Часть 1

       Александр всего лишь маленький чертёнок, за которым пристально следил его дворецкий Самуэль. Ох, если бы ему дали хоть немного больше свободы — он был бы неимоверно счастлив. Дорога в ад ему закрыта, ведь он не демон, а в мире людей, будучи подростком мальчик может такое натворить! Поэтому Самуэль глаз с него не сводил и лишь ночью, юноша мог тихонько выбраться из своей комнаты и наслаждаясь полным одиночеством, погулять по пустым улицам города Эл. Но многое может произойти ночью. Многое то, чего точно не боится Алекс, но чего испугались бы другие. Может поэтому ему стоило изобразить страх, когда он почувствовал холод металла на затылке?        — Где эта чокнутая? — прорычал кто-то хватая Ала, на лице которого ни одна мышца не дрогнула.       Он просто тяжело вздохнул и недовольно пробурчал:        — Опять погулять не дают…        — Шеф? — раздался ещё один голос рядом.        — Чего тебе, Шакал? — рявкнул первый.        — Вы где ребёнка взяли?        — Да хрен его знает! Тут был. Может чокнутая сжалиться хотя бы над ним, если мы возьмём его в заложники!        — Какой-то он странны… — к сожалению или к счастью, Шакал не успел договорить, потому что его черепушку насквозь пробила пуля.        Александр невольно вздрогнул, когда на лицо ему брызнули горячие капли, запах которых показался чертёнку омерзительным, поэтому он сморщил свой носик, даже не обращая внимания на то, что его тело теперь используют, как щит.        «Если Самуэль заметит этот запах, то будет нехорошо» — Думал он, пока Шеф кричал практически ему в ухо о том, чтобы некая «Чокнутая» выходила из своего укрытия с поднятыми руками. Но вместо этого совсем рядом с ухом мальчишки просвистела пуля и Шеф рухнул в след за Шакалом, пока Маяковский, тяжело вздохнув, выбрался из его рук и принялся отряхивать темные брючки, что он успел натянуть прежде чем выйти на улицу.        Его совершенно не пугал тот факт, что снайпер, который так умело увалил этих двоих, так же может увалить и его самого.       — Эй, мальчик, ты в порядке? — Раздался ласковый и такой приятный голос где-то в нескольких шагах впереди от Александра.       Подросток поднял свои синие глаза и тут же замер…        Перед ним стояла рыжеволосая девушка неземной красоты. Он видел приветливость и доброту в её изумрудных глазках, но улыбка девушки была несколько тревожной. Наверное, потому что она боялась, что своими действиями нанесла непоправимую травму психики этого мальчика. И ведь правда…        Когда Ал смотрел на веснушки, что усыпали её щеки и нос, то его бросало в жар и в холод, и снова в жар, а потом опять в холод. Стоило ему встретиться с взглядом её красивых глаз, как его вечно бледные щеки наливались живым румянцем, а сердце так часто билось, наровясь вот-вот пробить ещё неокрепшую грудную клетку! Он всем своим нутром чувствовал, что это именно она! Девушка из пророчества, которое так часто на ночь читал ему Самуэль.       «Рин…» — почти со слезами на глазах, подумал мальчик. Когда-то очень давно он был принцем, а она такой маленькой и умелой ведьмочкой. А чуть позже они встречались в школе магии. После он спас её от плена какого-то сумасшедшего мафиози и везде она была такой маленькой и хрупкой, а он высоким и крепким, её каменной стеной. Жизнь за жизнью они проживали вместе, но в этот раз Ал совсем не был похож на каменную стену… Наверное, по этой причине он почувствовал себя неуверенно, но уверенно выпалил:       — Сударыня, вы, кажется, самая прекрасная девушка из всех, что имеются на этом свете!        Рыжеволосая красавица замерла в изумлении, а после прыснула со смеху.       А ведь и в самом деле смешно слышать взрослой и красивой девушке такие слова от 13-и летнего мальчика, и Алекс это прекрасно понимал, но все равно обиженно надул щёчки и хотел было продолжить прогулку по ночному городу. Однако, отсмеявшись, Рин тепло ему улыбнулась и ласково поманила рукой:        — Иди сюда, малыш. Не бойся.        — Я ничего не боюсь, — важно заявил Маяковский и без тени сомнения сократил между ними расстояние в несколько шагов, — Что же вы, барышня, над правдой смеётесь? — нахмурил он густые брови, смело взглянув своими большими синими глазами в изумрудные глазки девушки, которая вновь хихикнула, слушая его.        — Чудной же ты, ну, — она присела рядом с ним и ласковым движением руки в черной перчатке стёрла капли крови с щеки юноши, про которые он совсем забыл, — Так лучше. Пойдем отсюда, а то с трупами на фоне беседа не ладится. Примета такая.        — Ого! Ни разу не слышал о такой! — блеснул глазками Ал, полностью доверяясь девушке и шагая за ней следом.       Отойдя подальше от места перестрелки, они присели где-то у старого завода и Рин развела костёр, усаживая Ала на огромную катушку, на которой ещё осталось немного металлического каната, а после села и сама, снимая черные перчатки со своих таких аккуратных женственных рук, за которые Алекс так мечтал однажды её взять.        — Ну, малыш, рассказывай…        — Что? — Не понял Маяковский.        — Как тебя зовут, где ты живёшь, почему один без присмотра гуляешь… — перечисляла рыжеволосая красавица, бросив одну из перчаток в огонь, что вспыхнул с новой силой.        — Ох! — вздохнул Ал, — Как же бестактно с моей стороны было не представиться!        Девушка усмехнулась, наверняка вновь отмечая его необычную манеру речи.        — Мое полное имя Александр Дмитриевич Маяковский! — торжественно объявил мальчик.        — Вот как? В таком случае, Александр Дмитриевич, можете величать меня просто Рин, — усмехнулась зеленоглазая.       — Очень приятно! — впервые в своей жизни Александр по-настоящему улыбнулся. А улыбка его так красива, что любая земная девушка тут же теряет голову от любви. В переносном смысле, разумеется.       Зато Рин отреагировала довольно спокойно и просто потрепала подростка по темным шелковистым волосам.       — Мне тоже, Александр Дмитриевич, мне тоже. Но что же вы все-таки делали в столь поздний час? Да ещё и в полном одиночестве, — Подстраиваясь под диалект Ала, спрашивала та.        — Ох, Рин, житья мне нет в благородной семье. Ни на секунду в покое не оставляют. Вот я и начал по ночам гулять, чтобы дворецкий Самуэль не знал, — Всю душу излил ей парнишка и вдруг заметил заинтересованность в её глазах.        — В благородной семье? — На всякий случай переспросила она, бросая в огонь вторую перчатку.        — Все так, — вздохнул он, уже начиная думать, что Рин собирается в следующий раз ограбить его особняк и пристрелить как Шефа и Шакала. Признаться честно, он бы и так все ей отдал. Всего лишь за один единственный поцелуй.        — Тебе не страшно, что тебя могут похитить и просить у родителей выкуп? — вдруг забеспокоилась рыжеволосая, — Нельзя гулять одному…        Маяковский вздохнул ещё печальнее и устремил взгляд в небеса.        — Я это прекрасно понимаю, но только так я могу отдохнуть. Понимаете, Рин?        — Хмм, — задумчиво протянула она, — тебе же не обязательно ходить в полном одиночестве?        Александр заметил как девушка спрыгивает с катушки и достав откуда-то футляр и снайперскую винтовку, начинает её спокойно разбирать.        Только сейчас подросток понял почему не слышал звука выстрела, ведь Рин сняла глушак только что, дабы осторожно уложить его в специальный отдел.       — Вовсе не обязательно, — наконец ответил он, — Лишь бы не с Самуэлем.        — А со мной?        — Что? — удивился Алекс.        — Будешь гулять со мной? — обернулась к нему девушка.        — Ну разумеется! — радостно согласился Маяковский.        — Хорошо, тогда приходи завтра сюда. Ближе к полуночи, ладно?        — Так точно, моя госпожа!        — Ну что ты? — хихикнула Рин, — давай-ка я лучше провожу тебя домой…