Часть 3 (2×9)

/Эвелин/ Я проснулась достаточно рано и, поняв, что больше не засну, решила сходить к Елене. Я сходила в душ, потом выпрямила волосы, сделала небольшой смоки-айс и нанесла тёмную помаду, оделась в белое платье, чёрные ботфорды и свою любимую чёрную косуху, после чего поехала на машине к подруге. Пробыв с Еленой полчаса, в течение которых я полностью уверилась, что та оправилась от пережитого похищения, я уже хотела уходить, когда ей позвонил Стефан и попросил придти. Она согласилась, сразу почувствовав что-то неладное, и поэтому как только она привела себя в порядок, я довезла нас до поместья Сальваторе. Нам открыл Деймон. — Привет, Елена, Эвелин, — сказал он. — Стефан здесь? Он позвонил, сказал, что это важно, — сразу перешла подруга к делу. — Проходите. Мы зашли внутрь, и Деймон закрыл за нами. Слева от нас сразу появился второй брат, поприветствовав нас. — В чём дело? — спросила я, но потом увидела, как из тени вышла та самая девушка, что была вместе с тем первородным.

***

Мы все вместе расположились в гостиной у камина, а именно: Елена и я сели на диван, Стефан встал слева от подруги, а Деймон справа от меня, а Роуз была напротив нас. — Так, я говорю то, что смогла выяснить, и я не знаю, что из этого правда, а что нет, — сразу предупредила она. — С этим вампирским бредом всегда так, но я точно знаю, что Клаус существует. — Кто он? — спросила я. — Один из первых вампиров, легенда, — ответил Деймон. — Он происходит из первой линии вампиров, — дополнил Стефан. — То есть, он как Элайджа? — решила уточнить подруга. — Нет. Элайджа пасхальный кролик в сравнении с Клаусом, — тут же сказала Роуз, как она просила себя называть. — Он — пешка, а Клаус — король. — Как известно, Клаус самый старый, — новости становятся всё интереснее и интереснее. Говорила же я про приключения, так вот, официально объявляю — они начались, и что-то мне подсказывает, что будут они ещё теми. Только древних психов нам и не хватает для счастья. — Ясно. То есть, самый древний вампир в мире охотится за мной? — спросила Елена. И тут Стефан и Роуз вместе сказали «Нет» и «Да». — То есть, они хотят сказать, что если это правда, — начал Деймон, но вампирша его прервала и сказала, что так и есть. — И ты не врёшь, чтобы мы тебя не убили, — что не так, сказала она, — то думаю, это правда, наверное. Сальваторе мастер утешать, конечно. Елена смутилась и начала волноваться, после чего Стефан попытался её успокоить тем фактом, что Элайджа мёртв, и о ней никто не узнает. И Стефан попытался нас утешить тем, что он никогда не слышал о Клаусе и возможно он просто сказка. Но Роуз как будто вспылила и сказала: — Он существует! И он не сдаётся! Всё чего он хочет, он получает! Если вы не боитесь Клауса, вы идиоты! — Ладно, мы дрожим, мы тебя поняли, — с иронией сказал Деймон. Пока они мило беседовали, мы с Еленой переглянулись и поняли, что нам лучше отсюда уйти, ведь в эту историю про страшного и ужасного, а к тому же старого вампира Клауса нам не очень-то верилось. Потому мы просто встали и пошли. — Куда это вы собрались?! — спросил Деймон. — В школу, а то мы и так опаздываем. Не хочется опоздать ещё больше, — сказала я. — Ладно, — сказал Стефан — Подождите, я возьму свои вещи и провожу вас… — Не надо, — оборвала его Елена. — Мы знаем дорогу, так что не заблудимся.

