Подруга тяжело проглотила бутерброд и начала пристально всматриваться в стеклянные глаза Анны, пытаясь, видимо, увидеть в них свое отражение.       Она аккуратно положила еду на тарелку, поправила воротник белой рубашки и покашляла в кулак.       — Что с тобой? — Серьезно поинтересовалась Эмбер, не «выпуская» взгляда, — Последнее время ты сама не своя, — Наконец-то блондинка перестала чувствовать, что никто из ее друзей этого не замечал, — Бегаешь от Фреда… Да и лица на тебе нет. Игнорируешь многие слова, будто они проходят сквозь тебя, — Подруга обернулась к учительскому столу и бросила свой взгляд на Профессора Люпина, — Что случилось тем вечером?       Так, значит, она не была настолько пьяна, чтобы не запомнить того, что Анна ушла с Люпином.       — С тех пор ты выглядишь нервно, — Эмбер взялась за её холодную руку, — Он что-то сделал с тобой? Я так и знала!       Блондинка резко отбросила лежащие на ней руки и пришла в себя.       — Нет! —громко возразила она, отчего несколько человек за столом обернулись на них, — Как ты вообщем могла такое подумать? — в этот раз говорила тише, до сих пор не понимая, как такой пазл мог сложиться у нее в голове.       — Ну, знаешь, в тихом омуте… — она вновь взглянула на Люпина, чуть сморщившись, явно не поверив её словам — Тогда в чем проблема?       Анна решила больше не держать этого в себе и чуть ближе подвинулась к столу, чтобы рассказать подруге всё, что думает и посоветоваться как поступить.       Но не успела девушка открыть рот, как сзади нее образовалось две фигуры : Фред и Джордж.       Наверное… К лучшему…       Она почувствовала на своих плечах теплые руки. Фред крепко обнял её, демонстративно поцеловав в макушку.       — Куда пропадала? — тихо послышалось у неё над ухом, — Весь день не мог тебя найти.       — Ребята! — радостно вскрикнула Эмбер, — Идете сегодня отвязно плясать? Алкоголь мне в кровь!       — Его не по венам пускают, глупышка, — откликнулся Джордж, — Идем! Идем, чтобы победить, если не в Квиддич, то на танцполе! — парень расставил руки в разные стороны и энергично начал двигать тазом, — Сегодня ночью спать не будет вся школа!

***

      Профессор весь день просидел в своем кабинете и проверял домашние задания. Отрывался от злосчастных листов только во время приема пищи или выходил на мост покурить, выбирая время, когда ни одного ученика там не будет.       Дверь его кабинета немного приоткрылась.       Анна? — невольно проскользнуло в голове, отчего появился небольшой ком в горле.       — Извините, Профессор, можно? — но голос исходящий из того места совсем отличался от Анны. Мысли о ней тут же уплыли.       — Да, входите, — на пороге он увидел знакомую ученицу Слизерина, и только когда она подошла ближе - разглядел Эмбер, — Добрый день, — мужчина нервно взглянул в окно, а после - на часы, — Точнее.. уже вечер, — Люпин выпрямился, — Что-то хотели?       — Да, —девушка замялась, но, откашлявшись, начала выглядеть увереннее, — Сегодня поздно вечером будет вечеринка нашего факультета…       — Я слышал, — некрасиво перебив брюнетку - он понял к чему она ведет, — Хотите, чтобы я выступил в качестве смотрителя? — на секунду в его голове вновь возник образ, мешающий ему спать последние недели, — Я согласен.       Эмбер удивленно выпучила глаза и заметно изменилась в лице. Счастливая девушка старалась не запрыгать от радости в кабинете перед преподавателем.       — Спасибо! Будем ждать! Обязательно угостим вас!       Мужчина добрым взглядом проводил ее до двери и вновь опустил нос в сторону огромной кипы листов, которую нужно проверить к обещанному сроку.       Нужно сделать перекур, пока я окончательно не свихнулся проверять одно и то же.       Выйдя на мост, Римус в очередной раз огляделся вокруг и встал на любимое место, откуда простирался прекрасный вид, который мужчина так любил наблюдать в любое время года.       Он достал из своего левого кармана пачку сигарет и потянулся в правый карман за зажигалкой.       На улице стоял невозможный холод, отчего хотелось быстрее докурить и вернуться назад в теплое помещение.       Люпин чуть съежился и опрокинулся всем весом на мостовую балку. Первым делом, как всегда, он кинул свой взгляд на чудное в зимнее время года Озеро, невольно задумываясь о своих школьных годах. Когда до дрожи в груди любил сидеть подле него и думать о том, что творится в его подростковой жизни…       Что…?       Мужчина чуть пригляделся к огромному бревну, лежащему около Озера. На нем сидела она.       Если лица учеников, которых он видел, в основном, на уроках, запоминал с трудом - то её он узнает из тысячи, даже по затылку… а быть точнее, по длинным серебристо-белым волосам.        Она … Курит?       Профессор немного опешил. Сделал очередной вдох, уже не наслаждаясь сигаретой, а смотря на нее.       Что она делает?       Девушка держала в руках маленькую записку, которую он кинул ей в карман пока шел урок, сделав вид, что рассматривал ее ответы в тесте. Она выкинула свою сигарету и накрыла лицо руками, просидев так около минуты.       Так ты просто не видела её… Какой я идиот…       Мужчина услышал громкие шаги за своей спиной, судя по звуку каблуков, это могла быть Профессор Макгонагалл. И он не ошибся. Лицо женщины выглядело серьезным, а увидев в руках Люпина сигарету и вовсе разозлилась.       — Профессор! — воскликнула она, размахивая руками перед своим лицом, чтобы не чувствовать сигаретный запах, — Я везде вас обыскалась, а вы тут стоите и курите! Если кто-то из детей вас увидит?       — Извиняюсь, — сухо ответил он, повернувшись к ней полностью, — Так, зачем вы меня искали?       — Для начала, избавьтесь от этого, — преподавательница намекнула ему на почти докуренную сигарету в руке.       Мужчина тут же потушил ее о балку, положил рядом с собой, чтобы взять с собой и выбросить - не мусорить здесь,       — Мне доложили, что вы будете третьим преподавателем на сегодняшнем мероприятии. Я хочу попросить вас, — женщина легкой рукой провела по плечу собеседника, изображая на лице некую неуверенность, — Я доверяю вам и надеюсь, что всё пройдёт гладко. Не позволяйте детям лишнего. Северус в любой момент может перегнуть палку, а Мадам Трюк не знает меры, — Она наконец-то убрала с него руку и опустила голову в сторону Озера.       В голове у Люпина промелькнула мысль, что сейчас она заметит Анну и спросит про любопытное совпадение. Почему они оказались здесь, вечером, когда мужчина смотрел на нее, пока ученица сидела на холодном бревне.       — За преподавателями присматривать не нужно, — Лицо женщины не выглядело озадаченным.       Он повернулся в ту же сторону - куда смотрела она и никого там не увидел, что пошло на руку. Обеспокоенность ушла.       — Я хочу, чтобы вы следили за учениками, — Макгонагалл вновь повернулась на него и легко заулыбалась — И сами не наделали ничего постыдного, немного выпив, — Она, как и Дамблдор, знала о его небольшом пристрастии к алкогольным напиткам.

***

      — Выглядишь чудесно! — воскликнула подруга, рассматривая Анну и ее черное платье с ног до головы, — И хватит вечно дергать его! — Девушка подошла ближе и самостоятельно чуть подвернула низ, — Чтобы лучше было видно твои шикарные ноги.       — Я называю их наушниками, — Тут же откликнулся Фред, подойдя к столу рядом с которым стояли Джордж, Анна и Эмбер.       Как же блондинке хотелось хоть один вечер провести вот так, втроем, когда этого человека не будет рядом. Он уже в буквальном смысле мозолил глаза и уши.        Того же мнения, видимо, был и его брат:       — Лучше бы похвалил свою девушку, — Джордж косо посмотрел на свою внешнюю копию и снова обернулся на подругу, — Ты действительно прелестно выглядишь.       На этой вечеринке, как и думала Анна, не было ничего особенного. Единственное, что ее смущало - огромное количество учеников. Все уже будто сидели друг на друге. И дураку было понятно, что этот вечер не только для Слизерина. Но унывать девушке не стоило. На главном столе оказалось очень много алкоголя от а до я, и еды, от которой то и дело выделялись слюни.       Эльфы изрядно постарались, чтобы сегодня никто не напивался на голодный желудок, за что им мысленно говорили огромное спасибо.       Пока девушка шла до столика, ей удалось поймать всех своих знакомых, включая её нетайного воздыхателя Люциана.       Люциан - партнер Анны по команде, отличается чрезмерной жестокостью и различными насильственными действиями по отношению к соперникам.       Именно после его толчков многие из игроков обнимали подушки в реанимации неделями.       Но в жизни этот парень немного отличался от того, кого все видели на поле. С девушкой он был чуткий, внимательный и постоянно помогал собраться во время матча. Возможно, только по отношению к ней, но это не отменяло того факта, что это совершенно два разных человека.       Люциан симпатичный парень, уж точно лучше, чем наш капитан по команде - Маркус. Правда, я прекрасно вижу, что он хочет от меня, когда лапает на тренировке и думает, что никто этого не замечает. Эмбер подшучивает над ним, пока парень в очередной раз трогает мои бока. Его пьяные намеки на уединение я приметила еще в прошлом году, на Рождественском балу, он пригласил меня на танец и все время дышал в ухо, считая это секусальным. Я тоже не отставала от него и как-то раз даже пошутила про давно одинокую ванну старост, мол, без нас она скоро начнет плесневеть.       — Привет, — парень остановился около ее носа, преградив дорогу дальше, — Классное платье.       — Спасибо. Извини, не могу сейчас говорить, — сейчас девушке максимально не хотелось вести с ним диалог и слушать тупые истории про его друзей: Кто ,кому и сколько раз плюнул в тарелку, — Я хотела пойти поесть.       — А пить будешь?       — Да.       — Может присоединишься к нам и оставишь в покое грязных Уизли? — После этих слов девушка оттолкнула его от себя, попытавшись выбраться из цепей общения с ним, — Ну, куда ты? —Люциан вцепился в правое запястье и явно не намерен был отпускать слизеринку далеко от себя, — Ты обиделась на правду?       Парень подвинулся чуть ближе к ней и посмотрел глубоко в глаза.       Сейчас Анна увидела в них ту ярость, которую из раза в раз наблюдает в играх.       Он был пьян, неизмеримо пьян, чтобы думать о том, кто стоит перед ним. Что в данную минуту он портит всё то, к чему шел годами - к хорошему отношению с ее стороны.       — А много есть плохо, ты же не хочешь забиться в углу, как Милисента?       Парень говорил о плотной девушке, маленького роста с карими глазами. Именно на ней срывались все мальчики факультета Слизерин. За то, что она полнее других девочек и, по их наблюдениям, чрезмерно много ест. Гнобили ее и шугали по углам, лишь бы собственная самооценка поднималась вверх.       — Знаешь, что лучше всего помогает избавиться от лишнего веса? — он подтянул девушку еще ближе. Теперь их носы соприкасались, а вторая рука медленно направлялась к талии. Анне бы было только в удовольствие ударить его по лицу свободной рукой, но она понимала, что сделая это, никто не поверит в то, что он до нее домогался, — Секс.       — Убери руку, — Злобно шикнув, девушка вновь попробовала выбраться, но его хватка оказалась сильнее - из-за чего становилось только больнее.       — Мистер Боул, уберите руки от Мисс Дан.       Анна повернулась на знакомый голос. Около их «пары» стоял Профессор Люпин. Девушка немного опешила, оглядев его с ног до головы. На плечах небрежно висел черный кардиган, а под ним выглаженная, кристально чистая темно - красная рубашка с двумя не застегнутыми верхними пуговицами. Густые каштановые волосы прилежно расчесаны, борода подбрита, а лицо не выражало былой усталости.       Видимо, он постарался выглядеть галантно и ни капельки не прогадал. Таким девушка его еще ни разу не видела. Это не могло не удивить.        Мужчина смотрел прямо в глаза Люциану, дожидаясь пока тот отпустит девушку. Он не собирался повторять дважды. Выкинуть парня с мероприятия было раз плюнуть. И никто не стал бы возражать этим действиям.       — Вы меня услышали? — профессор начал тянуться к запястью девушки, чтобы освободить её от тяжелой руки, но тот оказался не совсем тупым и, увидев это, моментально покинул компанию.       — Спасибо, — она выпрямилась. Собиралась развернуться в направлении, куда шла до этого, — Я думала придется подчиняться. А ведь до этого момента он казался мне неплохим…       — Боул безжалостно сбивает с метлы, а вам он казался неплохим? — мужчина заулыбался такому откровению.       — По отношению ко мне такого никогда не было, — Анна потерла свое запястье, которое болело так, будто она играла с ним в крапиву, — Да, намекал, конечно, на что-то, но я лишь мило улыбалась и уходила от ответа.       — Странно нынешние парни признаются в чувствах, — профессор потянул её руку к себе и пригляделся к месту атаки, — Изрядно постарался. Больно?       — Есть немного.

***

      — Куда она опять пропала? — Эмбер озадаченно оглядела каждый угол зала, чтобы убедиться, что Анны рядом нет, — Вечно пропадает и ни слова не говорит!       Джордж приобнял разъяренную подругу и свободной левой рукой указал на стол в противоположном углу зала, где девушка стояла вместе с Профессором.       — Ты не замечаешь ничего странного в новом учителе?       — А должен? — рыжеволосый парень пригляделся к нему и кроме того, что он разглядывал руку их общей подруги - ничего особенного не увидел, — Хочешь сказать это очередной препод на замену? Уйдет через годик из-за проблем?       — Может… из-за домогательств в сторону Анны?       От неожиданности Джордж выплюнул только что выпитый сидр. Парень удивлённо глянул на Эмбер. Ни слова вымолвить не смог, оставаясь озадаченным ее выводом.       — Чего? Эмбер, — он вытащил из её расслабленной руки стакан и поставил на стол, — Сегодня ты больше не пьешь, — А сам не переставал рассматривать Люпина, — Как он вообще здесь оказался? Ты вроде что-то говорила про Дамблдора? Директор попросил?       — Это я его позвала, чтобы добить свою теорию до финала, — девушка только сейчас заметила, что напиток был злостно украден, — Верни назад!       — Не верну! Эмбер, что ты творишь? — парень убрал руку с ее плеча, глазами пробежал по слегка напуганному лицу девушки, — Ты пытаешься оклеветать хорошего преподавателя? Ну… была она у него на отработке долгое время, что ж, теперь и Снейпа в извращенцы запишем? Не вижу ничего странного в том, что Анна начала хорошо общаться хоть с кем-то, кроме нас! Тем более, ты сама рассказывала, что у них много общих интересов, что на уроках она понимает, что происходит и ходит на них с удовольствием. Ты в каждом таком действии видишь подтекст? Тебе нужно лечиться!       — А их напряженные отношения с Фредом? Как ты это объяснишь? Заметь! Началось это именно тогда, когда появился он, — пальцем девушка указала на, по её мнению, виновника.       Джордж схватил её за руку и отвел подальше от посторонних ушей.       Настроение Эмбер ухудшалось, а тон становился более высоким. Не нужно разносить подобные выдуманные теории по школе, которые образуют слухи.       — Теперь послушай меня, — девушка хотела вставить свои пять копеек, но парень не дал этого сделать, заткнув ей рот, — И не перебивай! — он немного успокоился, — Фред любит пользоваться своим положением харизматичного мальчика, помнишь? — Эмбер недоверчиво кивнула, но продолжала слушать, — А Анне нравится, когда парни обращают на нее внимание. Это тоже помнишь? — Подруга повторно кивнула, но в глазах виднелось небольшое прояснение ситуации, — Какие отношения из этого могут получиться? Правильно - никаких. Прекрати лезть в её личную жизнь.       — А Люпин?       — Если ей нравится его компания - не мешай. Радуйся, что она счастлива, когда говорит с ним, — парень тяжело вздохнул. Язык начал заплетаться, а горло напрочь пересохло. Он чуть наклонился к Эмбер и «по-нежному грубо» поцеловал в холодный лоб, — Пойдем лучше… потанцуем?

