Часть IX Вмешательство

Утро в поместье бабочки, в лечебнице, в отдельной палате, на кровати лежал огромного роста блондин с фиолетовыми кончиками волос, на его теле располагались несколько бамбуковых рам для фиксации. Тёмно-синие, с большим ярко-жёлтым пятном под зрачком, глаза были широко открыты, взгляд, обычно, невероятно жизнерадостный и счастливый, был пустым и измученным. В палату вошла девушка, на вид лет шестнадцати, чёрные волосы с синими заколками в виде бабочек, такие же синие, глаза. В её руках был поднос, на котором были бинты для перевязки и чаша с зелёной жидкостью. Взгляд у неё был встревоженный и беспокойный: — Доброе утро Винсент, время перевязки. — Она поздоровалась и подошла к постели. — Здравствуй Аой, не могу сказать, что у меня утро доброе, но тебя видеть рад. — Юноша с измученным взглядом посмотрел на старую знакомую и слегка улыбнулся. — Плохо себя чувствуешь? — Немного смутившись, Аой начала аккуратно снимать бинты с ног друга. — Не могу спать, хочу, но не могу… — Голос был уставшим - соответствовавшим его внешнему виду. — Почему мне нельзя снотворное? — И голос и вид парня вызывали в Канзаки прилив жалости, но она помнила про слова Кочо: — С твоими травмами людей, сюда приносят Какуши, а ты пришёл на своих двоих! — Начала девушка. — Сотрясение мозга, ушибы и переломы рёбер, а ты как то не только низшую луну обезглавил, раньше прибытия столпа, но и смог до лечебницы, несколько километров, дойти. — Перечислила она его травмы и заслуги. — А с сотрясением нельзя снотворное… — Де Фриз расклеился от собственного умозаключения. — Молодец, что помнишь… — После снятия бинтов, грустная Аой перешла к наложению новых, к счастью для неё, сонный Винсент не заметил, что в процессе, она слегка покраснела. Закончив перевязки, она проверила рамы и дала парню лекарство, на что тот ответил голосом, из-за которого душа сжимается от боли. — Спасибо… — Хриплый, прерывистый голос давал понять - говорить тяжело. — Спасибо, что мне не больно… — После этого он закрыл глаза и стал продолжать попытки заснуть, а девушка с глазами на мокром месте вышла из палаты. *Сколько он уже не спит!? Минимум двое суток, если так продолжится, то снотворное придётся дать, на всякий случай спрошу у Кочо сама* То были не единственные мысли взрослеющей девушки, она вспоминала его лицо, нетронутое демоном, а лишь бессонницей, его натренированное тело, пускай ощутить она его могла лишь через ткань или бинты, от которого на щеках проступал, заметный, румянец. *В любом случае, предупредить её стоит.*

***

Спустя час в кабинете столпа насекомого

В кабинете столпа насекомого сидели две девушки, они были похожи: чёрные волосы, глубокий взгляд, заколки в виде бабочек, отличиями был рост и палитра цветов в их образах, а также то, что лишь одна из них улыбалась, несмотря на предмет диалога. — Бессонница говоришь… — Лицо хозяйки поместья казалось задумчивым. — У людей с его травмами, часто встречается бессонница, но позавчера, он пришёл, как оказалось, с сотрясением мозга, а значит, снотворное ему лучше не давать… — Не снимая фальшивой улыбки, она снова задумалась. — Шинобу сан, может попробовать, что нибудь альтернативное? Благовония или… — Договорить она не успела. — Попробуй положить ему ютанпо, поможет, заснуть сомневаюсь, а его израненным ногам может, тепло ему точно не навредит. — Единственное, что на этот счёт высказала Шинобу. — Дай ему Суань-цзао-жэнь-тан и вколи обезболивающее, боль пройдёт, а Кампо успокоит и возможно, он уснёт. — От фальшивой улыбки Кочо, Аой стало немного жутко. — Будет исполнено, Шинобу сан. — Канзаки собралась выходить, как вдруг раздался стук в громкий стук в дверь. — Шинобу сан! Шинобу сан, пришёл водный столп Томиока Гию. — Из-за двери хором кричали Суми, Киё и Нахо. Аой и Шинобу вместе вышли из кабинета, и побежали ко входу на территорию поместья, добежав до спуска ко входу девушки увидели, стоящего внизу, мужчину с чёрными волосами, собранными в низкий хвост, вид его был даже более мрачный чем обычно. *Что он здесь делает?! Его ведь вечно, даже с серьёзными травмами, на лечение не привести, это удавалось только… Точно! Винсент его цугуко! Наверняка он пришёл его проведать.* Задумавшись о своём коллеге, Шинобу сама не заметила, как споткнулась и начала падать вниз на каменные ступени, непонятно, для самой себя почему она никак не могла сгруппироваться, словно разом лишилась контроля над всем телом. *Что?! Как?!Почему?!* Не в силах пошевелиться она просто смотрела, как к её лицу приближались каменные ступени. Только пришедший, Томиока Гию увидел, как вышедшая его встречать, коллега внезапно споткнулась и стала падать, со ступенек, вниз, не раздумывая он рванул вперёд, даже если Кочо и сможет приземлиться самостоятельно, она не станет обижаться, на хотевшего помочь. Шинобу, напуганная тем, что тело её не слушается, зажмурилась и открыла глаза только на руках столпа воды. — Томиока сан? — Открыв глаза столп насекомого обнаружила себя на руках, своего молчаливого синеглазого знакомого и слегка…

