Часть 5

- Пойдем-ка лучше опять в кровать. А вот палочку здесь оставь, чтобы всякая фигня в голову не лезла, - убедившись, что в него больше не собираются бросаться заклинаниями, Скабиор подошел к дивану и, довольно легко подхватив девушку на руки, понес обратно в спальню, едва не припечатав свою ношу головой о косяк. - Что же с тобой произошло? Или ты такая с рождения? Или... вот почему изменился твой запах! Оборотень осторожно опустил Гермиону на покрывало и, наклонившись к ее трусикам, начал с энтузиазмом обнюхивать, словно это было совершенно естественным. Хотя, для того, кто время от времени превращается в животное, такое поведение, скорее всего, и являлось нормой. В какой-то степени ведьма это понимала и не спешила отталкивать от себя лохматую голову, несмотря на то, что сцена казалась ей не слишком приятной и довольно смущающей. - Ты поэтому с женихом рассталась? Я помню, в газетах писали. Ему не понравилось? - егерь весьма красноречиво взглянул вниз. - Не давал? - Что не давал? - Не подпускал к себе сзади? - пояснил Скабиор и сел повыше, чтобы их лица были примерно на одном уровне. - К тому времени мы уже не встречались, - скривилась Гермиона. - Так что произошло-то? - Проклятие прилетело, - неохотно ответила девушка и поискала взглядом свой халатик, который валялся на полу с другой стороны кровати. Сейчас, когда возбуждение сошло на нет, ей стало неуютно находится рядом с несостоявшимся любовником в одном белье, чего никак нельзя было сказать о егере. Мужчина, похоже, не испытывал ни малейшего стеснения от наготы, и Грейнджер даже немного позавидовала подобной непосредственности, но еще больше удивляло то, что ее уродство, кажется, не вызывало у партнера ни отвращения, ни жалости, только любопытство. Это одновременно и раздражало и придавало уверенности в том, что ничего страшного или позорного все-таки не произошло и можно немного расслабиться. Поговаривали, что оборотни по природе своей начисто лишены такого чувства как брезгливость, но только теперь Гермиона поняла, каким большим плюсом этот, в общем-то, маловажный факт может для нее стать. Ведь вполне возможно, что для того, кто каждое полнолуние вылизывает свои шерстяные яйца, а потом еще несколько дней вычесывает из волос блох, ее изъян не покажется таким уж отталкивающим. - Интересное какое проклятие, - опять оживился Скабиор. - И в чем суть? - Да ты что? Давай и тебе какое-нибудь веселенькое проклятие подберем? - оскалилась девушка, уже взяв себя в руки. - Не, мне не надо. Слушай, а может у тебя и хвост есть? Дай посмотреть, - игриво улыбнулся егерь. - Мне нравятся всякие необычные штуки. И вообще, чего ты так взвилась? Я не понял. Разве член это плохо? А-а... - мужчина вдруг стал совершенно серьезным, и на лице как будто бы отразилось осознание, - до меня, кажется, дошло. Ты из-за размера комплексуешь, да? Так не надо. Ну, и что, что маленький. Как говорится, размер не имеет значения. Даже хорошо: такой и в рот удобно брать, и сзади принимать легче. Абсурдность ситуации достигла своего апогея, и Гермиона засмеялась, откидываясь спиной на подушки. Оборотень совершенно не понимал ее настоящих переживаний и в качестве объяснения умудрился придумать такую ерунду, что ведьма даже позабыла о том, как тяжело и мерзко было на душе всего несколько минут назад. Она не могла злиться или обижаться на этого человека, который вроде бы искренне хотел ее приободрить и утешить. Открытость и прямолинейность Скабиора здорово подкупали, и в какой-то момент Грейнджер решила броситься в омут с головой и поверить, что все еще может наладиться. - Что смешного? - сохраняя не свойственную ему полную серьезность, поинтересовался егерь и прилег рядом. - Я теперь гиена, - с неожиданной для себя легкостью произнесла Гермиона. - А у самок гиен есть ложный член. Насколько я смогла выяснить, изначально это никакое не проклятие, и многие женщины из африканских племен