***

      — Небольшое покраснение, — добавил мужчина уже отпуская руку девушки, — Сойдет дня через два.       — Давно не сталкивалась с такими уродами, — Слизеринка оглянулась в сторону. Позже вновь посмотрев на учителя, а за его спиной увидела одинокого Колина Криви с любимым фотоаппаратом, — Эй, Колин!       Люпин резко обернулся, разглядев рядом с собой маленького светловолосого мальчика.       На лице его засияла улыбка, когда он увидел кто к нему обращается.       — Ты чего тут делаешь? Вечеринка для Слизерина, — она оглядела мальчика с ног до головы, а тот лишь теребил свою черно-красную мантию, — Для взрослых слизеринцев… Кто тебя сюда пустил?       — Меня попросили пофотографировать! — так же радостно воскликнул мальчишка.       — А если Профессора тебя тут увидят?       — Профессор Люпин стоит прямо рядом с тобой, Анна! Как видишь, он меня не ругает.        Мужчина выдал небольшой смешок и помахал ей рукой, напоминая о своем присутствии.       — А стоило бы тебя отправить спать, — подал голос Римус пытаясь казаться грозным. Ситуация казалась ему забавной - сделать этого не получалось, — Не попадись Профессору Снейпу, он точно не будет давать поблажек.       — Да ладно вам! — мальчик выставил перед ними фотоаппарат, — Можно сделать фото?       Стоящая перед ним пара слегка замялась в ответе. Оба невольно начали придумывать позу для фотографии.       Анна обернулась на Профессора, ожидая от него ответа на просьбу мальчика.       Мужчина сделал тоже самое. Но в её глазах он прочел, что девушка в смятении и не знает как правильно встать, отчего на их лицах появилась улыбка.       Краем глаза они уловили вспышку, после чего глянули на Колина.       — Спасибо! Фотографию передам за завтраком, сделаю копию для вас, Профессор, — фотоаппарат уже висел на шее у мальчика, — Я хоть и Гриффиндорец, но ты отлично играешь в Квиддич, Анна, — протараторил он, позже повернувшись к Римусу, — Увидимся на уроке, Профессор.       И его след тут же испарился.       — Я бы хотел объясниться перед вами, — начал мужчина, проигнорировав то, что случилось минуту назад.       — Нужно выпить.       Девушка посмотрела в сторону стола к которому шла. Про который успешно успела забыть из-за всего происходящего. Она резво направилась к нему, не обращая никакого внимания на Люпина. Он, в свою очередь, покорно поплелся за ней.       Слизеринка схватила красный стакан с напитком и сделала один большой глоток.       — О чем вы хотели поговорить?       Мужчина бросил взгляд на огромный стол. Увидев на нем одинокую полную бутылку бурбона - убрал себе за пазуху. Чем вызвал удивление и небольшой смешок у Анны.       — Я думаю нам стоит поговорить об этом не здесь.       — Для этого вы украли Бурбон?       — Его все равно за полтора часа никто не выпил, значит никому не нужен.

