Чёрная кошка по имени Наоми

Я аккуратно прошлась по карнизу маленького магазинчика, обросшего пожелтевшей листвой. Зелёный цвет плохо держался под палящим солнцем, стебельки травы быстро высыхали и разламывались от любого дуновения ветерка. Я всегда вздрагивала от этого хруста, потягивая носом раскалённый воздух. Даже в тени было невыносимо жарко, а если учитывать, что моя шерсть накладывалась друг на друга, пригревая нежную кожу, а вся я была цвета черного, словно эти чудесные драгоценные камешки из женских украшений, неопрятно разбросанных по туалетному столику, то менее жарко мне не было. Скоро небо должно было вбирать алые краски. Где-то в моей голове я точно знала, что это называется "закат", но в нашей семье все называли это время "лунадиес". Глуповато, ведь закат же короче. Аккуратно отталкиваясь задними лапами от каменного столба, я опустилась на травяную поляну. Вокруг меня сидели хвостатые, маленькие, большие, безлапые, слепые, больные. Кошки всей нашей семьи собрались в одном месте. Некоторые нежно мурлыкали о чем-то друг другу, кто-то сидел рядом с группами микисов, пушистых несмышленышей. Я быстро отвела взгляд, осматривая многочисленных членов семьи. На одном из столбов виднелся знакомый мне гордый стан. Пушистая грудная клетка, длинный хвост, огромные размеры. Рыжая густая шерсть и глубокие голубые глаза. А рядом с ним на вид совсем юная домина. Будто вот только что она была ещё микисом, а сейчас столь открыто ластится к этому любителю молоденьких. Не столь важно. Дело не мое уж, с кем, где и почему он проводит время. Я уселась на край низкого заборчика. Были тут и мои знакомые, и близкие родственники, но никто из них особо не интересовался мной, как и я ими. Времени прошло совсем немного, лунадиес уже поглотил ранее голубое небо, охлаждая наш городок. Кроме ещё не севшего солнца и пары сотен глаз ничего не светилось. Все сидели в тишине последние пару минут, ожидая слова старой кошки, сидящей посередине поляны. Одного глаза у нее не было, а шерсть кое-где совсем слезла, выставив голые куски кожи на общее обозрение. Я оглянулась. За мной сидели две кошки - темные коричневые глаза, острая морда с короткими шерстинками и ядрено-желтые узкие глазки, прячущиеся за толстым слоем меха. Они неловко переглянулись, переводя взгляд с моей спины вперёд. Когда-то они мною восхищались, за спиной завидуя, а теперь жалеют меня, злорадствуя исподтишка. Променял их местный принц свою принцессу, как только наследников не получил.  Старейшина начала тихо говорить. Повышать свой мурлыкающий голос ей не нужно было. У нас, у котов, слух чудный, в большинстве случаев. А те, кто не услышит, могут спросить у соседей потом. Этот монолог был долгий. Тянулся как летний день: нудно и как-то даже бесполезно. Все коты, от мала до велика, знали историю нашей семьи. Ну, а почему бы мне самой не рассказать ее? Раньше мир был заселён людьми. Ты знаешь, что это за существа? Не важно, я примерно опишу их. Представь: почти полностью без шерсти, только головы мохнатые(не без исключений), уши маленькие, передние и задние лапы - прямые, и стоят, и ходят, и даже бегают эти глупцы на задних. Совершают необдуманные поступки, беспокоятся о глупых вещах, к примеру их лысые морды или формы туловищ волнуют людишек не меньше, чем большинство моих сородичей продолжение рода. эти существа переживают о смысле своего существования, думают и анализируют. У них есть возможность строить уютные дома и пригревать в них маленьких микисов. Точнее, была такая возможность. Сейчас этих глупцов уже и вовсе не существует. В нашей семье никто не знает, как именно человеческие игрушки исчезли. Только старейшина - 38-летняя кошка, та самая, которая стояла на поляне и которую все столь внимательно слушали. Она помнит всё. Говорит, что раньше и она, и те, кто давно погиб, ничего не думали. Были лишь домашними животными для людей, которые, в свою очередь, любили нашу глупую гордость и заносчивость. Все, о чем мы думали - игрушки, тепло и вкусная пища. В целом ничего не изменилось, только, как сказала старейшина, мы стали собой. Эта черта характера называется "человечность" и, собственно говоря, мы получили её. Какие-то малыши рождаются все ещё с доминирующими животными чертами, но большинство из нас тонко чувствует. У нас нет неких "оркестров", нет театров и той штуки, которую люди звали интернетом. Мы поём ночные серенады друг другу, посвящая свои песни лёгкому редкому дождю и жарким дням. Мы сохраняем гордость в любой ситуации и уважаем старших. Кошачья жизнь течет своим чередом изо дня в день. Старейшина говорит долго. Некоторые из окружающих меня кошек и котов свернулись калачиком, устраивая пушистые мордочки на лапах, но так и не сводя узких зрачков с престарелой дамы на поляне. Я не решилась последовать их примеру, продолжая сидеть, гордо выпятив грудь. Не то чтобы я особо хотела ее выпячивать, просто строение грудной клетки такое было. Старейшина говорила обо всем подряд. Сначала, как я ранее упоминала, кошка промурлыкала краткую историю развития нашего шерстяного общества. Нет, мы не особо поменялись, если сравнивать с прежними временами, но все же изменения были, и наша семья ими явно гордилась. После короткого урока истории Старейшина перевела взгляд на младших по званию - в среднем это были коты и кошки лет 30. Самым нормальным сроком жизни моих сородичей были 20 лет, так что 38 лет были вообще запредельными. А вот 30 уже не так далеко, да вот только это не отменяет того факта, что до этого возраста мало кто доживал. Группа более обветшалых на вид хвостатых прошуршала по траве лапами, окружая главную по всем фронтам. Та неловко кашлянула и вместо нее начал говорить хорошо знакомый мне кот. Он был в этой компании не из-за возраста, а из-за того, что являлся каким-то правнуком для старейшины. Рыжий котяра с голубыми глазами свысока оглядел собравшихся, избегая мою фигуру, смешавшуюся с ночной мглой. Он был до ужаса горделивый и во всем искал выгоду. В общем-то, как и я. Был очень умный, а злым назвать его было сложно - понятие это растяжимое и не назвать его добреньким тоже нельзя. Несомненно, кот не был обделен ни харизмой, ни ораторскими навыками. Его низкий голос звучал приятно. Я знала нотки этой напряжённой серьезности. Что-то важное сейчас будет промурлыкано в тишь ночи. Я не ошиблась. Всего пару предложений спустя вокруг меня восстала волна из котов. Разноцветная и разношёрстная волна поднялась надо мной, выплескивая наружу то злобное мяуканье, то неловкие восклики, переходящие в это особое то ли рычание, то ли мурлыканье. Коты были против. Все. Никому не понравилось то, что передал какой-то там правнук старейшины от нее самой. Дабы не напрягать вас догадками, я кратко процитирую. Сразу предупреждаю, что говорить столь завуалированно я не собираюсь и все эпитеты, сравнения и чего-то там ещё я убираю с глаз ваших долой. "Наша с вами бабушка больна. Конечно, столько лет прожить, помнить ещё то самое докошачье время и почти что создать нашу семью с нуля. Все это требует немалых затрат: как психологических, так и физических. Она умирает и хочет успеть передать нам свои последние воспоминания и знания о жизни. В книгах, которые некоторые особо умные индивидуумы читают, упоминается огонь. Где-то его добывали с помощью природы-палка о палку, молнии или линзы, а где-то люди сделали для создания огня отдельные приборы. К примеру, зажигалки. А мы, кошки, не нуждаемся в огне. Нам тепло почти всегда, мы видим в темноте и можем питаться сырой пищей. Однако, огонь, как сказала бабушка, нужен нам. Если мы хотим остаться на том уровне развития, какого уже достигли, то можем просто забыть о возможностях огня. Но пламя необходимо, если мы хотим достичь прогресса в изучении этого мира. Бабушка хочет попросить некоторых из вас отправиться на поиски чего угодно, что могло бы дать нам огонь или как-либо натолкнуло бы нас на догадки о том, как достать его.» Речь была долгая, почти всё время из неё рыжик говорил о важности дела. Вряд ли кто-то из даже самых озорных и непослушных согласился бы на подобный риск. К слову, больше всего мне понравилось заключительное предложение монолога. «В вашей душе должно воспылать пламя, которое поможет вам в поисках его в нашем мире.» Я встала на все четыре лапы, выгибаясь в спине. Терять уже нечего. Кошки и коты вокруг даже не посмели попытаться остановить меня. Вот я уже стою перед знакомой элегантной мордой. Ух, вот бы расцарапать её подобру-поздорову… Э нет, не намерена я марать свою репутацию ещё сильнее. Кот не смотрит мне в глаза. Его узкие зрачки пробираются куда-то внутрь. Прочитать пытается. В нашей семье к ближайшим родственникам старейшины принято обращаться так же, как и к ней самой. Рыжик опускает голову, а я, не жалея слюны, облизываю его лоб. Что за традиция такая, какой котодурак её выдумал? «Наоми, ты что-то хотела?» Этот шерстяной носок всё ещё позволяет себе называть меня по имени. Ладно, дело есть дело. «Я готова идти.» Вокруг зашелестели голосами хвостатые, обсуждая мой выбор. Их легче лёгкого напугать. Кто-то в толпе плаксиво мурлыкнул моё имя — вероятнее всего, это мама. «Завтра после жары ты обязана быть тут. Бабушка расскажет тебе всё, что нужно знать.»  