очень хотели стать такими и умели перекидываться в зверя, но я так не могу. Уж не знаю, специально тот пожиратель изменил заклинание или просто накосячил с ним... - Вот это поворот! Ты гиена, я волк, мы идеальная пара! - с восторгом перебил ее мужчина. - Давай уже что-нибудь попробуем. Как ты любишь? - Понятия не имею. У меня не было возможности поэкспериментировать. - Чего? Ты им даже пользоваться не умеешь? - недоверчиво прищурился оборотень и потер густо подведенный черным карандашом глаз. - Не умею, и не уверена, что хочу учиться. Я найду способ снять проклятие, ведь теперь знаю откуда оно пошло. А ты будешь об этом молчать до конца своей жизни. Никто не должен узнать, иначе пожалеешь. Ты дал непреложный обет, поклялся, что ни при каких обстоятельствах не навредишь мне, а если сболтнешь лишнего, это точно будет считаться вредом, и сама магия тебя покарает. Понятно? Я не хочу угрожать и надеюсь, что мы договорились. - Вот это сейчас совсем неромантично было. Не собирался я никому ничего говорить. Во-первых, ну, кому мне рассказывать, у меня ни друзей, ни собутыльников не осталось. Во-вторых, каким образом, я же теперь обитаю только здесь под твоим присмотром. А в-третьих, как-то даже неловко распространяться о том, что тебя имели в задницу, пусть и баба, и героиня войны. Хотя, что-то в этом, пожалуй, есть, - задумчиво подытожил Скабиор. - Я не собиралась тебя насиловать, - неуверенно протянула ведьма, раздумывая над собственными словами. - Звучит неубедительно и даже как-то обидно. Неужели я настолько непривлекательный? Не став дожидаться ответа, оборотень подался вперед и опять прикоснулся к губам своей госпожи в нежном поцелуе, и Гермиона с легкостью его приняла. По каким-то совершенно непонятным причинам этому наглому, невоспитанному и неопрятному мужику удавалось снова и снова ее очаровывать. Ее. Одну из самых выдающихся выпускниц Хогвартса, героиню войны и начальника собственного отдела в министерстве магии. Весьма вероятно, что дело было в извращенном и дурном вкусе, однако ранее девушка не замечала в своих пристрастиях ничего необычного. Меж тем Скабиор, почувствовав полную свободу действий, начал спускаться ниже, покрывая шею и ключицы любовницы влажными поцелуями. Он не торопился, стараясь растянуть удовольствие для них обоих, и Грейнджер была благодарна за эти медлительные ласки. Она не любила быстрый секс и нетерпеливых партнеров, которые слишком спешили в нее войти, даже толком не возбудив, и в этом плане егерь выгодно отличался от немногочисленных бывших парней. С потайной застежкой бюстгальтера, хитро спрятанной в кружевах, мужчина возился довольно долго, и в конце концов, ведьма расстегнула ее сама, позволяя снять с себя верхнюю часть белья. На этот моменте энтузиазма у оборотня явно прибавилось, и он тут же прильнул к небольшой аккуратной груди, кажется, окончательно убедившись во вседозволенности своих действий. Теплый рот втянул твердую горошину соска, заставляя Гермиону довольно застонать и выгнуться, подставляясь под такую приятную ласку. Широкая ладонь накрыла вторую грудь, по животу скользнул растрепанный, похоже даже нерасчесаный хвост, и девушка невольно захихикала, хватая и зажимая в кулаке щекотавшие ее пряди. Со Скабиором было на удивление легко, и Грейнджер уже не сомневалась в правильности решения завести ''ручного волка''. Небольшой моральный дискомфорт вернулся лишь тогда, когда этот самый ''волк'' шустро стянул с нее украшенные рюшами трусики, единственное действие, которое он сделал быстро, явно торопясь, словно боялся, что его могут остановить и оттолкнуть. Оставшись полностью обнаженной, Гермиона замерла и напряглась, но никаких ехидных комментариев кроме самодовольного ''а у меня больше, солнышко'', к счастью, не последовало, а в следующее мгновение по ее новому органу игриво прошелся горячий, немного шершавый язык, заставляя вскинуться от неожиданности и приподняться