Глава 24. Гвоздь в крышке гроба

Утро. Солнце ещё не встало. Небо на востоке только начинало светлеть, но город ещё спал — тяжёлым, неспокойным сном после вчерашнего. Люди с клешнями разбежались по домам, лягушки исчезли, стулья из цитрусовых так и остались стоять посреди тротуаров. Никто не знал, как это объяснить. Никто и не пытался. Берцы стучали по крышам. Саори бежал вперёд, перепрыгивая с одной на другую, не сбавляя темпа. Ветер свистел в ушах, но он не обращал внимания. В голове — пустота. Не та, которая бывает от усталости. Та, которая бывает, когда думать уже не о чем. Всё уже решено. Он подбежал к краю крыши. Развернулся спиной и упал вниз, сделав сальто в полёте, и приземлился на корточки. Пыль осела. Тишина. Саори медленно выпрямился. В переулке никого. Только тени — длинные, предрассветные, тянущиеся от фонарей, которые ещё не погасли. --- Двенадцать дня. Юта проснулся. Прогулялся по гостинице. Сходил поел. Зашёл в комнату Саори — не нашёл его там. Пошёл к Мигелю. Прошла неделя после битвы с Августом. Они бы двинулись дальше, но Саори заказал доставку, и уехать они не могли. Юта остановился в дверях: — Ты не знаешь, где Саори? — Я его сегодня не видел, — ответил Мигель, даже не поднимая головы. --- Солнце начало вставать. А Саори уже неспеша шёл куда-то — или куда глаза глядят. Возможно, он ещё сам не решил. --- Юта: — Наверно, он опять за новой книгой пошёл. Или ещё куда-то. Мигель: — Это в его стиле. Дверь открылась. Саори зашёл. На голову натянут капюшон, глубоко, почти до глаз. Он прошагал к кровати, сел, скинул рюкзак на пол. — У нас двадцать часов, чтобы доехать до аэропорта Хараре. Мигель поднял голову: — Это в Зимбабве, парень. Туда ехать часов пятнадцать. Без остановки. — Чего сидим? Саори снял капюшон. В его левом ухе, сверху, красовалось два новых массивных кольца, переливающихся синеватым цветом. А вместо той самой серёжки — серёжка с гвоздём, тоже переливающаяся синевой. Юта потерял дар речи. Даже у Мигеля отвисла челюсть. — Стой, — сказал Мигель. — То есть столько всего ради той серёжки… чтобы ты её сменил на другую? — Она для меня слишком дорога, чтобы носить её, — ответил Саори. — За ней прилетает Идзити. Через… Он посмотрел на время: — Девятнадцать часов пятьдесят четыре минуты и тринадцать секунд. — А откуда новый пирсинг? — спросил Юта. — Глупый вопрос, — Саори приподнял бровь. — Сделал. Титан. Серёжка — тоже титановая. --- Саори встал. — Так что сидим? Быстрей соберёмся — быстрей приедем. Он вышел из комнаты, даже не оглянувшись. Юта постоял секунду, глядя на закрывшуюся дверь. Потом тоже пошёл собираться. --- Через три минуты Саори был собран. Он дольше спускался по ступенькам, чем собирался. Мигель справился за четырнадцать. Юту пришлось ждать почти полчаса. Как обычно, его чемодан был неподъёмным, и когда его погрузили в багажник, подвеска просела на сантиметр. Мигель повёл. Юта сел на пассажирское, Саори — сзади. — Может, музыку включить? — спросил Юта. — Я не против, — ответил Саори. — Валяй, — бросил Мигель. Юта покрутил магнитолу, нашёл нужную волну. Там играла группа Pearl Jam — песня «Alive». Выстрел. Выстрел. Выстрел. Выстрел. Выстрел. Выстрел. ВЫСТРЕЛ. Саори всадил всю обойму своего Desert Eagle .50 AE в магнитолу. На его лице — искренний, нескрываемый гнев. Мигель: — Ты что творишь, а? Саори: — Ненавижу. Даже не смейте включать это в моём присутствии. Он немного успокоился и убрал пистолет. Юта: — А чем тебе… Саори: — Любимая группа отца. --- Юта: — И какие ещё группы ты… не переносишь? Саори, уже раскрывший англо-французский словарь, даже не поднял глаз: — Только эту. Юта вздохнул, откинулся на спинку сиденья. — Ты опять… Саори перевернул страницу: — Si tu ne me laisses pas tomber, je vais te faire un feu. Юта помолчал секунду, потом осторожно спросил: — Я не знаю, что ты сказал, но звучало это… агрессивно. Саори промолчал. Перевернул ещё одну страницу. --- Спустя два часа