Он, не подавая вида, чувствовал себя некомфортно. Уж я-то знала, что он ощущает. Все начали разбредаться. Слышно было, как некоторые индивидуумы обсуждают моё решение, как где-то, уже вдали, истошно мяучет моя мама, как группа старых котов и кошек убегают по траве вглубь разрушенных домов. С одной стороны- все были рады, что я перестану смущать их своим присутствием. Взглянув с другого ракурса, вполне понятно, что даже чёртов рыжий беспокоится о моём решении. Мы - семья. Каждый из нас важен. В ночи почти никто и никогда не улавливал движения моего силуэта. Иногда я открывала глаза, слыша рядом шорохи, но, чаще всего, облик мой сливался с мрачным окружением. Ночлег я устроила еще год назад под одной крышей. Тут было старое гнездо ласточки, куда буквально через месяцев шесть прилетела гнездиться одна маленькая «семейка». В то время я поменяла место жительства где-то на недели две, но, вскоре вернувшись, нашла два маленьких яйца. Похоже было, что мать микисов съел кто-то из котов. Может тут и отец был, но его либо постигла учесть жены, либо же он улетел с попутным ветром, поняв, что кошачий город - не лучшее место для продолжения рода. Всего через неделю моего тщательного отогрева птичьих яиц на свет появились крохи-птенцы. Я долго думала что делать с ними. Отвечать за малышей как мать я не смогла бы. Я — кошка, они — будущие птицы. Может червячков я и откопала бы каких, да вот с какой вероятностью эти малыши выживут даже один час без меня? Вокруг шастают сотни представителей семейства кошачьих, так что один писк ровняется их неминуемой смерти. Но всё же… Я должна помочь микисам другого вида. Обратиться к кому попало на счёт помощи я не могла, так что единственный кот из нашей семьи, который помог мне — мой брат. Черно-белый кот с жёлтыми, как у меня, глазами. Он всегда был добр ко мне, даже после происшествия с рыжиком согласился помочь. Порой я просила его посидеть с птенцами, и он честно выполнял мою просьбу. По его словам, пару раз по крыше ходили другие коты, стараясь найти злополучное гнездо, но всегда уходили ни с чем. Пока брат сторожил гнездо я откапывала парочку мелких червячков и приносила их малышам. Те не пугались меня, потому что первой мордой, которую они увидели при появлении на свет, являлась моя собственная, своей мамой они честно считали меня. А через месяца два они улетели. Долго пытались научиться летать, делали это самостоятельно, спрыгивая с балок чердака на пол, и вот, спустя некоторое время, они улетели, оставив меня сидеть под треугольником крыши в одиночестве. На следующий день я честно пришла к поляне. По темноте и прохладе идти было приятнее, чем по раскаляющему землю и воздух солнцу. Рыжик сидел рядом со своей бабушкой, мирно сопящей в вытянутые перед собой лапы. Подошла я тихо, сама знала, что моих шагов практически не слышно. Какой-то там правнук старейшины удосужился кинуть свой оценивающий взгляд на меня. После того происшествия мы с ним даже толком не общались, не обсудили ничего, просто игнорировали и избегали друг друга. Удобно устроившаяся на траве кошка приоткрыла глаза и подняла на меня взгляд. Я точно знала, что она не первый месяц стоит перед очень тяжким выбором. То ли своего какого-то там правнука нравоучить, то ли меня успокаивать, даже если и поздно уже. «Ты скажешь мне, почему ты решила пойти добровольцем?» «Я уверена, что вы и сами всё прекрасно понимаете, бабушка.» Я уселась на траву, всматриваясь в потерянный взгляд старой кошки. Она, вероятнее всего, очень устала. «Я могу лишь предполагать, Наоми. Мне не столь важны причины, то правда, но, если ты делаешь это на эмоциях… Лучше тогда просто вернись к жизни простой кошки.» «Я не