Часть 11 (в новой редакции)

      Свободного времени у Уильяма почти не осталось. Дополнительные занятия по зельеварению, домашние задания и бесконечные эссе для профессора Снейпа занимали едва ли не каждый вечер. Вот и сейчас, в субботнее утро, мальчик сидел в библиотеке, сосредоточенно выводя строки об использовании защитных щитов и их классификации.       Больше всего его раздражало то, что задание вообще не имело отношения к зельеварению. Это была тема по Защите от Тёмных искусств — предмету, который вёл вовсе не профессор Снейп. Однако выбора не оставалось. Если декан сказал, что к следующему занятию ждёт эссе, значит, оно должно быть готово.       К счастью, тема оказалась несложной. Защитные щиты Уильям успел неплохо изучить ещё до поступления в Хогвартс, поэтому дополнительная литература понадобилась ему лишь несколько раз, чтобы уточнить отдельные детали. Закончив работу, он поставил последнюю точку, аккуратно свернул пергамент и с облегчением убрал его в сумку.

***

      После обеда у команды Слизерина состоялась первая тренировка по квиддичу.       Почти два часа Уильям провёл в воздухе. Капитан гонял новичков без всякой жалости, заставляя снова и снова повторять одни и те же манёвры. К концу тренировки у мальчика гудели руки, а от холодного ветра горело лицо.       Когда игроки наконец разошлись, Картер направился к выходу со стадиона. Возле трибун его уже ждал Драко.       По выражению лица Малфоя было ясно — увиденное ему совершенно не понравилось.       — Что случилось? — Спросил Уильям.       — Всё очень плохо. — Трагическим голосом произнёс Драко. — Мы всем продуем.       — Неужели настолько все ужасно?       — Даже хуже. Охотники постоянно теряют квоффл, загонщики едва попадают по бладжерам, защитник пропускает почти всё подряд… Уилл, теперь вся надежда только на тебя.       Картер лишь усмехнулся.       — Не преувеличивай.       — Ничего я не преувеличиваю. Не зря крестный жаловался отцу.       Картер удивлённо посмотрел на него.       — Только не говори, что профессор Снейп обсуждает с твоим отцом квиддич.       — И что такого? Все обсуждают квидич. — Драко пожал плечами и удивлённо посмотрел на Уильяма.       — Не знаю… — Признался Уильям. — Просто мне сложно представить профессора Снейпа… ну… человеком, который вообще интересуется спортом.       Драко рассмеялся.       — А вот и зря! Отец рассказывал, что в школе крестный был одним из лучших ловцов.       — Ловцом? Ты шутишь!       — Они и сейчас иногда берут мётлы и гоняют над нашим полем. Честное слизеринское!       Уильям невольно представил сурового профессора Снейпа, стремительно несущегося за снитчем, и тихо рассмеялся.       — Хотел бы я это увидеть.       — Поверь, зрелище незабываемое.       Некоторое время они молча шли по дорожке. Потом Уильям неожиданно спросил:       — Слушай… а у профессора Снейпа есть семья?       Драко посмотрел на друга.       — Ты про жену?       — Ну… жена, дети…       Драко покачал головой.       — Нет. Крестный никогда не был женат.       Он вдруг загадочно улыбнулся.       — Хотя…       — Что?       — Однажды я услышал такоооое… Ты ни за что не поверишь.       Уильям усмехнулся.       — Тебе когда-нибудь говорили, что подслушивать нехорошо?       — А я и не подслушивал. Просто… дверь была открыта.       Уильям рассмеялся.       — То есть ты подслушивал.       — Ничего подобного! — Возмутился Драко. — Малфои не подслушивают! Они просто… оказываются рядом с очень громкими разговорами.       — И что же тебе сообщили эти очень громкие разговоры?       — Во-первых, не мне. Во-вторых… — Драко понизил голос и заговорщически огляделся по сторонам. — Оказывается, в школе мой крестный был влюблён… И она его бросила!       Уильям хмыкнул.       — Почему-то меня это совсем не удивляет…       — Уилл! — Возмущенно воскликнул Малфой.       — Что? — Невинно пожал плечами Картер. — Наш декан не производит впечатления человека, с которым легко ужиться.       — Ты просто его плохо знаешь! — Обиженно буркнул Малфой. — И вообще, это ещё не самое интересное.       Он сделал выразительную паузу.       — Ты ни за что не угадаешь, кто это был.       — Насколько мне известно, Прорицание начинают изучать только с третьего курса. Так что либо говори, либо перестань мучить меня загадками.       — Только поклянись, что никому. — Поспешно потребовал Малфой. — Иначе отец меня убьет. А я, между прочим, единственный наследник древнего рода.       — Мерлин, Драко! Или говори, или…       — В общем, наш профессор был влюблен в мать…       — Мистер Малфой!       Оба мальчика вздрогнули и резко обернулись. За их спинами, скрестив руки на груди, стоял профессор Снейп.       — П-профессор Снейп… — Побледнел Драко. — А мы… вообще-то… обсуждали профессора Квиррелла.              Северус вопросительно приподнял бровь.       — Неужели?       — Д-да… Уильям всё слышал…       На губах Снейпа появилась едва заметная усмешка.       — Если мой слух меня не подводит, мистер Малфой, несколько секунд назад вы весьма оживлённо обсуждали личную жизнь одного из преподавателей Хогвартса.       Драко растерянно посмотрел на Уильяма, словно ожидая помощи, но тот лишь едва заметно пожал плечами.       — Правда? — С самым невинным видом переспросил Малфой. — Странно… А мне показалось… что это были вовсе не мы.       — Вот как? — Сухо произнёс Снейп. — И кто же?       — Голоса.       — Голоса?       — Ну… дверь была приоткрыта… рядом висела картина… потом послышались голоса… — Драко торопливо кивнул. — Я… мы… просто… проходили мимо.       — Понятно. — Снейп задумчиво склонил голову. — В таком случае мне действительно стоит написать Люциусу и Нарциссе. Судя по всему, в Малфой-мэноре завелись крайне разговорчивые стены.       — Нет-нет! Это были не стены! — Выпалил Драко и тут же понял, что сказал лишнее. — То есть… я хотел сказать… я как раз шёл по мэнору, проходил мимо кабинета отца… дверь была приоткрыта… и вдруг услышал какие-то незнакомые голоса. Вот я и подумал: кто же это разговаривает в кабинете моего отца?       — В кабинете вашего отца? — Вкрадчиво переспросил Северус.       — Вот именно! — С жаром подхватил Драко. — Представляете, какая наглость? Я и сам удивился!       В глазах Снейпа мелькнула насмешка.       — И о чём же столь бесцеремонно беседовали эти… голоса?       Драко бросил отчаянный взгляд на Уильяма.       — О… о профессоре Квиррелле… и… и… матери…       Снейп едва заметно прищурился. Драко невольно съёжился. В этот момент он заметил неподалёку Рона и Гермиону, и его лицо внезапно просияло.       — Матери Уизли!       — Рона? — Ошеломлённо переспросил Уильям.       Он перевёл взгляд с Драко на профессора и невольно представил сурового декана Слизерина во главе шумного семейства рыжеволосых Уизли.       Удержаться оказалось невозможно. Уголки его губ предательски дрогнули. Это не ускользнуло от Северуса, он поджал губы, но ничего не сказал.       Для убедительности Малфой-младший добавил:       — Они так и сказали: «Это гря… гра… гро… озная рыжая Молли Уизли!» Честное слово!       Он нервно улыбнулся, но, встретившись взглядом со Снейпом, тут же побледнел.       — Ну… мы, пожалуй, пойдём. Нам ещё уроки делать…       Драко поспешно дернул Уильяма за рукав.       — Мистер Малфой. — Спокойно произнёс Снейп.       Блондин замер.       — Идите, но впредь постарайтесь не обсуждать личную жизнь преподавателей. В противном случае ваш факультет лишится баллов… а ваш отец получит письмо с просьбой выяснить, почему в его кабинете регулярно звучат столь разговорчивые голоса.       Драко шумно сглотнул.       — А вы, мистер Картер, останьтесь.       Малфой бросил на друга выразительный взгляд, после чего поспешил удалиться.       — Да, сэр. — Спокойно ответил Уильям.

