Берег

Он на удивление не может заплакать, хотя Акихико очень хочется.Он слишком удивлён и слишком шокирован.Фактом собственной смерти.Тем что существует после.Он никогда не думал об этом, потому что было слишком рано, а потом резко стало уже слишком поздно.Умереть в 23 за неделю до собственной коронации, что за абсурд.Но смеха тоже не получается.Усаги стоит на берегу рядом с ним и это вызывает сожаления, но не удивление, они в конце концов умерли в одном месте, от одной руки.Она плачет, плачет и плачет, за них двоих и за всех вообще, захлёбывается и прижимает трясущиеся руки к груди.Когда-то ему хотелось её защитить, спасти, но он не насколько благороден чтобы успокаивать собственного убийцу. — Ну-ну, Усаги-чан, пора переходить реку, — слова так же мягки как при жизни, и тон вовсе не холодный, он обжигающий, как огонь на костре приговорённого к казни.Усаги вздрагивает, поднимает на него свои красные глаза, всхлипывает, и сжимается ещё больше.В самом деле крольчиха. — Давай, вперёд-вперёд, — Акихико улыбается, и Усаги пытается протянуть к нему свою бледную руку, но это рука в его крови, и он делает вид что ничего не понимает.Она всхлипывает ещё раз, поворачивается и заходит в реку.Он смотрит на её удаляющуюся спину и ему её не жаль.Не теперь. Акихико не решается переходить сам, бурлящая река не вызывает доверия, и инстинкты, что-то от далёкого, известного предка, кричат что он потухнет, умрёт и останется от него лишь мокрый пепел.Но это всё имеет ещё меньше смысла чем при жизни.При жизни.Отвратительно.Он мёртв и его тело, не способное сгореть, медленно гниёт в земле, пока душа прибывает в странном непонятно где.Он не хочет переходить реку, знать что на другом берегу, принимать свою смерть, но рано или поздно должен будет.Акихико выбирает поздно.