Часть 2.

Рабочий день только близился к завершению, но как глава отдела Гермиона решила воспользоваться своим положением и уйти пораньше, с неудовольствием отмечая, что в этом плане общение с Гарри влияет на нее очень негативно. Хотя сейчас обстоятельства были исключительные. Теперь от ее воли в полной мере зависела жизнь и благополучие другого человека, волшебника, который мало того, что остался без палочки, так еще и числился преступником, а значит, не имел возможности вернуться к нормальной жизни, и такая ответственность вдруг стала казаться ей непомерной. Вот только делать было нечего, и со своими плохо обдуманными желаниями пришлось разбираться немедленно. Попрощавшись с Гарри и отказавшись от его помощи, Гермиона приобняла оборотня и аппарировала к себе домой. Маленькая двухкомнатная квартира на третьем этаже встретила уже привычной тишиной, и девушка тяжело вздохнула, но на сей раз не от опостылевшего одиночества. Скабиор практически повис на ней, и Грейнджер еле стояла на ногах, стараясь удержать довольно крупного мужчину в вертикальном положении. На мгновение ей показалось, что она тащит домой в хлам пьяного мужа, и эта нелепая мысль почему-то показалась невероятно смешной, заставив Гермиону глупо захихикать, хотя ничего веселого тут не было. Продолжая нервно посмеиваться, ведьма довела оборотня до ванной, отмечая, что тот немножко пришел в себя и смотрит по сторонам уже более осмысленно. Или лучше сказать, озирается, словно ждет какого-нибудь подвоха. Такое настороженное поведение было вполне объяснимо, но Грейнджер оно не нравилось. Она никогда не стремилась стать чьей-то хозяйкой, не мечтала, чтобы ее боялись, и как правильно поставить себя в данной конкретной ситуации, было совершенно непонятно. Запугивать и наказывать она не хотела, однако если дать слабину, егерь моментально этим воспользуется и очень быстро обнаглеет, что не приведет ни к чему хорошему. - Где твой рогатый перстень? - полюбопытствовала Гермиона, мельком отметив отсутствие грубовато сделанного украшения. - Понятия не имею, - дернул плечом Скабиор и снова напряженно огляделся, наверное, чувствуя себя в идеально чистой ванной не в своей тарелке. - При аресте забрали. Зачем я тебе? - Будешь моим компаньоном, - не сразу нашлась девушка, - а так же по хозяйству помогать. - Это что, какая-то новая программа министерства по реабилитации? Хотя вряд ли, - сам себе ответил мужчина. - Тогда что? Неужели у вас ''светлых'' действительно появилась мода на домашних оборотней? И зачем героине войны, как ты выразилась''компаньон''? Никого не нашла и нужна секс-кукла? Не то, чтобы я возражал... Просто странно, что у тебя с этим проблемы. В смысле, с ухажерами... - Не твое дело! Мойся, давай! - Гермиона хотела в сердцах прибавить, как от него несет, но элементарная вежливость и в какой-то мере сочувствие не позволили этого сделать даже на эмоциях. В конце концов, она знала, что с егерем легко не будет. - Будешь смотреть? - немного удивился тот, и серые глаза на чумазой физиономии забавно распахнулись. - А ты что, такой стеснительный? - Нет, красавица. Просто сейчас я не в лучшей своей форме, - ухмыльнулся оборотень, но Грейнджер уловила в его голосе плохо скрываемое смущение, причем не из-за того, что нужно раздеться, а именно из-за ''формы''. - Ничего. Не бойся не оправдать моих ожиданий, - в тон ему отозвалась девушка. Она действительно не собиралась выходить из ванной комнаты, однако это решение диктовалось не только любопытством. Гермионе нужно было убедиться, что ослабевший мужчина не упадет и вообще сможет помыться самостоятельно, с чем уже, кажется, начали возникать проблемы. Как-то неопределенно хмыкнув, Скабиор принялся развязывать непослушными пальцами замызганный шейный платок, но у него плохо получалось. Затянутый узел никак не поддавался, и Грейнджер достала палочку, чтобы ему помочь, вот только ее благородные намерения были восприняты совершенно иначе и привели к довольно неожиданным последствиям. Егерь вздрогнул и отшатнулся назад, впечатываясь спиной в гладкую бежевую плитку, словно ожидая удара, что скорее всего так и было. Зажмурился и даже как-то сжался, но при этом не проронил ни слова. Такое поведение со стороны мужчины довольно сильно выбивало из колеи, заставляя подумать о том, что до этого момента вообще не приходило в голову - Скабиора и раньше трудно было назвать полностью адекватным и вменяемым человеком, а уж после войны и Азкабана его психическое состояние