на локтях, чтобы столкнуться взглядом с хитрющими светлыми глазами егеря. Не отрываясь от своего занятия, мужчина ловко устроился у нее между ног и наконец обхватил губами маленький ствол, вбирая его в рот почти полностью. Ощущения захлестывали, но где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что сосет оборотень просто отлично, для чего явно нужна была богатая практика. Периодически Скабиор сползал ниже, чтобы приласкать любовницу как женщину, однако почти каждый раз ведьма тянула его за волосы обратно, заставляя вернуться к минету. Нет, егерь все делал правильно, словно угадывая, и проходясь языком именно там, где нужно, но влажный от слюны ''член'' неприятно обдавало прохладой, и Гермионе сразу же хотелось возвращаться в теплую глубину чужого рта. И не только рта. Эротические фантазии расцветали пышным цветом, жажда наслаждения застилала разум, и девушка наконец решилась. - Постой... я хочу... по-другому. - Да знаю, чего ты хочешь, я ведь тоже мужик, - ухмыльнулся оборотень, поднимая голову и облизывая припухшие губы. - Скотина. - Лежи. Сам все сделаю. Дотянувшись до прикроватной тумбочки, егерь взял флакончик со смазкой и щедро выдавил на пальцы прозрачный гель. В этот момент на его лице сложно было разглядеть какой-то особенный энтузиазм или предвкушение, но тем не менее, мужчина не стал затягивать и, быстро смазав партнершу, начал опускаться на нее, медленно принимая в себя и помогая рукой. В первые минуты Скабиор явно привыкал. Прислушался к своим ощущениям, осторожно поерзал, опять замер, сосредоточенно закусил губу, а потом потянулся к собственному члену, видимо, чтобы сохранить эрекцию. А сама Гермиона просто потерялась в ощущениях. На нее лавиной обрушилось удовольствие, о котором она уже давно тайно мечтала, и в реальности оно оказалось куда сильнее, чем можно было предположить. И самое главное, что сейчас с ней рядом находился человек готовый разделить на двоих наслаждение от этой необычной близости. Желая отблагодарить любовника, да и просто к нему прикоснуться, девушка отбросила его кисть и сама обхватила пальцами твердый ствол, вспоминая порядком забытое ощущение, когда под твоей рукой мягко скользит подвижная бархатистая шкурка. Довольно выдохнув, егерь немного приподнялся и снова опустился, подстраиваясь под неторопливые ласки партнерши, и Грейнджер вцепилась в его бедро второй рукой, не справляясь с захлестывающими эмоциями. Ей вдруг захотелось совершенно другого ритма, быстрых и резких движений, но она прекрасно понимала, что в данный момент Скабиор точно не оценит ее страстных порывов. Мужчина все еще привыкал к проникновению и покачивался на ней плавно и медленно, хотя уже гораздо более уверенно и свободно. - Идеальный размер. А то обычно у меня на этом моменте всегда падает, - доверительно сообщил оборотень, поглаживая себя по груди и играясь с сосками. - Ты такой красивый, - вырвалось у ведьмы как-то совершенно невпопад. - Я старый, грязный, блохастый волк. Никогда бы не подумал, что у героини войны встанет на такого как я. Неужели мне хоть в этом повезло... Гермиона хотела ответить, но отвлеклась, снова залюбовавшись своим любовником. Ее ладони скользнули по его бедрам, и оставшийся без внимания член соблазнительно покачивался в такт движениям Скабиора. И сейчас этот мужчина действительно казался ей самым красивым и желанным. Постепенно партнер освоился и теперь двигался настолько грациозно, беззастенчиво выставляя себя напоказ, что девушка не могла сосредоточиться ни на чем кроме удовольствия. - Тебе, наверное, уже побыстрее хочется, - словно прочел ее мысли егерь. - Тогда придется сменить позу, у меня не настолько много опыта, чтобы скакать на члене. Мне чисто физически это неудобно. Грейнджер не стала спорить, но как только партнер отстранился, ощутила резкое чувство потери и неприятную прохладу. Хотелось побыстрее вернуться в тугую и скользкую глубину его