Знакомство.

— Ты мне больше не дочь! Убирайся отсюда! Чтобы глаз моих тебя не видело! — Мама, но... — Никаких «но»! Иди куда хочешь! Дверь захлопнулась за спиной с глухим, беспощадным стуком. Алекс постояла на пороге, прижимая к груди рюкзак с пожитками, и смотрела на закрытую дверь, за которой осталась её прежняя жизнь. В груди саднило так, что дышать становилось больно. Она медленно спустилась по ступенькам, прошла через двор и вышла на пустынную улицу. Она провела так несколько часов, перебирая в уме возможные варианты. Подруги? У неё не было близких подруг — всё свободное время уходило на спорт и учёбу. Бывший парень? С ним они расстались полгода назад, и возвращаться было бы унизительно. Другие родственники? Далеко, и вряд ли они примут её с распростёртыми объятиями. Телефон разрядился, а в кармане было всего двадцать три доллара — остатки стипендии, которые она откладывала на новые кроссовки. К вечеру Алекс поднялась и побрела дальше. Город постепенно зажигал огни, и каждый светящийся квадрат окна казался ей насмешкой. Где-то там у людей была тёплая постель, ужин, кто-то ждал их дома. А у неё не было ничего. Ночь она провела на вокзале, скрутившись в клубок на пластиковом сиденье и накрывшись толстовкой. Пахло табаком, дешёвым кофе и дорожной усталостью. Рядом дребезжал автомат с газировкой, и какой-то мужчина в потрёпанной кожаной куртке смотрел на неё с нездоровым любопытством. Алекс вжалась в спинку сиденья и не смыкала глаз до самого утра. Она вспоминала три года, потраченные на медицинский колледж. Казалось бы, совсем недавно она с горящими глазами входила в аудиторию, заучивала названия костей и мышц, ночевала в библиотеке перед экзаменами. Она так хотела стать врачом — помочь людям,сделать мир капельку лучше.Но жизнь распорядилась иначе. Финансы трещали по швам — мать и так с трудом тянула их двоих, и в какой-то момент Алекс поняла, что больше не может просить денег ни на взносы, ни на материалы. Она бросила учёбу за полгода до диплома, так и не получив заветной корочки. Ни диплома, ни специальности, ни даже знакомств, которые могли бы пригодиться. Все эти годы упорного труда обернулись пустотой — ровно то, что она могла сейчас предъявить этому миру, сидя на холодной скамейке с рюкзаком за спиной. Медицина осталась несбыточной мечтой. К середине второго дня она поняла: здесь её ничего не держит. Никто не ищет, не ждёт, не переживает. Город, в котором она прожила всю жизнь, вдруг стал чужим и враждебным. Нужно было ехать куда угодно — лишь бы подальше, лишь бы забыться и начать сначала.

Так она оказалась на автобусной остановке.

Алекс Уилсон- двадцатипятилетняя девушка среднего роста, подтянутого телосложения. Густые тёмные волосы обрамляли её лицо, а карие глаза смотрели на мир с тёплой открытостью; Нос, хоть и формой напоминал картошку, был довольно аккуратным, а пухлые щёчки придавали лицу мягкость и живость, — стояла на остановке и смотрела, как к ней подъезжает допотопный общественный транспорт, которому, казалось, было больше лет, чем этому городку. Именно с него и начнётся её невольное путешествие. Она вошла внутрь,заплатив пару баксов за проезд, и опустилась на заднее сиденье у окна, а рюкзак положила рядом, словно выстраивая баррикаду между собой и остальным миром. Время потянулось медленно, и мысли поползли одна мрачнее другой: «Что теперь делать? Куда идти? У кого искать приюта? Неужели это конец?» Она совсем ушла в себя и не заметила, как автобус проехал несколько остановок, когда в салон ворвались двое подростков — парень и девушка, обоим на вид лет по шестнадцать-семнадцать. Девчушка — шатенка с длинными кудрявыми волосами, в розовой кофточке и фиолетовой юбке — сияла, как начищенный пятак. Парнишка — с такими же кудрявыми волосами, в синей футболке и бирюзовых шортах — отличался лишь брутальными чёрными очками, которые придавали ему серьёзный вид. Близнецы плюхнулись на сиденья прямо перед Алекс. — Хей-ей! Привет! — окликнула её шатенка, обернувшись через спинку. — Привет? — неуверенно отозвалась Алекс, поднимая глаза. — Не против познакомиться? — Нет, не против. Я — Алекс. А вы? — Мэйбл! А этот зануда — Диппер! — Очень приятно. — Взаимно! — Слушай, — вдруг оживилась Алекс и скинула чёрную толстовку, оставшись в лёгкой футболке. — Ты смотришь или смотрела какое-нибудь аниме? — О да! Много чего пересмотрела. Больше всего, наверное, «Очень приятно, Бог» или «Дракон-горничная Кобояши». Недавно закончила «Волейбол». А ты что любишь? — Обожаю «Волейбол»! Я сама играю с детства. — Круто! А ты куда направляешься? До Гравити Фолз? Если не секрет, к кому? Алекс на мгновение замялась, и голос её дрогнул: — Я... я ни к кому. Просто сама по себе. Поссорилась с родными... Они меня выгнали. Теперь у меня только рюкзак да пара долларов на хлеб. — Ох, прости, Алекс... — Мэйбл на секунду задумалась, потом глаза её сверкнули. — А знаешь что? Пойдём с нами! Скажу, что ты моя подруга, — и дело в шляпе! — Правда? Но я даже не знаю... Вдруг ваши родственники будут против? Тут вмешался Диппер, до того молча слушавший разговор: — Мэй, ты серьёзно? Приглашать в дом незнакомого человека? — Ай, молчи, твоего мнения никто не спрашивал! — отрезала сестра и с необъяснимой ловкостью выхватила откуда-то походную подушку, принявшись колотить брата. Сцена вышла настолько комичной, что даже Алекс невольно улыбнулась, несмотря на всю тяжесть пережитого. Так они и ехали, болтая обо всём на свете, и только когда автобус стал приближаться к конечной остановке, Мэйбл вспомнила предупредить подругу, что они приехали к дядям на лето — в городок, овеянный самыми невероятными слухами.