словарь был отложен. На его место перекочевала книга Достоевского. Ещё спустя час и она была дочитана. И Саори от безысходности начал читать англо-итальянский словарь. А Юта — Юта всё это время дрых, облокотившись головой на стекло. Мигель покосился в зеркало заднего вида: — И тебе не надоедает это читать? — Если ты про словари — то надоедает, — ответил Саори, не поднимая глаз. — Если про книги в целом — то нет. Спустя ещё каких-то шесть часов мучений они заехали в нужный город, а через ещё пятнадцать минут уже были в аэропорту. До прилёта Идзити оставалось два с половиной часа. Мигель и Юта пошли разминать ноги. А Саори ушёл к посадочной полосе — ждать нужный самолёт. Идзити на вид был такой, будто его пожевали и выплюнули. Он протянул чемодан: — Вот вам посылка от вашего дяди… и что нужно забрать? Саори протянул Идзити небольшую бархатную коробочку. — Храни её как зеницу ока. И самое важное — чтобы она не попала к Сатору. Даже смотреть нельзя. Отвези её ко мне домой. Ко мне, Идзити. Идзити кивнул, принимая коробочку: — Хорошо. Я вас понял. — Отлично. Спасибо тебе за это. — Это моя работа, — сухо ответил Идзити, пряча коробочку во внутренний карман пиджака. Саори похлопал его по плечу: — Ну всё… давай. Удачи. Развернулся и ушёл, даже не оглянувшись. Идзити проводил его взглядом, постоял секунду, потом развернулся и направился к своему самолёту. --- Саори достал телефон. Звонок Мегуми. — Алло. Ну как ты там? Уже познакомился с одногруппниками? — Я пока один, — ответил Мегуми. — Ну, ещё будут. Не мороси ты так. — Я не моросил, — голос Мегуми стал жёстче. — А обычно ты выглядишь как серая туча, из которой вот-вот пойдёт дождь. — В зеркало посмотрись, — парировал Мегуми. — Ещё кто тут серый. — Не-а. Я альбинос, — Саори почти улыбнулся. — Моя кожа белая как снег. Он чувствовал злость Мегуми через телефон — вплоть до того момента, пока тот не бросил трубку. Короткие гудки. Саори убрал телефон в карман и, чуть усмехнувшись, пошёл к остальным. --- Юта и Мигель уже ждали его. — И что, ты теперь в Италию? — Нет. Сначала нужно разобраться с Жюльеном и Амальтой. Хотя бы узнать, зачем я им. Мигель: — Мудро. Садитесь, доедем до ближайшей заправки. Хочу позвонить информатору — может, ему удалось что-то узнать. Все сели в машину. И как бы им это не нравилось, приходилось опять сидеть. Джип заурчал и выехал с парковки. --- На заправке, пока Мигель заправлял машину и разговаривал по телефону, Юта опустошал еду на заправке. А Саори выпил четыре банки энергетика — залпом. Юта покосился на него: — Не боишься, что твоё сердце стучать перестанет? — Mein Herz brennt, — ответил Саори. — Хоть я и не понял, но… судя по твоему ответу, тебе всё равно. Мигель закончил разговаривать и зашёл на заправку расплачиваться за бензин. — Всё, что мне удалось узнать, — это то, что они идут по нашим следам. Саори кивнул: — Тогда мы их подождём. Юта дёрнул плечом: — Но не в машине. Мне нужна кровать. Или хоть что-то, кроме сидушки. --- — Сколько тут до ближайшей гостиницы? — спросил Саори. Мигель прикинул: — Где-то час пешком. Саори: — Отлично. Прогуляюсь. Юта: — Я тоже… Хотя нет. Чем быстрее — тем ближе кроватка. Саори достал наушники, телефон. Музыка. В этот раз это была не классика и не кьют-рок. Это был рок. Глэм-рок. Группа Queen. Песня Killer Queen — любимая песня Саори от этой группы. Горячий воздух заполнял лёгкие. Саори натянул капюшон и пошёл, изредка смотря в телефон, где был включён плохо работающий навигатор. Пыль шуршала под ногами. Но Саори это не заботило. Его мысли неожиданно были не о Жюльене или Амальте и не о Марте в Италии. Его мысли блуждали от «да за что мне это» до предчувствия. Он не знал — хорошего или плохого. Он знал, что произойдёт что-то. А пока Африка давила своим жаром. Но он уже привык. --- Конец двадцать четвёртой главы. Лично я ничего против Pearl Jam не имею, классная группа и песни классные, честно выбирал группу и песню на угад