***

      — Я снова с вами, — Анна изрядно «нанюхалась» алкогольных напитков, составом которых даже не интересовалась.       Она уловила в толпе смирно стоящих друзей, где, на радость, не было Фреда.       — Мы устали танцевать, болят ноги, — взывала подруга, — У меня болит голова и тошно от всех.       Анна бросила взгляд на Джорджа. От стыда парень закрыл лицо рукой, не ведая что делать в такой ситуации. Читала в его глазах такое беспомощное : «Помоги».        Девушка тут же протрезвела, посмотрев на нетрезвую подругу. Она схватила ее под правую руку и, обняв Джорджа напоследок, повела Эмбер к выходу. Слизеринка слегка потрясла почти неживое тело, чтобы хоть как-то привести её в сознание, надеясь, что никто из преподавателей не заметит их в толпе.       Блондинка на секунду остановилась. В её чуть помутнённых глазах, в почти полностью темном помещении, уловила взглядом фигуру Фреда.       Гриффиндорец нежно прижимался к знакомой девушке.       Анна подошла чуть ближе к ним и разглядела в ней Анжелину. Ту, о которой за эти месяцы ни раз говорила. Темнокожая девушка слегка касалась кончиками пальцев его лица. Пока Фред исследовал каждый участок ее ключиц своими губами.        Сейчас у Анны одновременно отпала одна проблема, а за ней, сразу же, появилась другая. Та, которая еле тащится к выходу, с трудом передвигая ватными ногами.       — Всё в порядке? — Профессор Люпин подхватил Эмбер за вторую, свободную руку и испуганно оглядел девушку рядом. Он поймал взглядом Гриффиндорца недалеко от них. И сразу понял, что Анна смотрела именно туда, — Пройдемте к выходу.       — Скажите честно, вы меня преследуете?       Девушка чуть ускорила шаг, чтобы оторваться от мужчины, но тот настойчиво прошел за ними. Он не собирался уходить, даже если она попросит.       — Да, — Римус вновь подхватил пьяную Слизеринку и тащил уже своими силами, — Сейчас помощь нужна не вам, а сегодня это моя обязанность - помогать, — Профессор поглядывал на полуживое тело у себя под рукой и уверенно шел вперед, не замечая никого, — Нужно доставить её к Мадам Помфри, она должна помочь.       — Ух и ругани будет.       — Не будет, Мадам оповещена о мероприятии. Надеюсь…       Выйдя из стен зала, где проходила вечеринка, мужчина остановился. Резко обернулся на Анну, но для Эмбер такие вращения оказались небольшим стрессом.       — Ждите меня у моего кабинета. За подругу не волнуйтесь, с ней всё будет хорошо.

***

      Анна ждала Профессора около двадцати минут. Сейчас в стенах замка нежарко, отчего девушка чуть съежилась, но ни на секунду не задумывалась об уходе, спать не хотелось совсем. Слишком много экшена на один квадратный метр этой школы.       Слизеринка оглядывалась по сторонам. Немного страшно находиться в тёмном коридоре одной перед запертой дверью.       После одной из таких мыслей из за угла появилась фигура Люпина. Шаги его были быстрыми, но шел мужчина расслабленно. Что сильно успокоило девушку.       Он подошел к ней и засмеялся, чем вызвал недопонимание между ними. Ведь ничего забавного не произошло.       Профессор порылся в кармане и ловко открыл дверь, приглашая Анну войти.       — С вашей подругой всё хорошо. Выпила больше нужного, — мужчина запер недавно открытую дверь. Анна не заметила этого, — Я послушал ругань в свою сторону, что самое интересное, от обеих женщин. Никогда у меня такого не было, чтобы меня называли одновременно и извращенцем, и плохим педагогом, — он прошел к своему дивану и плюхнулся на него, отчего тот издал еле слышный скрип, — Честно, я не прикасался к Эмбер больше положенного, но она то и дело всю дорогу об этом твердила.       На Анне, в отличии от Люпина, не было улыбки. Не из-за того, что подруга напилась, а из-за того, что наговорила ему.       — Что-то не так? — Профессор прекратил улыбаться, увидев, что на девушки не было лица, — Прошу прошения за такую историю… но она сама меня пригласила в качестве смотрителя, а теперь…       — Что? — Слизеринка ожила от его слов и подошла ближе к дивану, ожидая перетрактовку услышанных слов, — Что вы сказали?       — Я извинился за свой рассказ.       — Нет-нет, после… — Девушка на эмоциях села рядом, даже не спросив разрешения, — Вы сказали, что она вас позвала?       — Да, Эмбер пришла перед ужином и пригласила на эту вечеринку, чтобы я помог Снейпу и Мадам Трюк. Сам удивился, почему выбор пал на меня.       Анна зависла, разглядывая черты лица расслабленного Профессора Люпина. Пазл в её голове начал складываться. Она вспомнила о разговоре за ужином.       Как Эмбер подозрительно смотрела на человека, который сейчас сидит перед Слизеринкой и ни о чем не подозревает.       Как она выдвинула абсурдную теорию насчет Римуса. Картина в глазах блондинки начала по-немногу проясняться. А на лице появилась ухмылка.       — Наконец-то вы улыбнулись, глазки у вас больно бешеные. Ничего не хотите мне рассказать?       — Из-за того, что мы с вами общаемся, Эмбер решила, что вы извращенец. Она уже ни в первой выдавала подобное.       