тела, однако, несмотря на возбуждение и похоть, она слабо представляла себя в активной роли. Очень не вовремя вернулись комплексы, сомнения и страх сделать что-то не так, и девушка поспешила сесть, притягивая ноги к груди, словно отгораживаясь от своего любовника, который расположился рядом, широко расставив колени и опустившись на локти. - Я жду, красавица, - мурлыкнул Скабиор, склонив голову набок. - О чем задумалась? О, нет. Срочно прекращай думать, это вредно для эрекции. Ну, же. Возьми меня, отомсти... - Но я не хочу тебе мстить! Слова егеря, которые, скорее всего, должны были ее распались, возымели прямо противоположный эффект. Гермионе стало настолько противно ото всей этой ситуации в целом и от себя самой в частности, что продолжать она уже не могла и просто впала в ступор. Мало того, что у нее появился настоящий раб, так теперь он вынужден исполнять роль сексуальной игрушки, удовлетворяя ее извращенные фантазии. Конечно, мужчина сам к ней потянулся, но тогда еще даже не представлял, с чем ему придется столкнуться, и девушке вдруг показалось, что за своим показным желанием он мастерски скрывает отвращение, ведь разве можно искренне хотеть женщину с таким явным уродством. - Что опять случилось? - оборотень сел на пятки и с тревогой посмотрел на любовницу. - Я не такая... я не хочу тебя принуждать и тем более насиловать, не хочу ни за что мстить. - Опять, твою мать... Руку дай, - Скабиор резко схватил ее за запястье и прижал девичью ладонь к своему твердому члену. - Это что, похоже на принуждение? Да у меня хрен знает сколько никого не было. Наверное, еще дольше, чем у тебя. Ты чо, думаешь, я прикалываюсь так что ли? Все. Иди сюда, будь уже мужиком! Поняв, что так дело не сдвинется с мертвой точки, егерь снова полез целоваться, укладывая строптивую партнершу обратно на подушки и подминая под себя, чтобы та опять расслабилась, и это сработало. Истосковавшись по ласке, Гермиона таяла в сильных, уверенных объятиях, и сомнения быстро отодвинулись куда-то на второй план. Тело просило любви, которую сейчас настойчиво предлагали, и все остальное просто потеряло значение. Наверное, подобные перепады настроения и метания разума не были нормой, и ведьма в который уже раз списала непоследовательность своего поведения и изменчивость решений на нестабильную и расшатанную после войны психику. Найти себе оправдание оказалось удобно и довольно легко, особенно когда тебя поддерживают со стороны, чем сейчас и занимался Скабиор. Мужчина открыто потакал ее прихотям и отвлекал от мрачных размышлений, не давая возможности анализировать ситуацию и погрязнуть в самокопании и отвращении к самой себе. Мир опять перевернулся, в сознании вспыхнула затмевающая все вокруг похоть, и Гермиона требовательно потерлась о лежащего на ней партнера, намекая на то, что готова продолжать. Ей одновременно хотелось и отдаться, и взять, и новая природа все-таки оказалась сильнее. Оборотень снова встал на четвереньки, и девушка поспешила придвинуться сзади. Все происходящее казалось до невозможности странным, поясница устала от непривычных движений, но она уже не могла остановиться, стремясь побыстрее достигнуть пика и не отрывая взгляд от обхватившего ее ''член'' скользкого отверстия. - Давай амплитуду поменьше, чтобы не так часто выскакивал... ло... да что это вообще за орган? - Понятия не имею, но сейчас мне на это наплевать, - в несвойственной для себя манере выдала Грейнджер, продолжая двигаться, - я просто хочу тебя до одури. В тебя. - Я, конечно, очень рад, что тебе приятно... мне, кстати, тоже... но когда моя очередь? - Не сегодня! - резче, чем хотела отозвалась ведьма, чему любовник только усмехнулся. Скабиор тихо постанывал в такт ее толчкам, и наверное именно это стало последней каплей, подталкивающей к кульминации. Нельзя сказать, что оргазм ощущался как-то по-другому, но учитывая то обстоятельство, что с Роном и другими парнями ей