Глава 29

Большая часть его тела покрыта татуировками: большими и совсем незаметными, выразительными, с множеством завитков и прочих элементов, и совсем простенькими, но каждая имеет какой-то особый смысл. Трактовка каждой имеет настолько большое значение, что их увековечивают на теле. Это так завораживающе - понимать, что люди имеют утверждённые идеалы, с которыми они готовы пройти весь последующий путь.                     Я нежно обвожу татуировку на его ключице пальцем, изучая её, но двигаться дальше мне не даёт Чонгук: он хватает мою руку, даже не открывая глаз.                     - Что ты делаешь? - его голос такой сонный и хриплый.                     - Ничего, - я улыбаюсь, а парень притягивает меня к себе, с головой закутывая в одеяло.                     Несколько попыток выбраться из простыней не были успешными, поэтому я просто обняла голую грудь Чонгука, отчаянно прислоняясь к ней. Он был настолько тёплым, что становилось слишком жарко и я вынырнула из обилия подушек и одеял.                   - Я хочу кушать, - я приподнимаю голову и смотрю в шоколадные глаза Чонгука. Он такой красивый по утрам.                  - У меня нет ничего. Мы можем поехать куда-то позавтракать, - он обнимает меня в ответ и тепло раскатывается по всему телу, приятно обволакивая каждую клеточку. Я готова просыпаться так каждое утро, ведь нет ничего прекрасней, чем обнимать любимого человека утром, когда он особенно прекрасен.                   - Я хочу булочек, которые ты покупал тогда, - Чонгук улыбается, когда я говорю о нашей первой встречи. Я чувствую, как его губы с нежностью прикасаются к моему лбу, и прижимаюсь к нему ещё крепче.                   - За ними нужно долго ехать, - я надуваю щеки и отворачиваюсь, потому что понимаю, что он не хочет туда ехать. - Окей, мы поедем в другой конец города за булками. Иди сюда.                   Я смеюсь и снова прижимаюсь к брюнету. Не помню, когда мне в последний раз было так хорошо. Я бы проживала этот момент снова и снова, целуя Чонгука и разглядывая татуировки на его теле.                   Как жаль, что нельзя «законсервировать» время, открывать его, когда тебе грустно и снова окунаться в ту атмосферу, проживать те эмоции и чувства. Жаль, что всё так скоротечно и уже через несколько лет этот момент навеки исчезнет из твоей памяти, лишь приятный осадок будет жить внутри, согревая.                   - Ты не выгонишь меня на этот раз? - я шучу, но мне всё равно страшно говорить это, потому что в прошлый раз, когда мы проснулись вместе, его настроение сменилось слишком быстро.                - Я до сих пор считаю, что лучше тебе не связываться со мной, - я отстраняюсь и мысленно проклинаю себя за то, что спросила это. - Но уже поздно что-то менять. В моем доме даже появился чай из-за тебя. Я купил три пачки. Я смеюсь и целую его в губы, потому что это чертовски мило. Я считаю, что именно такие мелочи и делают жизнь красочной и полноценной. Именно маленькие поступки, жесты и слова заставляют тебя влюбляться в человека всё больше и больше, терять голову от этих мелочей. - Лиа позвала меня на вечеринку вечером, но я не хочу идти, - говорю я, ловко застегивая свой кружевной бюстгальтер. - О, это та вечеринка, на которой мы с Роун собирались трахать девочек, - Чонгук ухмыляется, а я бросаю в него подушкой и скрещиваю руки на груди, потому что не нужно так шутить. - Если ты будешь продолжать так сексуально злиться в одном нижнем белье, Роуну придётся отдуваться одному: я физически не смогу, - Чонгук подходит ко мне, когда говорит это, и щипает меня за попу. - Уйди от меня, извращенец. Чонгук недовольно приподнимает одну бровь и ловко хватает меня за ноги, закидывая к себе на плечо. Недовольство бурлит во мне, потому что я не какая-то, черт возьми, вещь! - Отпусти меня, - я начинаю брыкаться, но Чонгук просто хватает меня за голую ляжку и не даёт больше двигаться. - Куда ты меня несёшь? - Я хочу тебя в ванной, я же извращенец, - он пинает белоснежную дверь, крепче удерживая меня за задницу.