Они оба улыбнулись, смотря друг на друга.       — Тяжелый случай, — констатировал мужчина, — Только не обижайтесь на неё, она просто хотела вас уберечь.       — Идиотка, да и только, — Анна опрокинулась на спинку дивана, разглядывая потолок с фигурами костяных тварей, — У вас был Бурбон? Я бы выпила. Голова кипит.       Профессор поднялся с дивана и, с небольшой полки, достал два стеклянных стакана, захватив по пути со стола две плитки молочного шоколада.       Мужчина разлил жидкость и понес в сторону уставшей девушки. Поставив стаканы на небольшую тумбу, он протянул Анне дольку неаккуратно отломанной сладости.       — Съешьте, полегчает, — Люпин вновь вернулся на место и, положив правую ногу на левую, с изумлением смотрел на Слизеринку, которая уже не в силах сказать и слова.       — Спасибо. За всё.       — За всё?       — С момента нашего знакомства вы не оставляете меня в беде, — девушка подняла содержимое с напитком на уровне туловища.       — Вы помогли мне с книгой и, теперь, я не имею права не помогать вам.       Они слегка ударились стаканами и выпили бурбон до дна. За одним разом прошли ещё четыре таких же.       Сам того не замечая, Люпин наконец-то начал рассказывать о себе, о своих годах в школе. И понимал, что дело не в выпитом алкоголе, а в девушке рядом, которой хотелось рассказать всё и быть уверенным в том, что это останется между ними.       Римус рассказал про первые дни в школе, про друзей, трое из которых трагически погибли, а четвертый сидит в Азкабане. Жив только … Он.       — …Поттеров предали… Да, тот сбежавший, которого ищут дементоры…Сириус «продал» Джеймса и Лили Волан-де-Морту… Он же расправился с ещё одним моим другом - Питером Петтигрю… Я так и не успел ни с кем из них попрощаться…Я остался один...       Рассказал о том, как Дамблдор помогал ему в школьные годы справиться с недугом, попутно нахваливая за отличую успеваемость.       — … я уже говорил вам каким я был зубрилой?… Ночами напролет думал только о учебе… Меня хвалили, да… О, Дамблдор многого натерпелся из-за моего недуга… Он никогда не оставлял меня одного… Как и друзья… Тоже были рядом…       Рассказал о назойливых Слизеринцах, которые отбирали у него учебники и прятали так, что позже они были найдены в разных кабинетах, раскиданные по углам.       … я нашел свой учебник по зельеварению в кабинете нумерологии…       Рассказал, как впервые влюбился в девушку, которая даже не знала его имени и он быстро бросил эту затею.       …в этой истории не было ничего интересного… я всё-таки через год сказал как меня зовут… ничего и не могло получиться…       Девушка с большим удовольствием слушала рассказы и горящими глаза смотрела на Римуса, улыбаясь, не перебивая и не вставляя свои слова. Ей не хотелось говорить, ей хотелось слушать его.       — Она никогда не обращала на меня внимания, будто меня не существует.       Он выдержал большую паузу, собираясь с мыслями.        — А сейчас у меня никого нет. Ни друзей, ни семьи, — мужчина накрыл лицо ладонью. Рассказывает то, чего рассказывать вовсе не стоит, — И я настолько к этому привык… Боюсь, что сейчас я повернусь в вашу сторону, а вас, Анна, там не окажется.       Он медленно повернулся к девушке, но она все также сидела со стаканом в руке. В шикарном черном платье, про которое мужчина так и не высказался за целый вечер. Слушала его неинтересные, как ему казалось, истории.       — Не сходите с ума, Профессор. Я здесь, я рядом.       Мужчина с улыбкой на лице глянул на свой стакан и понял, что не может ни на что отвлекаться пока смотрит в её сторону.       — Я видел, как вы смотрели на Фреда. Что…       — Всё просто, — Анна сделала небольшой глоток, набираясь сил, чтобы наконец-то кому-то в этом признаться, — Я его не люблю. И, если быть дотошно честной, никогда не любила.       — Такая мысль у меня проскакивала в голове.       — Серьезно?       — У меня сейчас происходит то же самое, — слизеринка удивленно раскрыла глаза, совсем такого не ожидая, — Меня пытаются свести с девушкой. Она чудесная, не буду врать, — Римус развел руками, — Но общаясь с ней, я понимаю, что ничего не чувствую. А ведь должен. Видишь в человеке некое продолжение себя самого. В ней я не способен этого увидеть. Мы слишком разные. Но она пишет письма в надежде, что хоть на одно получит ответ.       — Так вы всё-таки умеете разбивать сердца, — Анна подвинулась чуть ближе к нему.       — Если это можно так назвать. Я не корю себя за это. Любовь нельзя выдоить из человека, любовь нельзя заслужить. Она приходит только тогда, когда ей это нужно, — Мужчина сделал финальный, большой глоток и поставил стакан на тумбочку. Профессор повернулся к девушке, смотря ей глубоко в глаза. Испугался, что сейчас она отодвинется от него или вовсе сбежит. Но Анна взаимно рассматривала его и не собиралась двигаться. Сердца их забились настолько сильно, что каждый из них слышал друг друга, — Я корю себя за то, что влюбился в вас и не знаю, как подавить это чувство…       Такого услышать она не ожидала. Улыбка с лица пропала, оставив о себе лишь память.       