***

В школе Елена решила, что чтобы узнать правда ли это, она решила отправится за ответами к Кетрин. И поскольку это ёпт-твою мать Кетрин Пирс, я, как лучшая подруга, которая волнуется о ней, естественно пошла с ней. Попав под развалины церкви, мы попросили Кэр открыть нам проход, на что она попыталась нас отговорить, но всё-таки сдалась, и теперь мы ждём. Вскоре мы увидели и Кетрин. Видок у неё ещё тот: спутанные волосы, мешки под глазами, грязное платье, а сама она еле передвигается. — Привет, Елена. Пришла посмотреть, как я иссыхаю? — прохрипела она, а подруга даже замерла, не зная, что сказать. — Как вижу, мы вовремя пришли. Ещё бы чуть-чуть, и тебе можно было бы устраивать поминки, — с сарказмом сказала я, насмешливо оглядывая её, пока Елена пыталась собраться. Кетрин, до этого не замечавшая никого и ничего кроме своего двойника, наконец оторвалась изучать подругу и посмотрела на меня. Любой другой на моём месте испугался бы этого пронзительного взгляда, но только не я. Общаясь с Деймоном, перетерпишь и не такое, а ещё она заперта и не сможет что-то сделать со мной, и поэтому я всё также спокойно продолжала стоять. — Я тебя помню, ты одна из Локвудов, — сказала она, а потом с фальшивым сожалением добавила: — Передай Тайлеру, как мне жаль, что он активировал проклятие. Такой молодой, а уже убийца. — Не без твоих усилий. Думаешь, я не догадалась, что мёртвая Сара — твоих рук дело? А ещё Метт, до которого ты добралась, — гневно сверкнула я глазами, сразу думая, на какую жизнь эта сучка обрекла моего брата. — Так это всё-таки была та девчонка? Я знала, что кто-то из них выполнит мою волю, но мне понравился тот мальчишка. У тебя неплохой вкус, хоть что-то в тебе есть от Петровых, а то я даже поставила бы под сомнение, действительно ли мы родственники, — даже в таком состоянии она не переставала вести себя как прежде. — Пока, Кэролайн. Елена вновь убедила Форбс оставить нас и прикрыть перед Стефаном, на что та с большим трудом, но согласилась, и теперь мы остались один на один с Пирс. — Стефан знает, что вы здесь? — я решила проигнорировать её вопрос, так как именно Елена хотела с ней поговорить. — Я тебе кое-что принесла, — подруга подошла ближе ко входу в гробницу. — Хочешь купить меня? Что тебе нужно? — спросила она. После этого подруга достала из чёрной сумки, которую она принесла, старую книгу, на корешке которой значилась фамилия «Петрова». — Думаешь, если ты принесла семейный сувенир, то я тебе всё расскажу? На эти её слова она также достала бутылку с кровью, при виде которой Пирс попыталась выйти из гробницы, заставив Елену вздрогнуть от страха. — Ну так как, мы договорились? Или, может, нам следует позвать Деймона? Уверена, он с радостью закончит начатое на маскараде. А перед этим Бонни разрушит это ограничительное заклятие, и мы ослабим тебя настолько, что ему не составит труда влезть в твоё сознание и самому всё узнать. Разница лишь в том, что мы при любом раскладе добьёмся своего, а вот то, будешь ли ты жива, зависит только от тебя, — пока я говорила, я с удовольствием наблюдала за плохо скрываемым страхом в её глазах. После моих слов она медленно съехала на холодную землю, а Елена налила ей немного крови в стакан и пододвинула его к ней. Взяв тот дрожащими руками, она выпила всё разом, после чего Елена снова налила ей кровь, когда та сказала: — Это долгая история — Клаус и я. Всё началось в 1492 году в Англии, когда я покинула Болгарию. Вернее, меня выгнали, — и она снова выпила кровь. — Выгнали? — не поняла я. Как родные тебе люди могут отречься от тебя? — Мои родители, твои настоящие предки, — посмотрела она на этих словах на подругу, — отреклись от меня. Неосторожность в то время была недопустима. У меня был внебрачный ребёнок — позор. — Ты скрыла это? — спросили мы вместе с Еленой. — Ребёнка отдали, — она попыталась сказать это обычным голосом, но я уловила боль в её глазах. — А меня изгнали в Англию, и мне пришлось приспосабливаться, так что я быстро стала англичанкой. Там я и привлекла внимание аристократа по имени Клаус. Сначала я была с ним, пока не узнала, кто он, и чего он от меня хочет. И тогда я сбежала от него. — И чего хотел Клаус? — что-то я не очень поняла, если Кетрин так боится Клауса и скрывается от него вот уже пятьсот лет, то почему она вернулась в Мистик Фоллс, если скоро он здесь объявится? — Того же, что хочет от моего двойника — тебя, Елена, — сердце забилось от дурных предчувствий. — Снять проклятие. — Принеся в жертву двойника Петровой? — спросила подруга. — Он хотел высосать каждую каплю крови из моего тела, — вампирша уже успела восстановить силы даже от такого малого