Часть 1

Он уверял меня, что всё будет нормально, но, возможно, слово «нормально» имело для нас разное значение. — «Моя тёмная Ванесса», Кейт Элизабет Расселл. Ей бы дать почитать Набокова. Коли светом не светит дом, Никому и не прилетело Что томиться с июля в нём. Он тоскует: уже четырнадцать. Мы всё время чего–то ждём, И устало из сгнившей милости Себе пассию наскребём. В ней не видно ни чувств, ни зрелости. Только мощный такой проём Из зияющей злом наивности, Заправляющей новым днём. Будто благо носят под Богом. Молока окраины ломкие Расплываются сладким мором. Комнатой стулья робкие, Прибиты гвоздями с полом, Завершаясь особняком: Детским пломбирным взором. Мелкая по велению подберёт Ему млечный путь, языком послушно Лепечет — страшно лелеет жуть. Нежно слизанно над губой. Отдан ему поклон Приурочен к улыбке жест, Грубый исход на кон. Сводит хрупкий изгиб плеча, Наполняется спазмом грудь Пока ей ещё тринадцать, Бес прикрас разреши уснуть. Заставляешь раздеться, Лечь и ничем себя не прикрыть. Просишь склониться к старшим, Гордо по глади плыть. Ей совсем немного осталось. Себя в тебе заточить.