***

Алый закат разлился по летнему лесу, окрашивая кроны сосен в багрянец и золото. Дорога к дому тянулась через травы и кусты, и Мэйбл без умолку щебетала о Хижине Чудес, о своих дядях-путешественниках, о приключениях, что случились с ними, когда ей самой было двенадцать. Время бежало незаметно, и вскоре вдали показались знакомые очертания хижины. — Мы скоро их увидим! Диппер, ты рад? — звонко воскликнула Мэйбл. — Конечно, — брат улыбнулся. — Эх, столько лет прошло... Всё как-то неожиданно. У входа уже стояли двое мужчин лет шестидесяти — оба похожи друг на друга так, что сомневаться в их родстве не приходилось: близнецы, как и их внучатые племянники. Один был облачён в чёрный смокинг с алым бантом, другой — в красную водолазку и бежевое пальто, тёмные брюки и коричневые ботинки. Ребята с радостными криками бросились к дядям, а Алекс скромно отступила назад, чувствуя себя лишней. Но Мэйбл, обернувшись, бесцеремонно ухватила её за руку и выпалила: — Дяди, познакомьтесь! Это Алекс, она моя подруга! Она теперь будет жить с нами! Алекс вздрогнула, не ожидая, что её назовут, и робко кивнула. Мужчины одобрительно махнули головами. — Я — Стэнли, — представился тот, что в смокинге, — но все зовут просто Стэн. А это — Стэнфорд, он же Форд. — Очень приятно, — тихо отозвалась Алекс. — Ну, хватит стоять на пороге, — сказал Форд, оглядывая небо, уже начавшее темнеть. — Проходите в дом.

***

Семейство Пайнсов радушно показало Алекс дом, а затем все собрались за ужином. Время пролетело незаметно: Мэйбл, Алекс и Стэн горячо обсуждали «важнейшие» темы вроде рецептов идеальных блинчиков, а Диппер с Фордом углубились в какие-то учёные дебри. Алекс впервые за долгое время почувствовала тепло и уют — ту простую радость, которую она почти забыла. Позже девушку уложили спать в гостиной. Но, когда все, как ей казалось, уже погрузились в сон, Алекс так и не могла расслабиться. Решив попить воды, она бесшумно пробралась на кухню и застала там Стэнфорда. Мужчина сидел за столом, склонившись над какими-то бумагами и что-то сосредоточенно подсчитывая. Он не заметил, как она вошла. — Ох...— он поднял голову и хрипловато спросил,— Что ты здесь делаешь? И сколько времени? — Три часа ночи,— ответила Алекс.— А вы почему не спите? — Да так... работа, — уклончиво пробормотал Форд. — Понятно. Но вам бы лучше отдохнуть, — мягко посоветовала девушка. Она взяла стакан, налила воды, выпила залпом и, уже направляясь к выходу, обернулась: — Спокойной ночи. И исчезла в темноте коридора, оставив Форда одного с его расчётами и смутной мыслью о том, что в этом доме появилась еще одна причина бессонницы и беспокойства.