***

Тем временем

За окном бушевала метель, было темно и жутко, но не в доме, что стоял в этой глуши, в эту холодную и тёмную, зимнюю ночь, в нём было тепло и уютно: двое одинаково одетых мужчин, отличавшихся только цветовой палитрой: у одного были каштановые волосы с тёмно-синими, почти чёрными кончиками, а одет он был весь, кроме чёрных штанов, а красное, напротив блондин волосы которого были словно пшеничное поле, но с совсем жёлтыми, кончиками, такими же жёлтыми, как его наряд и глаза, с еле различимым, жёлтым пятном под зрачком, штаны такие-же чёрные, единственное, что было только у него - это кольцо из чёрного золота, на безымянном пальце. Оба они стояли вокруг стола, покрытого зелёной тканью, у обоих в руках были длинные деревянные палки, с хоть и с суженным, по сравнению с нижним концом, но тупым синим кончиком. Рядом, за барной стойкой сидели две девушки, разного роста, и что-то бурно обсуждали. Лицо одной из них было точно, таким-же как у мужчины в жёлтом, только глаза были голубые, а кончики волос белые, подобно её одежде: тоже полностью белой, но с голубыми узорами. Вторая девушка была ниже ростом, одета была в чёрный костюм, с золотым узором, а глаза были точно ночное, беззвёздное небо, но на желтоглазого она тоже была похожа: тоже жёлтые кончики, хоть и намного более длинных волос, кольцо из чёрного золота на безымянном пальце. Напитки тоже различались: у первой в миниатюрной стеклянной кружке была жидкость насыщенного тёмно-бордового почти рубинового цвета, вторая пила жидкость тёмно-махангового цвета из маленькой стеклянной рюмки, когда она подносила ту к губам, жидкость выглядела кроваво-красной, даже рубиновой. Поблизости стояла маленькая рюмка увель, внутри которой была жидкость жёлтоватого оттенка, а рядом стоял бокал гленкерн с жидкостью светло-соломенного цвета. — Добрый кузен, а напомни мне пожалуйста. — Начала девушка, одетая в белы костюм. — Что мы здесь делаем!? — Начала она сердито кричать. Мужчина в красном ударил по белому шару и тот отлетел сначала в красный, а потом и в жёлтый шар. После этого он отошёл от стола и приписал на доске под буквой Э два очка только после этого он ответил: — Потому что бильярд в твоём доме только здесь, Вильгельмина. — Он был спокоен как море в штиль. — Почему тут вы с братцем я понимаю, но нам с Марией зачем тут быть? — В эту секунду женщина рядом опустошила рюмку и поставила ту на стол. — Потому что Эдварду нужны свидетели, чтобы доказать, что Вилли жульничает, это ведь очевидно! — В эту секунду все взгляды перепрыгнули на мужчину в жёлтом. — Мне очень приятно, что и моя сестра, и дражайший кузен, и даже моя жена, мать моих детей - все верят, что честно, я не играю. — В этот момент он скорчил, наигранно обиженную рожицу. — Бросили там наверху Изу, чтобы следить за мной. — А чего ты хотел, когда менял силу притяжения? Думал, что я не догадаюсь? — Брюнет слегка нахмурился. — Ты и не догадался. — Прозвучал стальной голос самой низкой в компании. — Это я оставила стакан на борту, а когда к нему подкатил шар, жидкость внутри полезла к стенке. — Решила она осадить его пыл. — Мария! Мы вообще-то Вильгельма отчитываем, а не хвастаемся. — Возмутился шатен. — Кто как. — Блондинка в чёрном развела руками. — Я сдаюсь! — Сказал блондин и подошёл к стойке, после чего опустошил увель, после чего из воздуха возник жёлтый шар обвитый золотыми цепями, на что получил саркастичный ответ от сестры: — При счёте семьдесят три против шестидесяти пяти, когда играете вы до семидесяти пяти ты серьёзно?! На своём ходу?! — Та была сильно удивленна, хотя и радовалась, ведь, как всегда поставила, что брат не выиграет. — Ладно ударю! — Сказал де Фриз и подошёл к столу, после чего сделал удар по жёлтому шару, тот отскочил от красного и угодил в лузу, остальные, тоже попали в лузы. — Спасибо сестрёнка за совет - я выиграл! — После этого единственный не Блондин, в помещении, снял перчатку и ударил себя ладонью по лицу. — Вильгельмина! Тебя кто за язык тянул?! — Убрав руку с лица, он подошёл к своему бокалу и опустошил его одним глотком. — Сама виновата. — Она достала белый кошелёк и вынула из него несколько бумажек, которые из белых перчаток быстро вытянула девушка, что в окружении собеседников стала казаться малюткой. — Спа-си-бо. — Протянула она прежде чем, схватив своего любимого человека за руку, от чего тот нечаянно коснулся парящего жёлтого шара, на котором, от прикосновения, мелькнуло розовое пятно, убежала вверх по лестнице, бросив: — Спокойной ночи. — — Забавно… — Сказала девушка, что единственная пила горячее. — Ты о том, что вы спорите или о том что она нам пожелала? — Сказал шатен, наливая себе из высокой прозрачной бутылки, жидкость светло-соломенного цвета, и начал её разглядывать. — Я, милый кузен, об этом странном шаре. — Объяснила единственная оставшаяся девушка. — Тебе не показалось, что это было чьё то время?