и вовсе не внушало оптимизма. Но как назло Гермиона уже начала ощущать за него ответственность. - Я только помогу развязать, - покачав головой своим нерадостным мыслям, пояснила девушка и взмахнула палочкой. Оборотень нервно кивнул и, отбросив шейный платок, продолжил раздеваться. Вещи падали на пол грязной неопрятной кучей, а Грейнджер старалась не пялиться на егеря слишком уж откровенно, но получалось плохо. Она всегда была любознательна, и не смотреть на интересного привлекательного мужчину, оказалось выше ее сил. Хотя то, что предстало глазам через пару минут ей не особо понравилось. Синяки, ссадины и длинные свежие шрамы явно от режущего заклинания. Все это ощутимо портило первое впечатление, но Гермиона продолжала смотреть. Полностью разоблачившись, Скабиор выпрямился, беззастенчиво демонстрируя свое тело, и девушка опять зависла. В человеческом облике оборотень был не особо мускулистым и мощным, являясь, в общем-то, обычным среднестатистическим мужчиной, а после беготни по лесам и Азкабана еще и заметно похудел, что явно не прибавляло ему очарования, хотя ведьму и такой вариант полностью устраивал, ведь откормить человека до нужных размеров всегда можно, было бы желание. Грейнджер опять усмехнулась своим мыслям и мазнула взглядом пониже живота, стараясь не задерживаться и сделать это как можно деликатнее, хотя едва ли данное определение было здесь уместно. Ничего принципиально нового она для себя, естественно, не обнаружила, мельком отметив лишь то, что волос в интимном месте у оборотня на ее вкус как-то чересчур много, но это тоже не являлось проблемой. Представив лицо Скабиора в тот момент, когда она скажет ему про эпиляцию, Гермиона снова захихикала и чуть не хрюкнула, пытаясь сдержать смех, что, наверное, выглядело даже не комично, а довольно зловеще, если смотреть глазами подопечного. Взяв себя в руки, девушка вернула себе серьезность, но в следующий момент чуть не скривилась от досады, осознав, что ведет себя как озабоченная дура или еще хуже психопатка: все-таки перед ней стоит изможденный, полностью обнаженный мужчина, наверняка желающий поскорее помыться, переодеться в чистое и нормально поесть, а она пристально его разглядывает и смеется над своими мыслями. Ниже Грейнджер еще не падала, и нужно было как-то исправлять ситуацию. - Блохи есть? - участливо осведомилась Гермиона и тут же прикусила язык. Вопрос прозвучал не слишком культурно и явно не тянул на реабилитацию. - Хрен знает. Вроде уже все высыпались, - осторожно отозвался оборотень, но голову задумчиво почесал. - Иди, купайся и, наверное, лучше садись в ванну, так тебе будет удобнее. - Ты одна живешь? - неуверенно осведомился егерь и опять посмотрел на ведьму с некоторой опаской, как совсем недавно в ее кабинете. - Если не считать кота, то одна. Я думала, ты его почуешь. - У меня сейчас сил ни на что нет, да и после полнолуния нюх на какое-то время притупляется, - Скабиор, наконец-то, залез в ванну и потянулся за лейкой душа. - Надолго я здесь? Пока не наиграешься? - Пока не наиграюсь, - подтвердила Грейнджер и после секундного колебания уселась на крышку унитаза. - А потом опять в Азкабан? - А это только от тебя будет зависеть. Голову помой раза три, а потом воспользуйся бальзамом, иначе не расчешем твои лохмы. - Чем воспользоваться? - озадаченно переспросил мужчина, внимательно осматривая широкий край ванны с вереницей баночек и бутылочек. - Белый флакон с розовым цветком, - подсказала Гермиона и, поднявшись со своего наблюдательного пункта, подошла поближе. - А это шампунь. - Приятно пахнет, - оборотень поднес к носу бутылочку с бальзамом и вдохнул тонкий цветочный аромат. - Кстати, твой запах немного изменился, и я никак не могу понять, с чем это связано, - вдруг произнес Скабиор, поднимая взгляд на свою спасительницу. - И это не примесь запаха постоянного партнера или случайного любовника. Он твой собственный. Может... ты в положении? Или тебя укусил оборотень? Нет, волка бы я точно определил. Тогда что? - Вот что у тебя за дурацкая привычка обнюхивать все подряд? - разозлилась Грейнджер и резко нажала на флакончик, который мужчина все еще держал в руках. Тугая белесая струя брызнула егерю в лицо, и он забавно сморщился, зажмурив глаза. - Меньше обнюхивай незнакомых людей! Интересно, ты случайно Сивому нос под хвост не совал? Может у вас так принято? - Да... такого со мной давненько не случалось, - недовольно протянул мужчина, стирая пальцами скользкие потеки, и полностью