количества крови. После её фразы мы с Еленой шокировано замерли, переваривая услышанное. Значит, моей подруге, из-за её чёртовой внешности, было предначертано умереть на каком-то дурацком ритуале?! Для какого-то там древнего вампира?! Нет, мы не можем позволить этому случиться, Елена должна жить. На её долю и так выпало немало трудностей, и я не хочу потерять подругу. — Двойники были созданы, чтобы отменить проклятие. Как только появляется двойник, проклятие можно снять, — Кетрин, видимо решив, что молчание затянулось, решила продолжить. — И ты сбежала прежде, чем он убил тебя? — задала Елена вопрос. — Типо того. Мне помог скрыться Тревор, который был в меня влюблен, и направил меня к своей подруге Розе, но она не захотела мне помочь, а наоборот, хотела сдать первородным, — ответила она. — Но Роуз ведь не сдала тебя Клаусу, верно? Скорее всего, ты обманом заставила дать её своей крови, а затем покончила с собой и сбежала, — в мыслях начала складываться цепочка действий Кетрин на тот момент. — Выходит, что, сбежав, ты прихватила одну из составляющих ритуала, попытавшись с её помощью выторговать себе свободу и безопасность, но Роуз хотела получить благосклонность первородных и заперла тебя. Но ты превратила себя в вампира и исчезла. — Ты мне начинаешь нравиться всё больше. И да, так всё и было, — не могу сказать, что одобряю её поступки, но теперь хотя бы становится понятно, почему она так поступила. — Клаусу нужен был двойник человек, а как вампир я ему была не нужна. — Но это не сработало. Ты не сбежала, и до сих бегаешь от Клауса, — не поняла подруга. — Я недооценила его жажду мести. Но жить на чемоданах лучше, чем умереть, пролив свою кровь на какой-то глупый камень, — после того, как Кетрин сказала это, я поняла, в какую опасную ситуацию мы попали. Елена, кажется, тоже осознала весь масштаб проблемы. — Что такое? Боишься, что я права? Хочешь жить? Есть другой выход, — и после этих слов она сделала себе небольшую ранку на запястье, которая быстро стала зарастать. — Но лучше поторопиться. Твой шанс уходит, уходит, уходит, — рана окончательно затянулась, — и ушла. Подруга посмотрела в сторону, явно думая, что превратиться в вампира — не выход. — Я сделала другой выбор. — Пятьсот лет Роза и Тревор скрывались, потому что ты их использовала. Тревора только что убили, — я не могла поверить, что она одним своим поступком просто перечеркнула жизни двух совершенно ни в чём невиноватых вампиров. — Я и не думала, что он протянет так долго, — спокойно сказала она, перелистывая страницы в книге, которую ей кинула Елена. — Тебе плевать, что ты разрушила их жизни? — подруга посмотрела на неё с осуждением, говоря это. — Я беспокоилась о себе, Елена. И всегда буду заботиться о себе. Если ты не дура, ты поступишь также, — она не удостоила Елену и взгляда, всё рассматривая пожелтевшие от старости страницы книги — Что из твоей истории правда? — подруга всё ещё не до конца верила словам Пирс. — У меня нет смысла врать тебе; нет причины что-либо делать, кроме как сидеть здесь, читать и гнить. — Ладно, допустим, что это частично правда, — вклинилась я в их разговор. — Поэтому ты вернулась, да? Ты хотела быть той, кто отдаст Елену Клаусу? — Я бегала пятьсот лет. Я подумала, может, он захочет заключить сделку, — сказала Пирс, поднимаясь с каменного пола. — Поэтому ты заставила Мейсона Локвуда достать лунный камень? — задала вопрос Елена. Ч-что?! Эта дрянь ещё и моим дядей манипулировала?! Мерзкая вертихвостка. Вот и поделом ей, пусть иссохнет здесь к чертям, я же специально буду её теперь навещать, чтобы посмотреть на её мучения. — И снова в точку. — Что ещё нужно, чтобы снять проклятие? — пришла теперь моя очередь задавать вопросы. — Не только ведь потомок Петровой, верно? Ещё понадобится и лунный камень. Иначе не было бы смысла превращать моего брата в оборотня. — Эти чёртовы ведьмы. Столько ингридиентов, столько человеческих жертв, — кровь отлила от лица. Неужели моему брату тоже угрожает опасность из-за вероломности стоящей передо мной вампирши? — Значит, нужен оборотень. — Можешь не верить, но их сложно найти, — уверенно произнесла она. — Но заклинание не создать из воздуха. Значит, нужна ведьма, — продолжила я. — Моя отказалась, но Бонни подойдёт. Значит, нужен лунный камень, оборотень, ведьма и… что-то ещё, верно? И тут до меня дошло. — Вампир. Ведь если нужен оборотень, то и вампир, так? — я ужаснулась. — А ты всё-таки не такая глупая, как можешь казаться, — ответила мне Кетрин. — Кэролайн, — тихо сказала я и Елена вместе. — В принципе, может быть любой, но мне нравится Кэролайн. — И ты собиралась отправить нас всех на верную