Девушка аккуратно отставила стакан и встала с дивана, поправив вздернутое платье.       Мужчина поднялся вслед за ней.       — Извините, я вас напугал? — он взял её холодную руку в свои и потянул на себя, — Я … Я обещаю, что такого не повторится вновь. Это всё алкоголь… Точнее… Боже, я идиот…        Она старалась не смотреть ему в глаза. И тут в его голове пронеслось более сотни мыслей. «Всё, прощание навсегда» - была главной.       Девушка медленно прикоснулась к жестким губам мужчины, чуть съежившись.       Профессор от неожиданности не успел среагировать и стоял, как маленький мальчик, будто впервые в жизни целуется, не в силах сделать что-то уверенное.        Либо сейчас, либо никогда.        Люпин притянул Анну за талию, вцепившись в мягкую ткань платья, стараясь запомнить каждое движение.       Она не собиралась отстраняться. Она не боялась.       Их поцелуй был нежным. Как искра или вспышка, промелькнувшая меж ними и оставившая за собой огромное удивление.       Это было самое настоящее растворение друг в друге. То, о чем он говорил: продолжение самого себя, которое ни с чем не спутаешь.       Девушка смело запустила длинные пальцы в густые волосы, чуть поглаживая его голову. Из-за оцепенения - он попросту не знал в какую сторону двигаться. Но почувствовал, что можно заходить дальше нежного поцелуя. Мужчина не собирался от нее отставать.       Это было самое настоящее побуждение к ответным действиям.       Люпин бережно подхватил девушку на себя и медленно пошагал в сторону спальни. Они выпустили друг друга из поцелуя.       Анна смотрела глубоко в глаза и искренне улыбалась происходящему. На этот раз не задумываясь о последствиях.       Она нежно потерлась носом об его щеку и сильнее прижалась к мужчине.       Римус осторожно положил девушку на кровать, навалился над ней, держась правой рукой за подушку, в надежде, что она остановит его. Не заходить дальше поцелуев.       Их лица не прикасались друг к другу, только губы работали: жадно и властно.       Мужчина провел пальцами по её тонкой руке и Анна, подхватив мысль, сплела их в одно целое.       Он наконец взял на себя всё, что между ними происходило.       Я слышу внутренний голос… Нет, не совесть, а мой внутренний голос.       Он целовал её сначала осторожно, почти невесомо, словно проверяя, не исчезнет ли она, не оттолкнёт ли его в следующую секунду. Но это длилось недолго.       Слишком недолго.       Почти сразу в этом поцелуе появилось что-то другое - нарастающее, тёплое, обжигающее. То, что невозможно было игнорировать. То, что отзывалось в теле быстрее, чем успевала среагировать голова.       Анна прижалась к нему плотнее, будто инстинктивно, обхватывая его торс холодными ногами, и это прикосновение только усилило всё происходящее между ними.       Ни у одного из них не возникло даже тени мысли остановиться.       Губы искали, находили, изучали. Всё смелее, всё жаднее, словно пытаясь запомнить друг друга на ощупь, на вкус, на дыхание.       Это чувство разрасталось внутри, пробирая до самой глубины, до дрожи, до той опасной грани, где уже не остаётся места разуму.       Как лёгкий, обманчиво мягкий наркотик, который они приняли вместе - и теперь уже не могли отказаться от его действия.       Каждое движение рождало следующее. Более смелое. Более откровенное.              С каждым мгновением всё явственнее проступал подтекст, от которого невозможно было спрятаться.       Ещё секунда - и границы окончательно исчезнут. Будто сон. Тёплый. Сладкий. Опасный. Такой, из которого не хочется просыпаться.       Этот поцелуй не был просто ошибкой или слабостью. Он задел что-то глубже. Задел так, что оба поняли: назад дороги уже нет.       Они потеряны. Окончательно.       И даже не успели заметить, как переступили черту, за которой уже не существует прежнего «между ними».       Даже не перейдя на это проклятое «ты».       Они не сразу остановились.       Люпин всё ещё нависал над ней, удерживая себя на расстоянии лишь усилием воли. Его рука была сжата в ткани подушки, словно это единственное, что не давало ему окончательно потерять контроль.       Анна лежала под ним, всё ещё тёплая от его прикосновений, с чуть сбившимся дыханием и тем самым взглядом, который только сильнее разрушал любые попытки остановиться.       Слишком близко. Слишком правильно. И совершенно не вовремя.       — Это плохая идея… — тихо выдохнул он, но голос предательски дрогнул.       Анна чуть приподнялась, сокращая расстояние между ними почти до нуля.       — Тогда почему я всё ещё здесь? — почти шёпотом.       Он закрыл глаза на секунду.       — Потому что не могу… Остановить себя — честно.       Она слабо усмехнулась, едва касаясь его губ своими. Коротко, дразняще, будто проверяя границы, которые он сам же и пытался выстроить.       — Тогда не уходите, — и это было почти толчком.       