***

Поместье Кочо

— Томиока сан? — Открыв глаза столп насекомого обнаружила себя на руках, своего молчаливого синеглазого знакомого и слегка покраснела. * Такая лёгкая, неё пахнет глицинией. * Думал брюнет, пока на Руках у него лежала Шинобу. * О чём я думаю… * Одёрнул себя мужчина. — Кочо… — Непонятно для себя почему, но Томиока смутился и, отводя взгляд, аккуратно, поставил девушку на землю. Эта парочка столпов так бы и стояла, смущённо отводя друг от друга взгляд, но к ним подбежала перепуганная Аой Канзаки, которой было важно удостовериться что оба в порядке, а также узнать, зачем пришёл Столп воды. — Шинобу сан, Томиока сан вы в порядке?! — Взгляд младшей по званию был напуганный. — Что произошло?! — От её перепуганного крика хашира пришли в себя: — Да Аой всё в порядке. — Кочо поспешила успокоить свою подчиненную, так спешила, что сама не заметила, как с лица пропала её фальшивая улыбка, но не исчезло смущение…

***

Тем временем в палате Винсента

*Кажется снаружи что-то происходит.* Пусть Винсент и лежал в ближайшей, ко входу на территорию поместья, палате, в его состоянии, разобрать, что происходит, вне палаты, не возможно. Он бы и лежал так дальше, вслушиваясь в шум снаружи, но в комнату вошла девушка с двумя хвостиками и заколками в виде синих бабочек. Она держала в руках поднос на котором стоял стакан с зеленоватой жидкостью, а также шприц и обезболивающее. — Привет Аой, что там происходит? Он, как мог, растянул добрую улыбку, на это, до того, серьёзная девушка, улыбнулась, — Винсент? — От такого вопроса Канзаки замешкалась и чуть не опрокинула поднос, когда в палату вошёл Томиока Гию, а девушка поставила поднос на стол и вышла в коридор, где стояла столп насекомого не улыбающаяся, а скорее задумчивая и удивлённая. — Здравствуйте Томиока сан! Вы выглядите не очень… — После этого он рассмеялся сквозь кашель. — Что?! — От такого необычного приветствия, столп воды был, не мало, удивлён. — Шучу… — Опять закашлялся. — Болен я, а выглядите плохо вы, что-то случилось? — Ученик говорил с наставником, не снимая своей доброй улыбки. — Рад, что ты жив. — Гию присел возле кровати. — Когда ворон уз сообщил, что ты столкнулся с четвёртой низшей луной… — Томиока сделал паузу. — Я был слишком далеко, чтобы прийти на помощь, а когда сообщили, что Канроджи не успела к тебе на помощь, я испугался, что потеряю и тебя, ты не представляешь, мою радость и и гордость, когда я узнал, что ты смог до прибытия Канроджи одолеть четвёртую низшую луну. — На секунду, могло показаться, что столп воды улыбнулся, но де Фриз этого точно не заметил. — Спасибо наставник… — Хрипловатым голосом ответил де Фриз. Почти сразу, после этого разговора, Томиока Гию ушёл из палаты, на он выходе столкнулся с Кочо и вновь заметил, что от той пахнет глицинией, а в это время Аой Канзаки Вошла к де Фризу в палату. — До этого я принесла тебе кое что… открой рот, пожалуйста. — Когда де Фриз открыл рот, Аой, аккуратно, налила ему в рот снотворное. — Сейчас я сделаю несколько уколов, немного облегчить боль, тебе будет проще заснуть. — Аой улыбнулась, стараясь подбодрить его, после чего сделала уколы. — Аой… — Юноша взял девушку за руку. — Спасибо тебе… — Не снимая улыбки, Винсент сказал последние слова на выдохе, после чего закрыл глаза и вновь стал пробовать заснуть.

