Говорил.

Стив, говорил мне, что ещё можно всё исправить. Стив Роджерс, каждый день верил в это. А, Джеймс, что? Зимний солдат, лишь машина для убийств, в глазах его друзей. Робот, способный убивать. Но его друзья даже не догадывались, через что ему тогда пришлось пройти, что он пережил, что потерял. Они судили его по тому, что про него говорили в газетах, в новостях. Они боялись, что Баки, вот-вот сломается. А Джеймс, всё ещё страдал, от ночных кошмаров, дневных страхов натворить ещё чего ужасного. Когда Стив, рассказал Баки, что тот убил родителей Тони. Зимний солдат, нахмурил свои глаза, опуская их вниз, не желая встречаться с взглядом Стива. Кто он теперь, человек без прошлого, без настоящего? Каждый день, Стив говорил, что он с ним до самого конца. Память к Джеймсу возвращалась обрывками, из маленьких микрочастиц, выстраивалась большая картинка. Однажды, Стив заходит в комнату и говорит, что Баки, он, и та рыжая девчушка, едем в Бруклин. Баки не хочет. Он не может. Слишком больно. Это, как едкий дым сигарет, поражает его лёгкие, но не в этот раз. Он поражает моё сердце, там, где когда-то хранил я память. Там, кого не подпускал. Стив врал, думает Баки. Очередное задание, и Стив оставляет его одного, Зимний солдат понимает, что будет очень сложно, трудно. В одну секунду когда он отвлекается, его порядок в голове и его алгоритмы выстроенные годами перестраивается и Баки ломается снова. Машина или робот? Или новый человек? Наташа и Тони заботятся. Они теперь помогают. Всплывает фамилия Белова, Елена Белова. Запись в дневнике: Прошло уже два года. Иногда, Баки срывается по ночам, ему снятся сны, как он убивает Стива. Тони с Наташей тут как тут. Они успокаивают, говорят, что всё будет хорошо. Но мне без тебя только хуже и хуже. Запись в дневнике: На очередном задании заболел, температура. Наташа, готовит на кухне куриный бульон и шиповник с мёдом, Тони, в коридоре звонит Стиву. – Стив, ему всё хуже и хуже без тебя. – Тони, ему так будет только лучше. Поверь. – Я - то поверю, а вот он... Он сорвётся, Стив. Тони не сразу понял, что человек, о котором они со Стивом говорили, стоял в дверном проёме. И Наташа, как крестная фея, помогла ему дойти и лечь в кровать. – Стив звонил? – голос Баки доводит до чёртиков, такой хриплый, еле слышен. – Он сказал, что тебе будет так только лучше. –  Мягко говорит Тони. Баки стреляет глазами как стрелами, произносит твёрдое, – Нет. – Но Баки тут же смягчается прямо в секунду. – Возможно. Но, как видите, мне становится только хуже. Шок и аннулирование мне не помогут. И не просите доктора Бэннера, помочь в этом. – Джеймс, прекрати, – голос Наташи становится твёрже. – Прекратить что? Существование? – голос срывается на хриплый крик. – Именно. – Я не могу, это слишком сложно. Слишком непонятно так жить, в городе, в квартире, с вашей техникой. Баки трёт переносицу и морщится от собственных прикосновений, тяжело вздыхает. И впервые Наташа и Тони удивляются его стойкости и упрямству. Его мужеству. Впервые Джеймс не боится показаться слабым. Ведь он их всегда защищал. Особенно Капитана. Он улыбается, становится как–то теплее от его улыбки, а не от смертной ухмылки. Джеймс счастлив, Тони подарил ему собаку. Наташа и Тони приходят часто.