***

- Это лучшее, что я ела в своей жизни, - я делаю ещё один укус сдобы с корицей и не могу понять, как они делают обычную булочку настолько вкусной. Чонгук смеётся, когда пьёт свой горький кофе. Я согласилась попробовать его, и горечь этого напитка в который раз убедила меня в том, что мой зелёный чай намного лучше. Чон смеялся с того, как я морщилась, когда пила, из-за чего мне хотелось вылить этот ужасный напиток на него. Чёрный кофе без сливок и сахара - обычная часть его дня, но самое ужасное, что я могу представить. Мой телефон начинает вибрировать и привлекает наше внимание. Хмурится, когда видит сообщение, и возвращает взгляд на дорогу, сильно сжимая руль. Я вытираю руки салфеткой и тянусь к телефону: интересно, что так разозлило его.   Чимин: «Ответь мне, когда сможешь» Это было последнее из 15 сообщений, отправленных им. Около 30 непринятых звонков заставляют мою совесть проснуться и начать буйствовать. Я подвела его. Я изменила ему. Я чертовски сильно провинилась перед Чимином, потому что даже не вспомнила о нём за это время. - Что ему нужно? - спрашивает Чонгук, замечая, как сменилось моё настроение. - Я должна была вчера встретиться с ним, но даже не предупредила, что не приду, - я не собираюсь говорить Чонгуку о встрече с родителями, ему не следует знать это. - Я знаю про родителей, Дженни. Он хвастался этим всю неделю, - я не понимаю, как мне реагировать на это, потому что не могу так быстро усваивать всю эту информацию, ведь мысли до сих пор крутятся вокруг измены. Я не должна была спать с Чонгуком, в то время как меня ждала семья Паков. Это очень неправильно. - Если хочешь, я могу поговорить с ним. Этот вежливый хер боится меня, - Чонгук самодовольно улыбается и меня немного попускает. - Это мои с ним отношения и я сама всё объясню, хорошо? - я стараюсь не злить его, ведь знаю, какие у них с Чимином отношения, но руки Чонгука всё равно покрываются венами, когда он сжимает руль слишком сильно. - Эй, - я тянусь к его напряженной ладони и обхватываю её своей, - ночь была потрясающей. Я краснею от своих же слов, потому что не привыкла говорить о таком, но Чонгук улыбается, значит это было не зря. Он снимает наши руки с руля и переплетает пальцы, отчего моё сердце начинает биться быстрее. Когда я чувствую его руку в своей, все мысли уходят на второй план. Я готова утонуть в этом человеке и остаться жить там. Я хочу узнать его полностью, от прекрасного лица до кончиков пальцев, от личных побед до малейших страхов. Я хочу знать о чем он думает и почему грустит. Я хочу быть той, с кем он может проводить дни напролёт. Я хочу любить и быть любимой.