***

Квартал красных фонарей

В чайный дом Кёгоу пришёл их самый любимый клиент, самый щедрый, добрый, чей визит всегда сопровождался приятной атмосферой в доме ещё на долго. Клиент из другой страны обладал необычной внешностью: пшеничные волосы с кончиками мятного цвета, необычная одежда, глаза напоминающие ночное небо, но что было одной из самых заметных примет этого человека - рост, сто девяносто сантиметров, почти два метра, к тому же у девушки. Любили эту девушку все в Ёсивара: ойран она нравилась, что она всегда платила, как никто другой, много, но никогда не требовала большего чем игра на музыкальных инструментов, ей или вместе с ней, выпить с ней чай, который она могла пить часами, настолько его любила, иногда просила последить за её сном, помощницы её тоже любили, она всегда была с ними вежлива и любила угостить, чем нибудь вкусным, а иногда, даже дарила подарки, хозяева и управляющие обожали её щедрость, но в чайном доме Кёгоу, её любили, за то, что она была единственной, кто успокаивал их ойран Варабихимэ. Никто не понимал, почему девушка регулярно посещает различных ойран, все были уверенны: она не использует никаких услуг, за которыми люди приходят в квартал красных фонарей. Одни предполагали, что девушка ищет общения с безопасными для себя людьми, другие, что пытается побольше узнать о людях, которые посещают лучших куртизанок, кто-то думал, что страдает от ночных кошмаров, только одна душа, одно существо: шестая высшая луна - Даки, она же ойран Варабихимэ. Демон знала, что единственное назначение, таких визитов - это чтобы никто не догадался, что к ней она ходит именно ради, максимально тесного, общения. Так и сегодня: Ванесса Оливия де Фриз вошла в дом Кёгоу, ей там были, как всегда рады, но у управляющей было ощущение, что близится беда, присмотревшись она поняла - на девушке была совершенно другая одежда. Вместо одежды цвета пояса, подаренного их ойран, на девушке была точно, такая же, но оранжевого и мятного цвета, такая же причудливая рубашка без воротника, что не закрывала низ живота, а рукава расширяющиеся к середине, но почти к концу сужающиеся до толщины руки, но оранжевая, а не зелёная, такие же широкие штаны, но мятного, а не розового цвета. — Здравствуйте Ванесса сан. — Управляющая вместе с ойран Варабихимэ встречали гостью. — Здравствуйте Омицу сан, Варабихимэ сан. — Как всегда спокойная и вежливая, она поклонилась, и как всегда их с Варабихимэ оставили в одной комнате, управляющая Омицу была из тех людей, которые исповедовали веру в бессонницу из-за кошмаров, у Ванессы, особенно в это верилось, учитыва, что девушка часто приходила с одеждой для сна, хотя и не обычной. — Я к вам на всю ночь, хочу выспаться. — Управляющая никогда не ставила под сомнение слова Ванессы, если, от общения с ней, ойран Варабихимэ становилась вежливой и мягкой настолько, что делилась с помощницами сладостями не придиралась к окружающим и не спешила с тем, чтобы назвать кого-то уродиной, то пусть делает, что хочет, особенно, когда платит. Поэтому, когда девушка оставалась на всю ночь, не издавая единого шума Когда они зашли, глаза и волосы де Фриз резко засияли мятным светом, девушка щёлкнула пальцами и всю комнату окутало странное пространство, как будто безвоздушное. После этого Даки и слова произнести не успела, как де Фриз схватила её сзади и, быстрыми движениями, сняла с неё всю одежду, после чего, сохраняя молчание, толкнула ту на постель, усаживаясь на бёдрах подруги, произнеся одну единственную фразу. — Я тебя люблю. — От этих слов Даки опешила, так как никогда не слышала их от той что сейчас снимала с себя верх одежды…