игнорируя насмешливый вопрос про вожака оборотней. - Но происходило? - тут же поинтересовалась Гермиона, зацепившись за слова. - Бывало. - В Азкабане? - В смысле? - искренне не понял Скабиор. - Тебя там насиловали? - Стоп, детка. Как мы вообще вырулили на эту тему? - Если не говоришь и уходишь от ответа, значит, да, - сделала свои выводы Грейнджер, недовольно поджав губы. - И что тогда, типа порченный? - со смесью злобы и ехидства осведомился егерь. - Побрезгуешь? Ванну теперь не забудь продезинфицировать. Поведение оборотня скакало почти так же, как и ее собственное. То покорный и настороженный, но наглый и своевольный, несмотря на обстоятельства, которые складывались явно не в его пользу. Сама она уже давно стала замечать, что стала нервной и вспыльчивой, но мужчина ее однозначно переплюнул, что, в общем-то, было и неудивительно и заставляло следить за собственными эмоциями с особым пристрастием, и сейчас Гермиона опять поспешила смягчить ситуацию. - Не побрезгую, - заверила его девушка, - но с этим нужно разобраться. Скажи, кто... - Да не насиловали меня там, - устало вздохнул егерь. - Я может и ничего еще, но там и без меня выбор огромный. Охранники, как правило, выбирают помоложе. А мне же скоро сорок стукнет, слава Мерлину. - Охранники? - тупо переспросила ведьма и сама не заметила, как опустилась на широкий бортик ванной. - Нет, дементоры! Сначала всю радость через пасть высосут, а потом ее же с другой стороны вернут! - опять огрызнулся Скабиор. - Авроры, конечно! И не надо говорить, что ты про это не знаешь. Твой дружок неоднократно был там, но ничего не сделал. - Не знала! И эту мерзость нужно немедленно прекратить! - Не нужно. - Что? Почему? - Потому что это не совсем изнасилование, а скорее, сделка. Сомнительное согласие. Все-таки разные вещи. - И что же такого хорошего в сомнительном согласии? - скептически прищурилась Грейнджер. - Авроры частенько забирают своих любимчиков из камер, иногда даже на выходные, и за такие каникулы многие даже рады им задницу подставить. Не самая большая цена за возможность отдохнуть от дементоров. Так что прояви милосердие, героиня, и оставь все как есть. - Это все неправильно, - покачала головой ведьма и отняла у егеря лейку душа, что бы полить ему на голову, позволив тем самым нормально смыть ароматную пену с длинных густых волос. - Но это ваш строй, ваш порядок. Тот, за который вы боролись. - Мы боролись не за возможность обзавестись рабами! - возмутилась Гермиона и осеклась. - Да что ты? - елейно ухмыльнулся Скабиор. - И именно поэтому я сейчас нахожусь здесь? Возразить было нечего, и Грейнджер молча вышла из ванной комнаты, но не потому что обиделась или оскорбилась. Нужно было принести полотенце и посмотреть, чем можно накормить неожиданного гостя. Да и об одежде следовало позаботиться заранее. Штаны и рубашку в принципе можно было и постирать но вот плащ с жилетом точно восстановлению не подлежали, и Гермиона сделала мысленную заметку, купить своему волку каких-нибудь вещей. Пока же она взяла из шкафа свободный короткий халат черного цвета, который вполне можно было назвать и женским, и мужским, и поплелась обратно. Скабиор сидел в ванной на пятках и, прикрыв глаза, просто наслаждался теплой водой, мягко стекающей по уже чистому телу. Таким он ей нравился гораздо больше, но черной подводки вокруг глаз, пожалуй, не хватало, и девушка внесла в несуществующий список дел еще один пункт: поделиться с егерем своей немногочисленной косметикой, чтобы вернуть серым глазам прежнюю выразительность. - Красавица, ты точно не носишь ребенка? - повернувшись к ней, спросил оборотень. - Ну, не так ты пахла, не так. Хотя я сам не уверен в своем предположении, никогда не обнюхивал беременных женщин. - Вот вроде ты ничего такого не сказал, но звучит странно и даже как-то омерзительно. - Почему? - Потому что у людей не принято друг друга обнюхивать, и нет, ты не прав. Кстати, давай обсудим правила поведения в моей квартире... - А может попозже? - устало и без доли привычной иронии посмотрел на нее мужчина. - Я сейчас плохо соображаю. Очень хочется спать. - Хорошо. Домывайся, вытирайся, и я покажу тебе, где лечь. - А завтра я проснусь здесь и не увижу у себя перед лицом рожу дементора? - с непонятной интонацией произнес Скабиор, убирая за уши мокрые пряди. - Скорее всего, ты увидишь пушистую мордашку моего кота, - неожиданно добродушно улыбнулась Гермиона, и в который уже раз за этот вечер усомнилась во всем на свете.