смерть? — с ужасом посмотрела на неё подруга, когда я к ней подошла и сжала её ладонь в знак поддержки. — Лучше вы, чем я, — и после этих слов она скрылась внутри склепа. Прождав так пару минут и обдумывая всю полученную информацию, мы уже собрались покинуть это место, понимая, что уже ничего больше мы не сможем узнать, как нас прервало появление Стефана. — Елена, Эвелин, — начал он, как только увидел нас. — Стефан, что ты тут делаешь? — прервала она его. — У меня к вам тот же вопрос, — ответил он. — Кэролайн рассказала? — я почему-то не сомневалась в этом, так как подруга просто не умела врать, да и никогда не пыталась этого делать. — Нет. Она сохранила ваш секрет, — разрушил Стеф мои предположения. — Но не трудно было догадаться, что настолько может быть важным, что вы скрыли это от меня. — Потому что я знала, что ты остановишь меня, — сказала Елена своему парню. — Послушай меня. Что бы она тебе не сказала, всё ложь. Не слушай её, она лгунья, Елена, — начал он убеждать её. — А что если нет? Ты не слышал, что она сказала? — добавила я, взвинчиная после разговора. Мысль, что мой брат и две, а-то и три мои подруги могут погибнуть, заставила меня холодеть от ужаса. — Вам не о чем волноваться. Я не позволю, чтобы с вами что-то случилось. — В этом и проблема. Ты не позволишь, — сказала ему Елена, а я краем глаза увидела Кетрин. — Но при этом ты умрёшь. Чем это лучше? — Ты ничего не можешь сделать, Стефан. Я даже не рассказала тебе самое интересное, — начала Пирс. — Ой, заткнись, Кетрин. Думаю, ничего нового ты нам не скажешь, — не смогла я сдержаться. — Почему же? Думаю, вам полезно будет знать, что победить Клауса невозможно. Всё, чего он хочет, он получает, — сказала она слова Роуз. — Если вы попытаетесь нарушить его планы, он убъёт всех вас, не моргнув и глазом. — Не нужно нам говорить очевидные вещи, дорогуша. Если ты хотела сказать что-то супер важное, говори, или продолжай гнить в склепе, — на моём слове «дорогуша» она дёрнулась, как если бы ей к телу приложили вербену. После моих слов она начала говорить: — Он убил их. — Кого их? Уточнить можно?! — едва не сорвалась я. — Всю мою семью, — никак не отреагировала Кетрин на мои слова. — Чтобы отомстить мне за побег. Как бы ты не скрывалась от Клауса, он тебя настигнет. Твоих друзей, твою семью, всех, кого ты когда-либо любила. — Нет. Посмотри на меня. Нет, не слушай её, ладно? — Стефану вроде хоть немного удалось привести подругу в чувства, но Кетрин явно хотела добить её. — Вечный защитник. Но даже ты должен понять, что она обречена. Ты ничего не можешь изменить, если только… у тебя нет… этого, — и очень медленно она показала нам лунный камень. — Что? — одновременно с подругой спросили мы у неё. — Нет, опять. Это очередная ложь, верно? Ты всё это придумала, чтобы нам пришлось забрать у тебя камень? — Сальваторе начал подходить к Пирс, указывая на неё рукой. — Ничего я не придумывала, Стефан. Это правда, — ответила она ему. — Нет. Дай угадаю: ты хочешь выменить этот камень на свою свободу? Ты — манипулирующая, психически нездоровая стерва, — ого! Да Стефан сегодня даёт. Не думала, что он так может разговаривать с девушками, хотя Кетрин не заслуживает даже такого обращения. — Моя свобода? Вот твоя ошибка, Стефан, мне не нужна свобода, потому что когда появится Клаус, а он появится, я буду в склепе, куда не войдёт ни один вампир, потому что не сможет выйти. Да, я буду психически нездоровой стервой, но живой, — после этих слов она ненадолго посмотрела на Елену и скрылась в склепе. Стефан смотрел, как она исчезает в темноте, а потом повернулся к нам. Елена замерла от шока, а я едва стояла на ногах. С чем мы столкнулись на этот раз? И сможем ли выбраться из проблем снова? — Елена, мы со всем справимся, слышишь? — я обняла подругу, стараясь уверить не только её в этом, но и себя. — Да. Иди к Тайлеру, думаю, он уже начал переживать, — после её слов я окинула её недовольным взглядом, но согласилась. Оставлять брата теперь одного — очень опасно. Мы не знаем, есть ли у Клауса преспешники, и теперь мы все под прицелом. Мы должны держаться вместе. Взглядом я попрощалась со Стефаном и ушла. Дойдя до школы, я села на свою машину и поехала домой. Приехав, я нигде не увидела Тайлера, что заставило меня волноваться. В попытках дозвониться ему, я по-быстрому переоделась и направилась к нему в комнату, надеясь, что он мог забраться туда через окно. Тай так часто делал, когда сбегал на вечеринки, и я его прикрывала перед родителями. Там его не было, но я решила не покидать комнату, надеясь, что он скоро вернётся, и поэтому прилегла на его кровать. Сама того не замечая, я уснула.