удавалось кончить далеко не всегда, сейчас Гермиона чувствовала себя как никогда удовлетворенной, полноценной и даже счастливой. Егерь помог себе рукой, и девушка виновато улыбнулась, потому что, потерявшись в удовольствии, ей и в голову не пришло самой приласкать партнера... - Ты так хорошо на мне смотрелся... Раскрепощенно, уверенно. Чувствуется опыт, - вяло произнесла ведьма, удобно устроившись под боком любовника. - Жить захочешь, еще и не такой опыт приобретешь, - пожал плечами тот. - Один раз даже за еду хвост поднял. Может быть ты еще не заметила, но жизнь вообще дерьмовая штука. - Неправда. - Для кого как. - Неправда, - повторила девушка, приподнимая голову с его плеча и заглядывая в глаза. - Все уже позади. Война и смерти позади и это самое главное. Теперь можно жить спокойно. Пока ты будешь со мной, но потом я тебя отпущу, и ты сможешь начать новую жизнь. - Отпустишь? И что дальше? Куда мне пойти и чем заниматься? Я ведь не молодею. Что мне останется, да еще и без палочки? Вернуться в лес, откуда я и вылез? Не, без проблем, я вернусь. Но полуживотный образ существования вдали от людей никогда не был моей целью. Хотя, безусловно, это лучше чем Азкабан и дементоры. - Я добьюсь равноправия для оборотней. Может не сразу, но у меня получится, я уверена. - Ага, про домовиков ты так же вроде говорила, - рассмеялся егерь. - А что ты там вчера над своими бумажками бурчала? Убейтесь швабрами и утопитесь в ведре мерзкие тупые твари? - Я просто устала, да и они сами не знают, чего хотят, а это раздражает. Слушай, а тебе правда не было противно? - В смысле? - Заниматься со мной сексом, - нехотя пояснила Гермиона. - Ты же не можешь не понимать, что подобные... отклонения мало кому могут понравиться. Это не естественно. - А мне нормально. Даже понравилось. Когда принимаешь в себя, это совершенно иное ощущение, чем когда входишь сам. Более глубокое, тягучее... главное, чтобы партнер был адекватным и с маленьким членом. И я с уверенностью могу сказать, что я такой не один. Да взять хоть твоих африканских теток-гиен, наверняка мужики к ним в очередь выстраиваются, если там это настолько распространенное явление. И вообще, не заморачивайся по поводу всякой фигни. С тобой хорошо, и остальное уже не столь важно. Я тоже не предел мечтаний, но тебя однако чем-то зацепил. Ты могла заполучить в свою постель, наверное, любого чистенького, симпатичного, молодого волшебника, а в итоге выбрала безродного изгоя. И ладно бы, если еще поквитаться решила, но я тут как сыр в масле катаюсь по сравнению с тем же Азкабаном. Так почему ты так уверена, что никто бы тебя не захотел? Пусть даже с этим, - мужчина накрыл ладонью ее лобок и ласково потеребил пальцами расслабленный орган. - Знаешь, все твои заморочки - просто комплексы из-за недостатка внимания, секса и недоверия к потенциальным партнерам. Но в будущем давай все-таки по очереди будем сверху. Да и от минета я бы не отказался, - нахально закончил оборотень, но тут же продолжил. - А знаешь что? Я придумал, как прибавить тебе уверенности. Хочешь поиметь меня, когда я обращусь? Поверь, немногие могут похвастаться тем, что трахались с оборотнем... Вернее, что сами трахали оборотня в полнолуние. - Когда ты будешь животным? - растеряно уточнила девушка, не понимая, шутит Скабиор или говорит серьезно. - Ага. Кстати, ты ведь дашь мне зелье перед полнолунием, чтобы у меня мозг не уехал? - Конечно, дам, но вот насчет твоего предложения, однозначно нет, - замотала головой ведьма и вздрогнула, представив, как поднимает хвост огромному волку с весьма прозрачными намерениями. - Будешь лежать на коврике перед телевизором и что-нибудь погрызать. - Если я буду соображать, то могу не полностью трансформироваться. - Это даже не обсуждается! - повысила голос Гермиона, но сразу же успокоилась, задумавшись о более реальных вещах. - Как ты смотришь на то, чтобы сходить в гости к моим родителям?