***

      Когда Драко скрылся за дверями замка, Северус перевел взгляд на Уильяма.       — Мистер Картер, надеюсь, эссе о защитных щитах уже готово?       — Да, сэр. Но… я не совсем понимаю…       — Зато я понимаю. — Голос Снейпа стал холоднее. — Профессор Квиррелл утверждает, что на его уроке вы не смогли ответить на элементарный вопрос. Как это понимать, мистер Картер?       Уильям замялся.       — Я… плохо себя чувствовал.       Несколько секунд Северус молча смотрел на мальчика.       — Плохо?       — Да, сэр. Во время урока у меня сильно разболелась голова.       На лице профессора промелькнула тень беспокойства.       — И вы обратились к мадам Помфри?       Уильям покачал головой.       — Нет, сэр.       — Почему?       Мальчик смущенно отвел взгляд.       — Я… Не люблю колдомедиков.       Уголки губ Северуса едва заметно дрогнули.       — Вот как.       Он прекрасно понимал это чувство. Сам когда-то предпочитал терпеть любую боль, лишь бы не переступать порог больничного крыла.       — В следующий раз, если вам понадобится обезболивающее зелье или что-то еще, можете обратиться ко мне.       Уильям удивленно поднял голову.       — Ко… к вам?       — Я ваш декан, мистер Картер. — Сухо ответил Северус, словно в этом не было ничего необычного. — И в состоянии приготовить несколько зелий без участия мадам Помфри.       На лице мальчика появилась едва заметная улыбка.       — Спасибо, сэр.       — Не стоит благодарности.       Снейп выдержал короткую паузу.       — Впрочем, это не освобождает вас от сегодняшнего занятия. В семь часов я жду вас в кабинете. Сначала проверю эссе, затем вы поможете мне приготовить несколько зелий для больничного крыла.       Уильям удивленно посмотрел на мужчину. Северус холодно произнес:       — Не льстите себе, мистер Картер. Мне просто нужен человек, который способен отличить корень асфоделя от полыни и не взорвать котёл.       После короткой паузы он сухо добавил:       — И, разумеется, я не намерен предоставлять подобную возможность студентам других факультетов.       Картер понимающе кивнул.       — Понимаю, сэр. Я приду.