Он резко вдохнул. Рука, до этого сдерживающая его, сорвалась. Пальцы скользнули под платье, выше, задержались, будто запоминая.       Анна откликнулась мгновенно. Её руки снова нашли его волосы, притягивая ближе, и в этом движении уже не было осторожности. Только желание.       Он снова поцеловал её. Глубже, сильнее. Почти сорвался.       И на секунду, всего на одну - он действительно перестал себя останавливать.       Тело помнило быстрее, чем разум успевал напомнить о последствиях. Ещё шаг - и назад дороги не будет.       Анна тихо выдохнула ему в губы, и это стало последней каплей.       Он резко остановился. На этот раз - окончательно. Отстранился, тяжело дыша, но не отпуская её полностью. Лоб почти коснулся её.       — Чёрт… — едва слышно.       Анна не сразу открыла глаза.       — Вы снова это сделали, — тихо сказала она.       — Почти сделал, — поправил он, слабо усмехнувшись, но в этой усмешке было больше напряжения, чем лёгкости.       — Вы сейчас врёте, — она внимательно посмотрела на него.       Он выдохнул, опуская взгляд на секунду. Долгая пауза.       Он провёл рукой по её щеке. Уже медленно, осознанно, без прежней спешки.       — Я почти сорвался.       — Я заметила, — тихо ответила она. Без упрёка. Это было хуже. Гораздо хуже.       Он чуть сильнее сжал челюсть, будто снова собирая себя по кускам.       — И если мы продолжим… — начал он.       — Вы не остановитесь, — закончила она.       Он посмотрел прямо ей в глаза.       — Мы не остановимся, — слова прозвучали слишком уверенно, чтобы быть просто предположением.       Анна медленно провела пальцами по его руке, словно проверяя, не исчезнет ли он сейчас.       — И вы всё равно хотите остановиться? — спросила она тише.       Он замолчал всего на секунду, но такую долгую.       — Нет, — честно. И это повисло между ними тяжёлым, горячим воздухом.       — Тогда это несправедливо, — Анна чуть усмехнулась.       — Это необходимо, — тихо ответил он.       Анна выдохнула, отворачивая голову в сторону, будто давая себе пару секунд.       Он осторожно отстранился сильнее, наконец создавая между ними расстояние. Небольшое. Но достаточное, чтобы снова начать дышать.       Анна не тянулась за ним. Но и не отворачивалась.       — Мы всё равно вернёмся к этому, — сказала она.       — Да, — Люпин не стал спорить.       — И в следующий раз вы не остановитесь?       — Не уверен, что смогу, — мужчина задержал на ней взгляд.       — Хорошо, — тихо ответила она.       И в этом «хорошо» было больше согласия, чем в любом действии. Он осторожно коснулся её руки - уже почти невесомо. Но ни один из них не поверил, что это надолго.       Анна ещё несколько секунд лежала неподвижно, словно привыкая к тишине, которая наступила после них. Слишком спокойной, даже обманчивой       Она медленно выдохнула и, не глядя на него, приподнялась на локтях.       Люпин остался на месте, но его взгляд не отрывался от неё. Он не пытался скрыть этого. И она это знала.       Анна села на край кровати, спиной к нему, и на мгновение замерла, будто задумалась… А потом, словно вспомнив о его присутствии… Или наоборот, прекрасно это осознавая - чуть медленнее, чем нужно, провела рукой по плечу, убирая прядь волос.       Ткань платья тихо скользнула вниз с плеча. Ничего лишнего. Но достаточно, чтобы воздух снова стал тяжелее.       Люпин едва слышно выдохнул. Анна уловила это. Едва заметно улыбнулась.       Она не обернулась. Сначала аккуратно встала, позволяя ткани двигаться вместе с ней, подчёркивая каждое движение. Не демонстративно, а будто невзначай. Но слишком уж точно, выверенно. Она словно играла. Проверяя, насколько хватит его выдержки.       Когда платье наконец оказалось на спинке стула, Анна на секунду задержала руку на ткани, а потом всё же обернулась.       Их взгляды встретились.       — Вы не отворачиваетесь? — тихо сказала она.       Он усмехнулся. Устало, но с тем самым напряжением, которое никуда не делось.       — Пытаюсь.       Она кивнула, приняла этот ответ. И больше не стала ничего говорить.       Просто вернулась к кровати и легла, отворачиваясь, но не до конца, оставляя между ними пространство… и возможность.       Уже под утро, Профессор никак не мог уснуть.       Он, отвернувшись от девушки, разглядывал пустую стену и без остановки думал обо всем, что произошло пару часов назад.       Анна уже видела десятый сон, лежа на руке мужчины - Римус обрисовывал в своей голове эту картину снова и снова, иногда прикрывая глаза, чтобы хоть на секунду видеть вместо стены - её.       Люпин почувствовал холод: Она обхватила его торс рукой и, чуть прикрывшись одеялом, посапывала.       Мужчина медленно повернул голову, чтобы еще раз посмотреть на неё перед оставшимся сном.       Он мягко улыбался, играясь с ее волосами, аккуратно убирал их с лица. Профессор не мог поверить, что это не сон, судорожно боясь проснуться.       Незаметно поправь её одеяло, за это себя предавая анафеме. Она вышла из пены, худой отпечаток плеча оставляя на кафеле. И хана тебе, доигрался ты, старый дурак, вот и вся эпитафия.