могу. Вы лучше всех в нашей семье знаете, что в этом мирке меня до сих пор принимает лишь безумец. Мне уже вовсе не хочется что-то кому-то доказывать, просто расскажите мне про огонь, и я пойду искать его.» Старейшина обречённо вздохнула и свернулась калачиком. Любят же в этой семейке поболтать. «Знаешь, кошек в мире сотни тысяч. Наш городок — лишь малая часть от всей земли, на которой мы живём. И людей было много. Люди были разных национальностей и рас. А ещё у них была такая штука… Наука. Человеки изучали мир, где мы с тобой живём. Что и почему происходит, как улучшить условия вокруг себя и для чего они все вообще появились на свет. Но всему в мире есть что-то противоположное. Некоторые люди придумали религии и возложили на своих богов всё плохое и хорошее. Когда я ещё жила в доме человека, я многое слышала об религии. И в одной говорящей коробке я часто слышала о греческой мифологии. Не знаю значение этого слова, но, вероятнее всего, это тоже как-то связано с человеческой верой. Долго слушала я эти рассказы и в одном их них рассказывали о неком Прометее. Человекоподобный титан, пожелавший разделить с людьми огонь. Пламя было важно для этих крохотных существ - оно позволяло им готовить вкусную пищу, греть свои дома, частенько оно помогало в науке. Нам нужно это. Твоя задача вполне проста — если ты и правда идешь на это в здравом уме, то обязана найти либо сам огонь, либо то, с помощью чего мы могли бы его сделать. Хотя, даже если ты не найдешь его, тебя с радостью примут обратно. Ты уверена в своём желании идти?» Конечно же я не была уверена. Даже если мы вроде приняли точное решение, внутри почти всегда будут скрести коготками отклики неуверенного ожидания провала. Сомнения, которые так легко не отпустят. Я безучастно повела плечами. Давать точный ответ глупо и бесполезно, всё равно Старейшина понимает, что я особо не горю желанием что-то искать и потом возвращаться. Но это — мелочи. «Чей-то труп разговорить проще, чем тебя. Наоми, не делай поспешных решений. Огонь нам нужен для развития, но, если что, мы найдём кого отправить.» Этот рыжий говорит так уверенно. Вроде заботится, однако что-то он не волновался так же, когда наши дети погибли. Что? Я забыла рассказать, какой ужас… Около года назад я встретилась с голубоглазым мейнкуном, который прямо сейчас возвышается передо мной. Своими размерами и харизмой, притягательными манерами и родословной он приманивал к себе всех молодых домин с округи. А мне было фиолетово. Тоичи казался мне глупым выскочкой, высокомерным избалованным юнцом, тем еще вертихвостом. Ну и получилось так, что я с ним сдружилась. В общем и целом, всё оказалось именно таким, как я и думала. Только он ещё был простоватым добряком, умеющим веселиться и отдавать свою стремительно угасающую любовь, ускользающую, как маленькая речушка по раскаленным камням. Сам он был шустр и активен, много говорил и думал. Любовь и у меня была стремительна. По началу. Как работают души котов и кошек я не знаю, но мне кажется, что сначала это была искренняя любовь. Глупая, детская, наивная и искренняя. Месяцев через пять я родила. Два микиса. Один сразу появился на свет мёртвым, второй умер через пару часов. Ни я, ни он - мы оба не плакали и не кричали на луну за пропавших малышей. Он ушёл. Я вроде понимаю почему так случилось - ему стало страшно, и он не мог более бороться со своим ужасом. Наверное, где-то внутри ему было жаль, но вряд ли он это признает. Тоичи стал взрослым за одну ночь. Юные домины уже через неделю начали сменяться как листья. Почти каждый раз, когда я видела его, он был с новой кошкой. Может быть, как раз из-за потери микисов я и решила заботиться о птенцах. Эта история моей жизни и заставила большинство отвернутся от меня. Раз их «принц» не пожелал остаться с глупышкой Наоми, то стоит ли с ней вообще связываться? Я ушла от старейшины и Тоичи с пожеланиями удачи. Вероятнее всего, рыжий будет бояться моего возвращения. А внутри себя надеяться на него. Я взяла на себя огромную ответственность. Тяжкая, удушающая ноша возлегла на мою чёрную спину, выпуская из обители моих родных и близких. Я должна найти огонь. Есть ли он в этом мире или его уже никогда не получится найти — не важно. За это время у меня есть шанс обрести новое желание и цель. Либо остаться никем.