***

      Проводив мальчика взглядом, Северус невольно вернулся мыслями к разговору, который случайно услышал после тренировки.       С Люциусом определённо стоило поговорить. Подумать только, в Малфой-мэноре обсуждают его личную жизнь. Да ещё в присутствии ребёнка.       Зельевар, как и собирался, наблюдал за первой тренировкой своей команды. Он не стал подниматься на трибуны, предпочтя остаться в стороне. Оттуда было хорошо видно поле, а игроки не отвлекались на присутствие декана.       Когда тренировка закончилась, профессор направился к замку. Впереди по дорожке шли Картер и Малфой. Северус уже собирался обогнать мальчиков, но внезапно услышал вопрос Уильяма, который заставил его невольно замедлить шаг:       — Слушай… а у профессора Снейпа есть семья?       — Ты про жену?       — Ну… жена, дети…       — Нет. Крестный никогда не был женат.       Да, я не был женат. И что с того?       Северус раздраженно поджал губы. Меньше всего ему хотелось, чтобы студенты обсуждали его личную жизнь.       Он уже почти перестал прислушиваться к бессвязным объяснениям Малфоя, когда следующая фраза заставила его насторожиться.       — Оказывается, в школе мой крестный был влюблён… И она его бросила!       — Почему-то меня это совсем не удивляет…       Наглый мальчишка…       — Ты ни за что не угадаешь, кто это был.       Перед глазами волшебника один за другим промелькнули сцены прошлого.       Лили, отворачивающаяся от него после той роковой ссоры.       Выпускной бал. Его дрожащий голос. Осторожное предложение, в которое он сам почти поверил.       Северус до сих пор не понимал, на что тогда рассчитывал. Наверное, только отчаянно цеплялся за последнюю, невозможную надежду.       — В общем, наш профессор был влюблен в мать…       Северус почувствовал, как внутри все оборвалось.       — Мистер Малфой!       Слово сорвалось с губ раньше, чем Драко успел договорить.       Почему-то именно сейчас мысль о том, что Картер может узнать правду, показалась ему невыносимой. Мерлин, только не этот мальчик.       Пока Малфой, отчаянно краснея, пытался убедить его, что разговор вообще шел о профессоре Квиррелле, Северус едва сдерживал желание усмехнуться. Каждая новая фраза звучала нелепее предыдущей. А когда Драко вдруг выпалил про сташую Уизли, он заметил, как Уильям удивленно перевел взгляд с Малфоя на него, а затем не смог скрыть улыбки.       Он решил, что речь шла о Молли Уизли.       На мгновение Северус даже растерялся.       Картер всерьез представил его мужем Молли и отцом целой армии рыжеволосых Уизли.       Мысль была настолько абсурдной, что он едва не фыркнул. Нет, он ничего не имел против рыжеволосых детей, даже наоборот… Но уж точно не от Молли.       Хотя... Пусть лучше так.       Пусть считает его кем угодно — хоть несостоявшимся супругом Молли Уизли, — лишь бы никогда не узнал о Лили.       Мысли сами собой вернулись к Джеймсу Поттеру.       Родись Гарри хотя бы месяцем позже… Может быть, Лили осталась бы жива.       Сколько раз за эти годы Северус мысленно возвращался к той осени. Война была в самом разгаре. Они только что окончили школу. Какие дети? О чем только думал этот чертов Поттер? Лили мечтала продолжить обучение, построить карьеру, увидеть мир. Он знал это. Знал наверняка.       Но этот олень думал только о себе. Наследник... Конечно, великому Поттеру нужен был наследник.       Северус болезненно прикрыл глаза.       А если бы тогда Лили выбрала его... Если бы дала ему хотя бы один шанс...       Он не позволил бы войне распоряжаться их жизнью. Он бы не забыл произнести это чертово заклинание. Конечно, у них были бы дети. Но позже. После победы. Тогда, когда мир снова стал бы безопасным.       И Лили была бы жива.       Эта мысль преследовала его долгие годы. Он понимал, что прошлое не изменить, но упрямое, беспощадное «если бы» раз за разом возвращалось, не позволяя смириться.       Он бы не поступил, как Поттер. Он бы смог ее спасти.