farewell

Бег наперерез судьбе, сквозь чащобу стрел и ловушек, нити петли, уготованной удавленнику в день его дани Смерти. Пока я ищу, убегай все дальше, Не озираясь по сторонам Спеши уйти. Но только помни – и я догоню. _________ В жилистых руках лежит тончайшего кроя ткань, дарующая Жизнь и скрывающая от Смерти. Ее обладатель, беглец, мудростью и бесстрастностью обхитривший время, но не временность, глазницами уставших стражей устремляет взгляд на мантию. Что он видит в ней, какое проклятие ощущает, того не подозревает юное и бесстрашное перед ним. Дар – скорее, одолжение, винный кубок, на дне которого таится и ждёт часа ядовитое вещество. И Мефистофель этого часа ждал, как никто другой зная, что тот наступит, что конец неизбежен для начала. И когда все же беглец встречает тупик, старость и немощность, он добровольно лишает себя своей единственной защиты, чтобы передать ее своей частичке, продолжению своей плоти и кости. Смерть видит перед собой не того молодого и дерзкого, кому она отпустила свое фантастическое дарение, но Человека, приемлющего свой конец достойно и смело, без тени сожаления и умоления, без страха, без сомнения. Игра в ноль окончена, свечи потушены, Смерть ласкает сиянием мертвой излучины; Человек оставляет на земле последний след себя – потомство, оберегаемое благословением Смертной мантии. _________________________________________________