***

Утро в доме Кёгоу, в одной из комнат, что окружена звуконепроницаемым барьером, на постели лежат две девушки, вокруг валяется разбросанная одежда. Одна из девушек встаёт и начинает собирать с пола одежду: оранжевая рубашка, мятного цвета штаны и другая часть одежды, когда она ещё не оделась с постели послышался игривый голос. — Ты рано… — Брюнетка потянулась, после чего, взяла партнёршу за плечи. — Куда то спешишь? — Она прижалась грудью к телу блондинки. — Сегодня я покидаю квартал красных фонарей. — Она развернулась лицом к застывшей Даки и нежно поцеловала её. — Как? — В голосе демона прозвучал испуг смешанный с печалью. — А как же… — Разбитой Даки не дали договорить, её снова повалили на кровать, нависая сверху. — Не навсегда, на время. — Руки Ванессы блуждали по её любимому телу, пока она нежно целовала возлюбленную. — Хочу посетить ещё несколько мест в этой стране. — Она улыбалась, в её улыбке было всё: доброта, счастье, веселье, которые так редко встречаются в жизни демона, что живёт в квартал красных фонарей. — Но вчера? Ты говорила, что ты… — Договорить она не успела, её снова поцеловали. — Люблю и хочу, чтобы ты об этом помнила, моя любимая молодая луна. — Она встала оделась, в это время ветер придал ей только проснувшегося человека, вместо последствий бурной ночи. — Пообещай мне пожалуйста… — Тут она щёлкнула пальцами и воздушный барьер, от которого звук не распространялся, даже в твёрдых объектах, исчез. — Что пока меня нет, ты не станешь травить своих коллег и помощниц. — Если пообещаешь вернуться. — Она, как маленький ребёнок, надула щёки. — Куда хоть едешь? — Не выпуская воздух из щёк спросила она. — Хотела посмотреть вашу железную дорогу, а особенно поезд бесконечный…

***

Поместье бабочки

Ночью в поместье бабочки спали все, но не каждому снилось тоже, что снилось Винсенту де Фризу, он уже во второй раз стоял в неведомом чёрном пространстве, а потому хорошо его помнил, однако в прошлый раз его сюда завёл Аластор, а сейчас, его здесь не видно. Самым логичным он посчитал позвать собеседника, но вдруг за его спиной показался жёлтый свет, когда юноша обернулся он увидел двоих: первым был знакомый ему Аластор, но без микрофона, что выглядел, как сам Винсент, но свежее и веселее, однако рядом стояла девушка, что выглядела знакомо, но он не мог вспомнить, как её зовут. — С тобой хотели поговорить. — Настроение Ала было не лучшим он скрипел и кряхтел, как старый дед. — Здравствуйте. — Винсент поздоровался и поклонился, девушка напротив поступила, также. — Простите, но кто вы? Я вас не узнаю, хотя выглядите вы очень знакомо. — Он старался говорить, как можно вежливее, что было заметно, от чего Аластор цокнул. — Тц — И отвернулся, а девушка, с доброй улыбкой подошла ближе. — Я сестра. — Девушка с длинными волосами сделала паузу, настолько длинную, что де Фриз переспросил: — Сестра? — Но, вдруг, дёрнулся, поняв, что девушка не договорила. — Сестра Шинобу, меня зовут Канаэ Кочо. — Только Сейчас Винс понял, что на девушке, тоже самое хаори, что носит Шинобу Кочо. — Точнее звали… — Она, на секунду, опустила глаза, но не перестала улыбаться. — Вот как, вот почему я вас не узнал, мы и не встречались. — А с лица юноши, улыбка пропала. — Мне жаль… — Он опустить глаз не мог, так как говорил с собеседницей, что была ниже на, почти, треть метра. — Не стоит унывать, прошло уже много времени, но мне нужна твоя помощь. — Девушка подошла ближе и взяла руку Винсента, стараясь подбодрить того, кого опечалила её смерть. — Помощь? — Де Фриз удивился, просьбе призрака. — Какая? Чем? — Винсент недоумевал. — Да, но помогать, понадобится не мне. — Канаэ сделала паузу. — Помощь нужна Шинобу. — Кочо посмотрела на де Фриза. — Хорошо я помогу, но как, что я должен сделать? — Юноша развёл руками. — Напомни ей ради чего я умерла и о чём просила её…

***

Продолжение следует