***

- Чимин? - робко спрашиваю я, крепко сжимая телефон возле уха. Я боюсь говорить с ним, ведь изменила. Самое сложное для меня - признавать свои ошибки, говорить о них с другими, но именно это мне и нужно сейчас сделать.                     - Привет, малышка, - каждую клеточку сдавливает от его милого приветствия, а мне становится говорить ещё трудней.                    Я не люблю говорить людям о чём-то плохом, разочаровывать их. Я ненавижу огорчать, потому что никто не должен страдать из-за меня. Я не считаю себя достойной человеческих слёз и переживаний, ведь не хочу быть дополнением к букету проблем, которые есть у каждого из нас. Лучше уж мне будет плохо, чем кому-то.                     - Извини за вчерашнее. Я бы хотела обьяснить тебе всё, если ты, конечно, готов меня слушать, - я закусываю губу, надеясь, что Чимин не разозлится сейчас и не будет отчитывать меня.                    - Ты пойдёшь на вечеринку к своей подруге? Я приеду туда попозже и поговорим, - его голос не кажется злым или обиженным, что заставляет меня искренне недоумевать. Чимин, как минимум, может быть зол, ведь я не сдержала своё обещание.                     - Да, но ты уверен, что мы сможем там поговорить?                    - Конечно. Прости, малышка, я немного занят, встретимся вечером, - несколько гудков дают понять, о том что Чимин сбросил трубку, а меня переполняют слишком непонятные эмоции.                     Я рада, что он не читает никаких нотаций и не винит меня, но, чёрт, это странно. Я сорвала ужин с родителями, игнорировала его целый вечер, а Чимин продолжает относится ко мне точно также.                     Люди должны реагировать на такое, они имеют право злиться и истерить, потому что обещания должны исполняться. Но мой парень делает вид, что ничего не произошло, и это пугает ещё больше, ведь я понятия не имею, чего мне ожидать от этой вечеринки.                  

***

                   Шум. Он поглощает меня всю и мешает нормально мыслить. Он забирается в голову: куча ненужных отдаленных разговоров, громкая музыка и другие непонятные звуки охватывают разум, засоряют его.                     Люди. Они везде. Они заняты танцем и мимолётными разговорами, но когда их взгляд устремляется ко мне из-за обычного интереса, а музыка становится сплошным белым шумом, мысли теряются, всё вокруг давит на подсознание ещё больше.                    Паника накрывает меня с головой, когда разнообразные картинки из прошлого прыгают перед глазами, когда ты не понимаешь, что чувствуешь и как это контролировать. Я слышу, что кто-то говорит со мной, сжимает моё предплечье, но картинка уже давно превратилась во что-то однородно тёмное. Дыхание время от времени прерывается, но я всё равно пытаюсь набрать как можно больше воздуха в лёгкие. Я готова плакать и смеяться, злиться и радоваться, потому что просто не понимаю, что происходит. Я не чувствую времени и не контролирую себя. - Спокойно, - я слышу прямо над своим ухом и делаю очередной прерывистый вдох. Тепло окутывает меня, разливается по телу и я понемногу начинаю приходить в себя. Силуэты вокруг приобретают четкие контуры, а музыка становится приятной слуху, а не ещё более удушающей. Чонгук прижимает меня к себе ещё крепче и дыхание приобретает нормальный ритм. - Попей, - он протягивает мне пластиковый стакан, содержимое которого мигом оказывается внутри. Вода помогает мне до конца понять происходящее и начать контролировать себя. Я отстраняюсь от большого тела парня, потому что мне некомфортно находиться в его объятиях, будучи обвитой кучей взглядов девочек из моей школы. Люди продолжают волновать меня, но уже не так сильно, ведь я убеждаю себя, что всё нормально. Это всегда работает. - Пойдём, - Чонгук берёт мою ладонь в свою и проводит сквозь танцующих школьников, освобождая мне путь. Подростки продолжают смотреть на меня, а музыка играет также громко, но я стараюсь контролировать себя. Мы заходим в какую-то пустую комнату, Чонгук закрывает дверь и опирается на неё, выдыхая. Я сажусь на мягкую кровать поддерживая голову руками, потому что так проще избавиться от ноющей боли в зоне висков. - Тебе лучше? - его голос звучит довольно тихо, ведь даже на втором этаже музыку слышно достаточно хорошо. Парень идёт в другую часть комнаты и открывает окно, впуская больше свежего воздуха в душную комнату. Мне до сих пор сложно полностью регулировать свои мысли, но Чонгук и не требует этого. Я продолжаю молчать и обводить взглядом незнакомое помещение и Чон, пытаясь отвлечься от случившегося.